Код власти - Алексей Даньшин

– Хи-хи-хи!

Рядом с хозяйкой дома стоял сам генерал-аншеф Александр Иванович Румянцев. И улыбался мне во все тридцать два зуба. Ещё крепкий старичок шестидесяти четырёх лет, он был очень подвижным и моложавым. При дворе даже ходили слухи… но об этом я подумаю как-нибудь в другой раз.

– Николай Васильевич! – Румянцев слегка скривился, произнося моё имя. – Как приятно, что вы откликнулись на моё приглашение.

Я поклонился.

– Благодарю за приглашение, ваше превосходительство! Это большая честь для меня! – Я выполнил полупоклон и, едва разогнулся, как хозяйка дома вступила в игру.

– Господин капитан, это для нас большая честь принимать у себя спасителя невесты наследника российского престола! – лицо Румянцевой тоже источало радость от встречи с героем.

Тут я заметил, как из-за её спины мелькнуло юное прекрасное лицо, с чуть смущённой улыбкой. Александра. Сегодня её день, и платье у неё было, естественно, сшито на заказ: лёгкий персиковый атлас, тонкий кружевной воротник. Она склонила голову в приветствии, но глаза… глаза задержались на моём лице чуть дольше, чем позволял этикет.

– Александра Семёновна! Прошу принять мои поздравления с именинами и, с позволения его превосходительства, – я опять поклонился Румянцеву, как хозяину дома и опекуну именинницы, – позвольте преподнести вам мой скромный подарок!

Я протянул коробочку, красиво упакованную в бумагу с бантом.

Жадничать тут было нельзя. Поэтому за эту золотую брошь с рубинами в изящной шкатулке из какого-то ценного дерева я выложил аж сто пятьдесят рублей.

Мне стоило это сделать даже только ради того, чтобы увидеть в этот момент выражение лица Румянцевой.

Генерал-аншеф тоже был, мягко сказать, шокирован.

Пауза слегка затянулась.

Александра, сперва уставившись на блестящую безделушку с восторгом, вдруг поняла, что такие дорогие подарки ей ещё никто никогда не дарил. И резко покраснела.

А хозяева дома пытались придумать, как им выкрутится из такой щепетильной ситуации, в которую я их загнал этим подарком.

А я смотрел на Александру, слегка улыбаясь и искренне наслаждаясь её волнением. Ей было приятно. И плевать мне вдруг стало на мнение Румянцевых.

Пенять мне на дороговизну подношения Румянцевы, слава Богу, не стали. А то было бы похоже, что они или своё, или моё достоинство этим умаляют. А потому быстро переглянувшись между собой они мне благосклонно кивнули, и Мария Андреевна взялась сама провести меня в приёмный зал, обойдя по кругу всё-ещё стоящую в ступоре Сашеньку, которую уже тут же облепили две младшие дочки Румянцевых.

В зале уже собралась солидная компания – две статс-дамы, пожилой камергер, парочка молодых гвардейцев, явно «для оживления» праздника.

Старшая дочка Румянцевых, Екатерина, что-то выговаривала брату Петру, периодически бросая на меня тревожные взгляды.

В углу на диванчике я заметил ещё одного персонажа, которого никак не ожидал здесь встретить. Фёдор Дубянский. Духовник императрицы, собственной персоной. На ловца и зверь бежит!

Мария Андреевна вела себя, как опытная хозяйка – то обращалась к одному, то подзывала другого, но всё время так или иначе подталкивала меня ближе к имениннице.

В какой-то момент я дождался паузы в наших беседах ни о чём, и решил пойти с козырей.

Я поднял бокал, шагнул вперёд и, чуть поклонившись Александре, сказал:

– Александра Семёновна, в честь вашего дня позвольте поднять тост за вас стихами.

В гостиной на миг стихли разговоры. Я произнёс медленно, с лёгким акцентом на каждое слово:

Пусть в сердце вашем вечно тает

Любви и радости весна,

И первый цвет не увядает,

Хранимый нежностью сполна.

Александра опустила глаза, и на её щеках появился лёгкий румянец. Дамы перешёптывались с улыбками, а мужчины слегка кивали, поднимая свои бокалы за мой тост.

– Ой, поэт, конечно, из тебя так себе! Надо было Пушкина всё-таки читать, — критично заметила Ника. – А тётушка-то её уже мысленно обвивает тебя лентой, как дорогой подарок.

Мария Андреевна тоже с улыбкой кивнула, и я видел в её взгляде то самое довольство, с которым опытный игрок кладёт на стол козырь. Погодите! Это же был мой козырь! Чего она так радуется-то?

– Так она же думает, что это она так тебя уже в сети поймала! Ты же ведёшь себя точно по плану! По её плану!

– Хи-хи.

– Хи-хи-хи!

…

– Александра, дитя моё, – сказала она сладко, – поблагодари капитана за то, что пришёл поздравить тебя в этот день.

Девушка подошла, чуть запинаясь в словах:

– Благодарю, господин капитан, – голос тихий, но в нём была та нотка, что выдаёт неподдельный интерес.

– Это честь для меня, – ответил я.

– А для тёти – выгодная инвестиция, – ехидно вставила Ника.

Мария Андреевна подхватила меня под локоть, отвела в сторону:

– Надеюсь, вы ещё заглянете к нам, Николай Васильевич. Александре полезно общаться с надёжными людьми…

– Почту за честь, ваше сиятел… – я сделал вид, что случайно проговорился и изобразил на лице всю гамму эмоций, которую мог выдать человек, выдавший государственную тайну. Но надо было уже форсировать этот гамбит и преподносить свой очередной подарок статс-даме. – Прошу прощения, Мария Андреевна, – почти шёпотом продолжал я. – Только между нами! Информация о графском титуле для Андрея Ивановича ещё не была оглашена публично. Но месяца через четыре, в июле… – Я сделал движение глазами, которое иначе, как «уж мне доподлинно известно» и не расшифровывается.

Румянцева посмотрела на меня, как на привидение. У неё, статс-дамы, особо приближённой к императрице, этих данных ещё не было. А тут какой-то капитан лейб-гвардии делится с ней информацией о том, что её муж, наконец-то, скоро получит наследственный графский титул. Откуда?

В её глазах замелькали цифры. И после того, как через десяток секунд она, наконец-то, смогла говорить, я услышал именно то, что уже не раз слышал в этой реальности.

– Да кто вы такой, господин капитан? Откуда?

– От встроенного интерфейса с именем «Ника»! Откуда же ещё?! Сам то я такие данные и не помнил никогда! Хи-хи-хи!

Я пожал плечами.

– Иногда, Мария Андреевна, очень полезно иметь нужных друзей и покровителей. Не правда ли?

Она хлопала глазами, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное.

И к какой категории ей меня отнести? Друг? Покровитель? Да я моложе её почти в два раза! Но по глазам видно, что она вдруг меня испугалась! И сильно! Как бы не