Призрачная кровь 6 - Елена Шатилова

опыта на здоровых людях. Правильно! Вот суть! Она должна распадаться на здоровых людях, а значит, нужно поставить маркер, когда человек выздоравливает, то реабилитационная структура распадается.

Теперь к самому маркеру. Нужно, чтобы капсула была чувствительна… верней чувствовала заражение, как тот запах пота, который я внедряла в уздечку управления.

Я аж с облегчением вздохнула, когда поняла цель, да и механику тоже. Теперь нужно воплотить. С полигоном это должно быть несложно. Сразу зашла туда и сделала через рунный ключ запрос. Боялась, что основной ключ накрутит деталей, и упрощать будет сложно.

Когда рассмотрела результат, улыбнулась. Проще некуда. Теперь нужно достать пробу поражённых тканей.

Для закрепления посещения полигона, повоевала полчасика и вышла.

* * *

На следующий день Стелла меня не сопровождала. Да и Рудольф Александрович, просто передал мне коробочку с кристаллами и ушёл по делам.

До обеда я имитировала деятельность, а верней чертила несвязные наброски, а заодно обдумывала саму механику структуры. Она должна очень тонко чувствовать заражение. Как я понимаю, из тварей к человеку попадает какой-то патоген, скорей всего не простой, а магический. Если проводятся операции, то он не особо заразный, по внешнему виду доктора не скажешь. Хотя, возможно, он сам по себе такой бледный.

Так, будем считать, что магический и не особо заразный. Чем он может быть заразен? Всё теми же эманациями. Если так, то облегчает мне работу. Иначе мне придётся добавлять датчики буквально по всей поверхности структуры, чтобы она вычисляла зоны поражения. Хотя и такой вариант нужно сделать, болезни бывают разные.

После обеда вернулась и, посидев часик, пошла искать кого-нибудь из начальства. Медсестра указала мне на дверь начальника реанимационного отделения. Удивилась, что меня ему не представили. Постучала, услышала «войдите», зашла и поняла, почему его не видела — некогда человеку. Он был завален всевозможными бумажками и, даже глянув на меня, продолжил писать.

— Добрый день! Я…

— Присаживайтесь, Анастасия Павловна, — мужчина привстал со стула, протяну по-мужски мне руку для приветствия. — Фёдор Петрович, к вашим услугам, — я ответила на рукопожатие. Он сел и написав пару слов, опять глянул на меня.

— Мне бы заражённых рассмотреть поближе, для работы. Это опасно? — решила пойти напрямую.

— Целителям — нет. Есть небольшая опасность заразиться, но даже слабый дар справляется. Да и остальные отделываются недомоганием, ну, может, небольшим поражением кожи в месте прямого контакта, — пояснил мужчина. А я улыбнулась, он говорил словно о простуде. Значит, эманации — это для меня отличная новость. — Если нужны медицинские карты, то вам их предоставят.

— Мне проще лечить, не зная всего букета заболеваний. Так отсутствует страха не справится, — я улыбнулась.

— Да хотел бы я тоже об этом не задумываться, — Фёдор Петрович похлопал по стопке папок и продолжил писать.

А я вышла из кабинета и направилась в палату. Препятствовать мне никто не стал, так что предосторожности были излишне.

За мной зашла медсестра и просто встала у двери в ожидании приказов.

Я не стала выбирать крайних пациентов, прошла в самый конец к окнам. Выбор пал на мужчину в возрасте, если прикинуть по лицу, около сорока, значит не обычный контрактник-выпускник. Постояла, понаблюдала за неподвижным телом. Мерно мигали датчики на артефактной капсуле, мерцала на коже моя рунная структура. Всё же решила глянуть медицинскую карту, правда не знала зачем, практического применения это действие не требовало.

Медсестра по просьбе поднесла довольно толстую тетрадь. Да ему тридцать восемь. И судя по количеству исписанных листов, он частый гость в госпитале. И сомневаюсь, что он здесь мигрень лечит.

Я осмотрела палату, шестнадцать коек. Это, судя по разговору с начальником госпиталя, тяжёлые заражённые только за последние пару месяцев. Жуть, конечно!

И в эту мясорубку скоро вольются мои знакомые студенты. Представила беззаботных улыбающихся ребят… и Мишу. Это я буду отсиживаться в госпитале, меня никто не пустит на поле битвы, а он — боевик, отправится в самое пекло. Воображение живо подкинуло его изуродованное тело. Комок встал в горле. С трудом прогнала этот ужас.

Нужно заканчивать это противостояние! Я обязана остановить чёрную напасть! Решила в данный момент не думать, как это сделаю. Мой незримый проводник ведёт меня и готовит. Когда буду готова, то найдётся и решение.

Так, всё, Настя, успокоилась, собралась! — мысленно дала себе пощёчину. Нежную принцессу из себя станешь строить, когда в мирное время будешь наслаждаться в объятиях любимого.

Подозвав медсестру, попросила, чтобы открыла бокс. Она повернула рычаг сбоку, и крышка капсулы начала подниматься.

В палате и так стоял тяжёлый трупный запах, сейчас же меня окатило тошнотворной волной. Но я была готова и постаралась даже не скривиться, не имела права так реагировать.

— Рану открыть? — равнодушным тоном спросила женщина.

— Нет. Я так посмотрю.

Судя по карте, был поражён бок и рука ниже локтя, туда я и поднесла свою ладонь. Хоть эманации и были слабые, но защита всё равно сработала, активировалось защитное поле. Оно мне не мешало выполнить задуманное. Создав готовый блок для сбора пробы, я поднесла к поражённому месту. Подождав минуту, упаковала готовую структуру.

Ну что ж, мотивацию я получила, куда уж больше — опять всплыли перед глазами страшные картины. Пора доделать начатое.

— Позовите Рудольфа Александровича, — обратилась к молчаливой медсестре. — А ещё… принесите шестнадцать браслетов, — она поклонилась и вышла.

Да, я была уверена в результате. По крайней мере, новые реабилитационные структуры будут быстрей восстанавливать.

Начальника госпиталя пришлось ждать, он был в операционной, но мне есть чем заняться. К запаху я привыкла быстро, поэтому прямо в палате расположилась на стульчике и стала обдумывать ещё одну структуру. Рудольф Александрович упоминал магов-инвалидов, и если предположить, то в первую очередь страдают руки. Для подтверждения я просмотрела карточки других пациентов. Так вот, возникла идея магического протеза. Нет, бытовые функции руки он не будет выполнять, хотя и в этом направлении нужно поработать, а вот участвовать в бою сможет.

Вот за набросками подобной структуры меня и застал доктор. Я отложила открытый блокнот на тумбочку и встала. Мужчина подошёл, кинув взгляд на чертёж, и взял его в руки, криво улыбнулся.

— Это будет отлично, — он постучал по рисунку и поднял на меня уставшие, но улыбающиеся глаза. — Есть результат?

— Очень на это надеюсь. Возникла простая идея с доработкой уже действующей структуры, — я указала на больного. — Хочу заменить на новую, с вашего позволения.

Рудольф Александрович одобрительно кивнул. Я поколдовала с браслетом, а именно вставила туда чёрный кристалл, присоединила блок адаптации и заменила браслет на пациенте. Почему не стала работать с надетым?