Мастер драгоценных артефактов - Александр Майерс

Гвардейцы расслышали шум. Хруст ветвей и тяжёлое хриплое дыхание приближались.

— Вставайте! — рявкнул я, хватая арбалет.

Но оказалось уже поздно для предупреждений. Из темноты в свет костра вывалилось массивное мохнатое тело.

Медведь!

Он даже не посмотрел на нас, просто мчался, снося на своём пути мелкие деревца. Я вскинул арбалет и выстрелил почти не целясь, навскидку.

Зачарованный болт вспыхнул, и зверь с рёвом рухнул, проехав по земле пару метров. Но он был не один.

— Ещё! — закричал Ильдар.

Гвардейцы подскочили, хватая копья и щиты. Из темноты выскочили ещё два медведя, не менее испуганных и оттого свирепых.

Они, в отличие от первого, увидели нас. И, видимо, решили, что мы — часть той угрозы, от которой они бежали.

Начался хаотичный бой. Кто-то из гвардейцев схватил горящую головню из костра и принялся размахивать ею перед мордой одного зверя, отгоняя его. Другой вскинул арбалет, но медведь был уже слишком близко, и стрела лишь оцарапала ему плечо, сильнее разозлив. Бойцы со щитами попытались построиться в линию, но звери не давали им этого сделать, атакуя с разных сторон.

Один из медведей рванул на Ильдара. Тот подставил хитиновый щит, но удар был чудовищной силы — гвардеец отлетел на пару шагов, едва удержавшись на ногах. Медведь занёс лапу для следующего удара.

Я мысленно дёрнул за одну из ещё целых сторожевых нитей прямо на пути хищника, сделав её на мгновение материальной.

Медведь споткнулся. Нить, конечно, лопнула под его весом, создав небольшой, но яркий всплеск энергии. Зверь от неожиданности отпрянул, дав Ильдару драгоценную секунду, чтобы откатиться и подняться.

Короткая, яростная схватка закончилась нашей победой. Один из новобранцев получил удар лапой по животу — удар, который должен был вырвать ему внутренности. Но парень лишь отдышался и встал, потрогав грудь.

Под курткой у него висел один из тех трофейных амулетов Тернова, который я ему отдал. Не зря, как выяснилось.

Когда последний медведь рухнул, пронзённый сразу тремя копьями, воцарилась прерываемая тяжёлым дыханием тишина.

— Не расслабляемся, — сказал я спокойно, перезаряжая арбалет. — Они не просто так здесь появились. Они от кого-то бежали.

Ильдар, вытирая пот со лба, кивнул.

— Если медведи от кого-то бежали, то это явно кто-то гораздо опаснее их.

«Ну хоть кто-то умеет думать», — отметил я про себя. Вслух же сказал:

— Верно. Готовьтесь.

Мы замерли в ожидании. Нити были уничтожены. Но слух улавливал странные звуки. Сухой, стремительный шелест, будто кто-то очень быстро и ловко пробирался сквозь подлесок.

Враг появился, почти бесшумно спустившись с дерева на противоположной стороне поляны.

Инсектоид. Похожий на богомола, но размером с крупного волка. Не самый большой экземпляр, что я видел (по воспоминаниям Леонида), но этот выглядел… иначе.

Его хитиновый панцирь был покрыт какими-то буграми, наростами, похожими на лишайник или грибковую инфекцию. Движения его были резкими, хаотичными, голова непроизвольно дёргалась.

Похоже, его изгнали из гнезда, или он сам сбежал. В любом случае, эта тварь была чем-то заражена и, по ходу дела, слегка безумна. Или даже не слегка.

В этот момент я пожалел, что посохи разряжены. Огонь был бы сейчас очень кстати.

— Господин, — прошептал Ильдар, бледнея. — Это подземный жнец, молодой ещё, но… Нужно отступать. Бегите, мы его задержим!

Я посмотрел на него, потом на остальных. Гвардейцы готовы были встать между мной и чудовищем. Готовы были за меня умереть.

«Вот это люди, просто капец, — подумал я. — Живут в дерьме. Господин ни хрена о них не заботился. По крайней мере, до недавнего времени. Жрать толком нечего, а они готовы за меня жизнь отдать. Весело».

Ничего. Я покажу им, что такое нормальная жизнь.

Но сначала нужно самому выжить. А для этого — прикончить этого жука.

Мне-то что? Я уже умирал. Второй раз не страшно. Но эти ребята… Богомол их всех перебьёт, как цыплят.

Инсектоид, тем временем, оценил обстановку. Его взгляд скользнул по нам, остановился на костре — и он слегка отпрянул. Свет ему явно не нравился. Но голод или безумие пересилили.

Богомол сделал молниеносный выпад в сторону ближайшего гвардейца, того самого новобранца с амулетом. Тот инстинктивно подставил щит. Острая как бритва, передняя лапа жука со свистом ударила по хитину, оставив борозду.

Однако сила удара отбросила парня, он упал, выронив щит. Богомол ринулся добивать.

— Всем закрыть глаза! Отвернуться! — заорал я во всю глотку, одновременно швыряя в центр костра небольшой мешочек из тонкой кожи.

В мешочке был зачарованный фосфор, полученный путём алхимической обработки одного из бракованных кристаллов. При контакте с открытым огнём он мгновенно преобразовывал тепловую энергию в световую, чудовищной силы и яркости.

Я успел лишь натянуть куртку на голову, зажмуриться и набросить на себя тончайший слой магической тьмы.

Раздался хлопок. Даже сквозь закрытые веки и магическую завесу я увидел ослепительную белую вспышку, которая на миг превратила ночь в день. По лагерю прокатилась ощутимая волна тепла.

Сразу за этим — крики. Гвардейцы, которые не успели или не полностью выполнили мой приказ, теперь рыдали, катаясь по земле и зажимая глаза.

Но эффект на богомола был куда страшнее. Будучи подземным жителем, он был невероятно чувствителен к свету.

Он издал пронзительный, невыносимо высокий визг, и замер, беспорядочно дёргая лапами, полностью ослеплённый.

Я, всё ещё видя цветные круги перед глазами, бросился вперёд. Подбежал к богомолу, уворачиваясь от острых лап. Одна из них рассекла воздух в сантиметрах от моего лица.

Я проскочил под ней и вонзил свой зачарованный меч в щель между хитиновыми пластинами. Пропустил через клинок мощный импульс маны, усиливая удар.

Меч вошёл по самую рукоять. Я провернул клинок, разрывая внутренности инсектоида, и вырвал его. Тварь судорожно дёрнула конечностями и застыла.

Битва была окончена.

Я стоял, опираясь на окровавленный меч, переводя дух. В ушах звенело от визга богомола. Вокруг лежали три медвежьих туши, тело инсектоида, а на телеге покоилась добыча с людей Тернова. Неплохой улов за одну ночь.

Но цена…

Я оглядел своих людей. Четверо были ранены — вывих, рваные раны, один, кажется, сломал ребро, упав на камень. Остальные были в шоке, многие всё ещё тёрли глаза, ничего не видя. Все были измотаны до предела.

Я понимал, что вроде всё вышло здорово — мы уничтожили угрозу, которую даже медведи боялись. Но битва вышла явно не по нашему уровню. Мой импровизированный спектакль с костром и ожиданием гостей оказался слишком реалистичным.

«Ничего, — подумал я,