Выживала. Том 2 - Arladaar

Похоже, занимались этим видом спорта не первый день. На соседних лавках сидели женщины, бабушки, дети, которые временами наблюдали за играющими. В целом, обстановка была спокойная. Женька быстрым опытным взглядом окинул чужой двор: пацанов не видно.

— Сядь тут, — батя усадил Женьку на свободное место на лавочке и прошёл к играющим. — Привет, мужики, в компанию можно включиться?

— Сейчас партию доиграем! — крикнул один из членов команды, прилично накачанный молодой мужик, почти наголо бритый, в майке, тёмной от пота.

Потом они доиграли до конца партии, батя встал в правую команду и вступил в игру. Естественно, поначалу получалось так себе, однако никто не кричал, ничего не говорил: играли на интерес. Потом, примерно через полчаса, сделали перерыв, сев прямо на траве.

— А я тебя, кажется, видел, — протянул руку накачанный бритый мужик. — Ты на ГАЗ-53 ездишь?

— На ГАЗ-53, — подтвердил Григорий Тимофеевич, пожав руку мужика. — В железнодорожном ОРСе работаю. Звать Гриша.

— Меня Серёга, я тоже водила, — заявил накаченный. — В автоколонне 1339 работаю, на дальние рейсы езжу в командировки, на «Колхиде», победит вожу с Урала, из Екатинска, к нам, на машзавод.

— Из Екатинска? — с удивлением спросил Григорий Тимофеевич. — Это где такой город?

— На Урале, в Свердловской области, — объяснил Серёга. — Там танки делают, у них редких прочных сплавов много выпускается. Они к нам идут на буровые шахтные коронки, ребята в цеху делают. Ну да ладно, знакомься с другими. Того длинного звать Вован, он в мартеновском цехе бригадиром работает, Митяй на шахте проходчик, Ванька горновой в доменном. Хорошая компания у нас тут. А ты давно тут живёшь?

— Да мы только в конце зимы переехали, — заявил Григорий Тимофеевич. — Пока мы сами к новому месту привыкали, сын привыкал, время прошло, потом дочка родилась, потом весна настала, и так как-то вот только сейчас с местными решил познакомиться.

— Приходи к нам играть! — рассмеялся Серёга. — У нас так получается, что мы редко собираемся все вместе, работаем посменно все. Иной раз придёшь, вдвоём-втроём сидим, мечом перекидываемся кое-как. А это твой сын?

Серёга кивнул головой в направлении Женьки, понуро сидевшего на лавочке с краю. Рядом с ним вольготно расположились две девчонки-близняшки лет восьми и постоянно хихикали, и Женька мрачно подозревал, что хихикали над ним.

— Мой, — подтвердил Григорий Тимофеевич. — Грамотный пацан. Хоть всего 6 лет, а уже читать умеет и считать, в школу пойдёт в этом году. На горные лыжи ходит заниматься, уже на третий юношеский разряд сдал.

— А рядом с ним мои дочки сидят, вон две близняшки в розовых платьях, — рассмеялся Серёга и крикнул:

— Вера, Надя! С мальчиком познакомьтесь! Он из наших!

Словами этими Серёжа вогнал Женьку чуть ли не в краску. Неужели этот мужик не знает здешний положняк?

Жека первым делом подумал: «Не дай бог сейчас местные дворовые пацаны увидят, как я с девчонками разговариваю». Понимал, конечно, что это бред, но в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Попав сюда, он принял правила игры.

— Мальчик, а ты что такой грустный? — хихикнула одна из девчонок, подошла к Женьке и протянула руку. — Меня Вера звать.

— Меня Надя! — подошла вторая девчонка и с интересом уставилась на Женьку, наклонив голову.

— Женя, — смущенно пробормотал Женька и пожал грязноватую ладошку.

Правда, девчонки не стали ни разговаривать с Женькой, ни звать его с собой играть, по-видимому, лишь повиновались просьбе отца. Потом Григорий Тимофеевич, посидев и поговорив с мужиками о всяком-разном примерно минут 20, попрощался со всеми, крепко пожав руки, и, позвав Женьку, отправился домой.

А потом как-то так получилось, что Мария Константиновна тоже захотела пойти посмотреть, что делают мужики, о которых так лестно распространялся Гришка, что они-де и хорошие, и непьющие, а у Серёги с автобазы так и вовсе есть автомобиль ВАЗ 2101 белого цвета. Новая модель!

Взяв коляску с Анастасией, пришла с Женькой в этот двор, а там сидели жёны этих мужиков, и пошло-поехало. Как всегда это бывает, у женщин нашлись общие темы для разговора, а ещё через какое-то время стали дружить семьями, ходить друг к другу в гости. Некрасовы наконец нашли себе друзей в новом месте. Сейчас, проживая в центре города, они уже ничем не отличались от городских жителей, сбросив с себя лёгкий налёт деревенского образа жизни…

… Примерно в конце июня бабка Авдотья в один из воскресных дней приехала в гости, и вид у неё был какой-то необычный: такое ощущение, словно оделась в лучшее платье и даже постриглась. Одета всё так же, в длинное платье, на голове платок. Однако платье было белое с красными цветами, наряднок, синий платок завязан не под подбородком, как всегда, а на затылке, и позволяет видеть короткие волосы. И Женьке даже показалось, что губы слегка подкрашены. «Неужели нашла себе кого-то?» — с удивлением подумал он.

После угощения посидела, поигралась с внучкой, потом тяжко вздохнула.

— Ругать, наверное, будешь, Гришка, — виновато сказала бабка Авдотья. — Я тут… вроде как замуж вышла. Мужичонку себе нашла. Как вот теперь Господу в глаза смотреть? Тятенька, поди, в гробу переворачивается и костерит на всю ивановскую.

— И кого нашла? — с интересом спросил Григорий Тимофеевич.

По его виду нельзя было сказать, что он как-то осуждает мать, скорее, наоборот, рад за неё. Баба ещё не старая, чего одной там сидеть…

— У нас работает, ремонтником в депо, — призналась бабка Авдотья. — Мужик хороший, работящий, пьёт в меру. Вдовый он. Дети взрослые, на Дальнем Востоке живут. Тяжело мне, Гришка, одной. Тут хоть какое-никакое развлечение, да и мужская рука под боком.

— Так это, маманя, хорошо, рад за тебя! — решительно заявил Григорий Тимофеевич. — Надо бы познакомиться нам.

— Приезжайте в гости через неделю, в воскресенье! — улыбнулась бабка Авдотья. — Там и познакомимся.

На следующее воскресенье Григорий Тимофеевич из телефона-автомата вызвал такси к подъезду, и всем семейством поехали в свой бывший барак. Водитель остановился в проезде напротив сараев, в которых раньше лежали уголь, дрова и всякая всячина. Когда вышли из машины, Женька огляделся и понял, что изменений тут абсолютно никаких не произошло: всё тот же заросший лопухами и крапивой двор, те же самые деревянные бараки, пыль, стуки колёс железнодорожных вагонов