Стеллар - Роман Прокофьев

обросшие множеством хаотичных надстроек, звездные корабли напоминали гротескные замки, служившие огромными домами-цитаделями далеким потомкам выживших членов экипажа и прибившихся к ним людей. Они разговаривали на невообразимой смеси глобиша и раша и сотнями лет жили разборкой корабельного имущества, сформировав социум искателей и археологов со своеобразными законами. Эта вольница формально подчинялась клану Медведя, будучи самым южным форпостом Сайберии, хотя основные поселения народа раш находились гораздо севернее.

Невообразимое кладбище тянулось на сотни миль, здесь нашли последнее пристанище не менее двадцати поврежденных кораблей разного класса и размера. Большая часть — не более чем металлолом, устаревший еще во времена Утопии, орбитальные ПКО-платформы, но, по словам Сталкера, некоторые удалось восстановить и поставить в строй, как например, сгинувший на Черной Луне «Ронсеваль». Первый Легион вел здесь активную деятельность — с кораблей-доноров тек неиссякаемый ручей ценных трофеев.

Отсюда до нашего места назначения оставалось совсем немного. Вскоре флаинг начал снижаться, заходя на посадку, — и я увидел оборудованный по всем правилам квадрат легионного лагеря. Башенка ретранслятора, правильные ряды жилых модулей, паучьи силуэты «Тарантулов», сторожащие периметр, тройка винтокрылов на взлетной-посадочной и мелькающие фигурки людей внутри.

Здесь находилась Седьмая Когорта — практически в полном составе, шесть сотен бойцов, включая свежее пополнение из Города. Полноценный боевой рейд, возглавляемый второй командой Инков «Звездной Силы». После разговора в Городе Сталкер получил все необходимые ресурсы, и его подчиненные развернули бурную деятельность, не дожидаясь нашего прибытия.

Нас ждали. Даже дисциплинированные легионеры шарахнулись от дикого руха — на обученную мега-птицу из тех, что использовал Легион, птенец не походил, был в два-три раза крупнее орноптара и не имел городской Метки и упряжи. Я сдержал его невольную агрессию, вызванную запахом железа, громкими звуками и обилием источающих адреналин двуногих, заставив оставаться на месте, — и подошел к встречающим.

Инкарнаторы Стеллара, еще одно трио легатов. Шаман, смуглолицый Техномант, держащийся с непринужденным высокомерием аристократа, явно брал пример с Ворона — такая же специализация, похожая броня, явный снайпер-невидимка. Минерва — светловолосая Заклинательница с оружием, напоминающим электромагнитный технолук, судя по плетению Источника, только осваивала новый носитель.

И Йотун. Я впервые видел лидера второй команды Седьмой Когорты и, признаться, до этого был уверен, что Йотун — мужчина. Но все оказалось наоборот — Йотун была женщиной, да еще какой. Она просто поражала воображение.

Почти восьми футов ростом, с соответствующими габаритами и мускулатурой, которые не скрывал необычный экзоскелетный Доспех, Йотун производила устрашающее впечатление. Вот кого нужно было выпускать против Гора — они явно находились в одной весовой категории. Толстые рыжие косы, презрительно прищуренные змеиные глаза — как прицел спаренного пулемета. Лицо и тело женщины покрывала причудливая синяя татуировка, изображающая древние руны и геометрические орнаменты, а дополнительные миоэлектрические конечности удерживали над плечами роторную пушку и реактивный огнемет. Сама Йотун небрежно, как пушинкой, поигрывала огромной двухлезвийной техносекирой, в которой я с удивлением узнал «Гнев Электроманта» — трофей, взятый мною с тела Моргота и отданный команде Сталкера в обмен на вингер Кайры. Великанша, несомненно, была чистым Воином, прошедшим не меньше четырех эволюций, и внешне мало отличалась от Инков Святых, почти потерявших человеческий облик.

