Колыбель Мрака - Настя Полос

Мой вопрос встретил возмущенные рыки.

– У них есть этот проклятый меч! – зашипела на меня одна из шаманок, имя которой я даже не стала запоминать.

– Далсон умер двадцать лет назад. А я пришла только сейчас. У вас было столько времени, но вы ничего не смогли добиться.

– Ты не права, – начала Татья. – Когда Далсон пришел на Райлан, он убил даже не треть населения, не половину, а больше! Намного больше, чем ты можешь себе представить. От некогда могучих мы скатились до самых примитивных. Мы были злы, но нас пожирала скорбь! Тебе никогда не приходилось хоронить друзей и близких сотнями, а мне – да.

Зал погрузился в гробовое молчание.

– Когда народ окреп, мы стали нападать. Жестко и неотвратимо. Ты была на Инуре и знаешь, что они тоже страдают и им осталось недолго. Инура – пустыня. Они не могут использовать свою планету для выращивания провизии. Им пришлось создать множества колоний – как говорят они. Или, как знаем мы, поработить другие планеты. Они паразиты, что живут за счет других. Поэтому мы уничтожали все их запасы. Сжигали города, что питали их. Но…

– Но этого недостаточно. – Непоколебимо произнесла я. – Нужно остановиться.

– Это невозможно, безрогая девка! – Татья преобразилась. Даже старая она внушала легкий страх. – Они не хотят останавливаться! Кловисс обещал утопить Райлан в крови, и он отлично справляется. Они как тараканы! Их маяки позволяют им появляться, где и когда они того хотят!

Я никогда не была стратегом и не знала военного дела. Мои знания ограничивались океаном и подводной живностью. Они полагались на меня, но я ничего не могла дать им, кроме как грубой силы, которой было недостаточно. Но дать одной расе уничтожить другую позволить я не могла.

– Далсон мертв, Руун сполна отомстил инурийцам. Почему вы хотите продолжать?

– Мы? – заговорила Лана. – Ты глупое неразумное дитя, чьи мозги пропитались враньем! Что ты знаешь? Что Далсон сошел с ума? Что инурийцы пытались его остановить? Нет, безрогая, дело далеко не в Далсоне. Верховный! Вот кто желает нам всем смерти.

– Но почему? Для чего ему смерть всех дэволов?

– Он хочет мести, – тихо ответила Линетт и отвернулась, избегая моего взгляда.

– За что? – прямо спросила я, но отчего-то все замолчали.

Татья громко выдохнула и сдулась, становясь вновь простой старой женщиной.

– Дэволы, – начала она, – платятся за свою непомерную гордость. Но разве мы недостаточно отдали? Разве наши дети должны платить?!

По старушечьим щекам потекли слезы. Возле нее оказалась Вилан, придерживая за плечи.

– Все началось много лет назад, – подхватила Линетт. – Дэволы жили сами по себе. Так было всегда. Наша магия, планета и боги сделали так, чтобы мы ни в чем не нуждались. Когда наш народ становился больше, то планета росла, питая нас богатым урожаем. Когда мы страдали от засухи, она пускала новые подземные реки. Мы умели жить в любви и гармонии. Богиня всегда держала наши судьбы твердой рукой. Мы расцветали, росли, становились сильней. Но от этого у нас появились свои пороки. Гордость – наш самый страшный грех. Мы не признавали других богов и не считали нужным их почитать.

Линетт замолчала, обхватив себя руками.

– Инуре давно сменился Верховный. Это нас не касалось, но однажды шаманкам пришло прошение о встрече. Мы не знали, зачем ему это, но любопытство и отсутствие видимых причин отказать взяло верх.

Кловисс прибыл на Райлан. Молодой и сильный. Мы почувствовали его магию – свежую и манящую. Верховный Инуры пришел предложить союз. Он знал, как велика наша сила. Говорил, что скоро война захватит и нас. Говорил, что собирает союзы, чтобы помочь Меках одолеть зло.

Сначала мы слушали и внимали, а потом высмеяли его предложение. Дэволы никогда не участвовали во вселенских распрях, а тут вставать под командование чужака и его богов. Кто их Такал, когда у нас есть Дальшах и Бираль?

