Кроу неуловимый - Артем Каменистый

— Ну это вряд ли, но да, это действительно самые дорогие штурмовые корабли. Они и долговечные, и должны справляться там, где первые две линии не справляются, на них не экономят. Так что, как минимум, там если не самые лучшие материалы, то почти.

— Самые лучшие или почти самые, это значит точно дорогие, — со знанием дела заявил Бяка. — Гед, а мне вот интересно: что ты с этим кораблём делать собираешься?

Я пожал плечами:

— Сожгу, конечно же. Другие варианты не вижу.

— Как это не видишь⁈ Я вижу. Подсказать парочку?

— Бяка, остуди свою жадность, мы с собой его по суше никак не утащим и по морю не проведём. Там от кораблей ассиопцев не протолкнуться, и они уже его ищут, а у нас даже команды нормальной нет. Так что забудь про другие варианты.

— Гед, но ведь есть вариант снять ценности. Согласись, будет обидно, если всё просто сгорит.

— Вот сам и снимай, что успеешь. Мы тут ради мародёрства задерживаться не будем.

Оценив габариты корабля, Бяка почесал в затылке:

— Вот же Хаос… да тут работы непочатый край…

Размеры судна сказались и на осадке, она оказалась побольше, чем у галер первой линии. И хотя глубины у берега здесь немаленькие, в дно галера уткнулась за три десятка метров от суши.

— Кто вы⁈ Представьтесь! — требовательно прокричал седобородый старик, вышедший на нос корабля.

— Я Гедар Хавир из Кроу.

— Это точно вы? — задал старик совсем уж странный вопрос.

— А вы кого-то другого здесь ждали?

— Ох, простите за чушь, господин Гедар, из-за этих баб и детей голова совсем соображать перестала. Всю дорогу мои последние нервы мотали… помереть спокойно не дают… Да, именно вас мы тут и ожидали встретить, но проверить всё же нужно.

— И каким же образом вы меня проверять собрались?

— Так у нас же есть ваше описание. Сейчас смотрю на вас и вижу, что всё сходится. Ещё раз простите за недоверчивость. Господин Гедар, нам надо как-то высадится, но, как вы видите, до берега далеко. У нас тут дети и много тяжёлых вещей. Я вижу вот там, где сети сушатся, пару лодок. Не могли бы вы их отправить к нам?

— Разумеется, но, боюсь, тяжёлые вещи придётся оставить. У нас несколько раненых и нет повозок и не так много запасных лошадей, так что много не увезём.

Старик прищурился и покачал головой:

— Надо как следует посмотреть на вас поближе. Впервые встречаю человека, который вот так, запросто, собрался бросить почти полтонны серебра, золота и самоцветов.

Судя по шуму, что послышался слева, Бяка при последних словах подпрыгнул метров на пятнадцать.

— Гед! Нет! Не вздумай ничего бросать! — заволновался приятель. — Я уже обо всём позаботился, подсуетился вовремя, лошадей того дозора прихватил. Там кони крепкие, даже тонну утащат, если их правильно навьючить.

Цифра солидная. Непонятно, какую часть от неё занимает золото, но подозреваю, это далеко не считанные килограммы.

У меня с этим металлом вечные проблемы. Решаю их решаю, да никак не решаются. У торговцев всё выгребаю, у криминальных личностей, даже сам пробовал наладить добычу, пройдясь по тому маршруту, по которому выбирался из Запретной пустыни. Тогда двигался всё время с активированным Взором Некроса и потому заметил парочку заслуживающих внимания кладов.

Увы, добыча оказалась копеечной. Не стоила она тех затрат времени. Та попытка, полагаю, могла бы себя окупить за счёт того самого золотого саркофага, обнаруженного на раскопках, устроенных тёмными. Однако вернувшись туда, я вместо увесистого предмета из драгметалла нашёл свежевырытый шурф.

Увы, тёмные лишь на словах отвергают мирские богатства, вот и здесь подсуетились раньше.

Но даже оставь они саркофаг под землёй, тяжеленной штуковины надолго бы не хватило. На экспериментах последних месяцев я потратил в разы больше металла. Медленно бродить по руинам, под Взором Некроса выискивая древние потери и клады, конечно, можно, но времени на такое занятие уходит прорва, а прибыль не впечатляет. Привлекая помощников для раскопок, я лишь слегка ускоряю процесс, это не решает проблему.

Так что регулярно приходится задумываться над одним и тем же вопросом: «Где бы достать хотя бы немного золота?»

Поэтому после слов старика настроение резко повысилось.

— Откуда у вас столько драгоценностей? — спросил я.

— Из Ассиопы, конечно же, — ответил старик.

— Да что вы говорите? Но, знаете ли, Ассиопа большая страна, хочется узнать подробности.

Тот сокрушённо покачал головой:

— Господин Гедар, мне кажется, сейчас не стоит обсуждать на всю округу столь щекотливые вещи. Дело в том, что в появлении этих слитков на корабле есть, скажем так, некоторые деликатные моменты, которые, если придраться, можно даже назвать криминальными. Понимаете, мы попытались уйти не просто так, а как можно громче хлопнув дверью. У тех, кто покидают опостылевшую Ассиопу со скандалом, можно сказать, так принято. Вспомните хотя бы предков вашего императора, ведь им тот «хлопок» до сих пор припоминают со скрежетом зубовным. Но не беспокойтесь, господин Гедар, для вашей чести тут никакого ущерба не возникнет, этот груз целиком на нашей совести.

— А знаешь, мне прям очень нравится совесть этих прекрасных людей, — одобрительно заявил Бяка. — И также очень волнует вопрос моей… в смысле нашей доли с этих абсолютно честно полученных ценностей. А то, получается, помогаем за просто так, это ведь неправильно. И да, этот корабль надо хорошенько осмотреть. Мой опыт подсказывает, что там, где полтонны серебра и золота вдруг возникли, может и другое полезное найтись. Одно к одному как бы тянется, закон у природы такой. Да и сам говоришь, что это лучший корабль в Ассиопе, не надо его просто так сжигать, без осмотра.

— Нет, Бяка, я такое не говорил. Лучший в своём классе — возможно. Ты на размеры его посмотри. Не слишком большая галера с одним рядом вёсел, такие называют униремами. Если рядов вёсел два, получится бирема, если три: трирема. Дальше идут квадриремы и даже квинквиремы, но их очень мало и обычно это просто парадные корабли, в реальный бой их не отправляют. Также есть галеасы — разные галеры с полноценным парусным вооружением, а не огрызками вместо мачт. То есть что-то среднее между гребными и парусными судами. Ну и парусные