— Айве! — голос у Йотун оказался соответствующий, густой и хриплый. — С возвращением, Сталкер. Привез подкрепление?

— Да. Что у вас тут? Какие новости?

— О, много всего. С чего начать?

— С потерь. Пошли, расскажешь по дороге.

— Десять убитых, тридцать раненых. В основном новенькие. Мы зачистили поверхность в радиусе двадцати миль, заткнули три новых норы, — докладывала великанша. — Внутри… прошли и заново зачистили два яруса. Закрепились в переходах на третий, поставили там временную заглушку.

— Всего лишь? До нашей старой заглушки между третьим и четвертым не удалось добраться?

— Нет. Мы хорошо продвигались, ничего сложного, но на четвертом они опять успели восстановить свою скорлупу. Прогрызть не хватило времени.

— Почему?

— Там полно сцифориев. Кишат, как тараканы, и не кончаются.

— Значит, Прайм восстанавливает защиту. Чувствует угрозу? — задумчиво пробормотал Сталкер, вроде бы ни к кому не обращаясь.

— Или готовит плацдарм для наступления, — заметил Шаман вполголоса. — На поверхности попадались в основном окулусы и дрифтеры, значит, главные силы концентрируются внутри.

— Как в тридцать третьем? Возможно… — цепко глянул на него легат Седьмой Когорты. — Ладно, я хочу посмотреть на все это дерьмо своими глазами. Можно сказать, соскучился.

Я бы тоже не отказался осмотреть то, с чем придется иметь дело. Изучать глифы А-механизмов и структуры Прайма по записям и видеофайлам Архива Стеллара и увидеть вживую — совершенно разные вещи.

Странное место — дикий горный край, сплошняком заросший лесом, как борода спящего великана. Конечно, во времена Утопии здесь все выглядело иначе — вызвав карты и схемы, я понял, что нынешний лагерь Легиона находится на месте древней базы, служившей то ли для складирования и отправки готовой продукции, то ли для проживания персонала, — от разрушенных строений сохранились лишь фундаменты и часть первых этажей, а сам производственный комплекс находится в нескольких милях, на приличной глубине под гористыми кряжами. Он был огромен — десять разветвленных уровней, целый подземный город со своей инфраструктурой. Я не мог отделаться от мысли, что все это крайне странно — удаленность от центров цивилизации, сложная логистика, проблема с персоналом… Почему производственные линии полностью перенесены в подземные, вернее, подгорные цеха? Добыча ресурсов не могла оправдать строительство такого масштаба, как будто специально спрятанное от чужих глаз. Скальная толща хорошо экранировала А-излучение и защищала в случае бомбардировки даже ядерным оружием — те, кто проектировал этот производственный комплекс, как будто хотели сделать его замаскированным и неуязвимым для атаки извне. Я в очередной раз убедился, что они (а то, что к проекту «Аврора» приложили руку первые Инкарнаторы, уже не вызывало сомнений) готовились к войне, вторжению, возможной гибели Земли в нескольких сценариях и пытались максимально защитить свое детище. Насмешка судьбы заключалась в том, что теперь это обстоятельство играло против нас — ведь именно нам нужно было прорваться снаружи, а враг засел внутри…

Вход представлял собой огромную дыру со рваными и оплавленными краями в навсегда застывших исполинских гермостворках. Их как будто взорвали изнутри, а потом еще вдоволь погрызли образовавшуюся брешь. За ней начинался тоннель с оборванными монорельсами, уходивший вниз с приличным уклоном. Его держал под прицелом «Микадо», тут же был построен мощный, хорошо укрепленный блокпост, охраняемый тремя алами легионеров с тяжелым вооружением.

— Вот, Грэй, — повернулся ко мне Сталкер. — Войти можно только здесь. Остальные входы мы взорвали или завалили — так проще контролировать А-механизмы. Они периодически бурят новые норы или пытаются разобрать завалы,