Это стало первой каплей, настроившей Кловисса против нас. Но она была не последней. Возможно, он бы ушел, пусть и в гневе, но не мечтающий нас уничтожить. Но в тот момент, когда он собирался покинуть нас, в двери влетела Линдана.

Линетт замолчала.

– Кто это? – с нетерпением спросила я.

– Это дитя, – ответила мне Татья, – наша самая большая ошибка. Мы вразумили себя богами и пошли против решения мироздания.

– Линдана, – продолжила Линетт, – молодая дэвольша. Она только-только вошла в отрочество. У нее были пышные черные волосы, серая, но румяная кожа, и необычно красные глаза.

Когда Кловисс увидел ее, мы ощутили, как Райлан глубоко вздохнул. Магия тьмы и Хранителя взорвала крышу, опустив гигантский скоп пыли, а когда она развеялась, мы увидели стоящего на коленях Верховного Хранителя Инуры, а над ним Линдану, чье лицо в слезах сияло, как ночная звезда. И повторял Кловисс: «Моя Халев. Моя Шеви».

– Нет, – неверующе сказала я, качая головой. – Не может быть!

Это не укладывалось в моей голове! Дэвол и инуриец. Прямо как…

– Никто не знает об этом, ведь так? – спросила я. Никто не ответил. – Что случилось?

Я понимала, что конец истории будет ужасен.

– Пришла смерть. – Приговор, озвученный Татьей, сотряс воздух. – Мы мало что знали о других богах, но основы нам все же известны. Мы сразу поняли, что произошло, но принять этого никто не смог. Кловисс был пленен Линданой, да и вряд ли сам понимал произошедшее. Но мы уже накрыли здание куполом ночи, перекрывая выходы.

Тогда Кловисс встрепенулся. Он потянул руку своей нареченной, а та хотела принять ее. Но мать Линданы тогда служила шабашу. Она потеряла рассудок от ярости, думая, что чужеземец украдет дитя из дома.

Даенна – мать Линданы, бросила все силы, чтобы оттолкнуть дочь. Помню крик и магию Кловисса, что оглушили всех нас, но Даенна была быстрее. Она утащила дочь сквозь портал. Зал опустел, а молодые глаза Верховного смотрели на нас. Тогда он начал нас умолять вернуть ее, стал объяснять, что такую магию не разрушить, что сила, соединившая их, больше и могущественнее самого мироздания.

Но мы не верили в это. Посчитали себя умней. Сказав Хранителю, что девушка слишком молода, мы хотели оттянуть время. Но Кловисс и тут выказал выдержку, сообщив, что поселится неподалеку и будет ждать, когда она достигнет зрелости.

– Он хотел оставить пост Верховного, – прошептала я. – Он хотел соединиться со своей парой. Но вы не дали этого.

Клыки удлинились сами собой, с потолка посыпалась крошка от дрожи, что прокатилась по земле.

Сколько же жертв можно было избежать! Все дэволы, инурийцы, родители Игнара и Имрана, моя мать… Все они могли быть живы!

– Даенна отвезла дочь в город Ингарда, – глядя мне в глаза, сказала Линетт. Ее не страшил мой гнев. Или же она понимала, что все они заслужили расправы. – Она оставила девочку там, не слушая уговоры и мольбы. Мать думала, что сможет уберечь Линдану от чужака. Но не смогла защитить даже от своего народа.

Линдана прожила взаперти достаточно долго, чтобы у нее зародились мысли о побеге. Тем временем Кловисс исправно ждал, каждый день приходя к шаманкам, уговаривая их разрешить им увидеться. Он не знал, что Линдана попыталась сбежать. Но у нее ничего не вышло. Ее поймали.

– Кто?

– Дэволы. Она была так красива, – губы Линетт задрожали. – Она не смогла дать им отпор.

– Что… Что с ней сделали?

Никто не ответил. Но я и так поняла.

Внутренности скрутило узлом и передернуло холодом. Я представила себе юную девушку, ощутившую всепоглощающую силу любви, которую заперли, а потом уничтожили свои же.

– Линдану обнаружили здесь, – осипшим голосом продолжала Линетт, – чудом она выжила и приползла сюда. Но не просить о помощи. Нет. Она забралась на самую высокую гору. Ты видела этот склон, Дарин.

Я вспомнила, как нечто манило меня вперед,