Охотник - Борис Вячеславович Конофальский

– Наверное, – неуверенно произнесла она. – Вы сказали, что это кольцо мне… отдадите… – Девочка не успела договорить.

– Кольцо… Отдам, отдам тебе, если ты эту бешеную угомонишь. Ты пришла еще раз это услышать?

– Да. – Света кивнула.

– Так говорю тебе, если еще раз хочешь услышать: отдам тебе это кольцо, как только узнаю, что ты пришибла Аглаю. – Огромное лицо мамаши приблизилось к лицу девочки. Толстые слюнявые губы зашептали быстро и требовательно: – Тем более теперь-то тебе несложно будет, вон у тебя нож какой. Полосни, полосни ее им покрепче, она и изойдет юшкой. Ты, главное, ее не бойся.

«Не бойся… – Светлана едва не усмехнулась. – Как ее не бояться? Аглая сильная, быстрая, хитрая. Как ее не бояться?»

А еще девочка почувствовала, что именно от мамаши тут пахло фекалиями.

– Ты ее не бойся, не бойся, – продолжала мама Тая. – Ты, главное, свой нож до времени спрячь. Заверни его в тряпку. Не должна она его видеть до времени. До нужного времени, пусть думает, что у тебя есть лишь твоя палка, пусть кинется на тебя, а тут ты уже его и достань… И режь бешеную. Не старайся ее сразу заколоть, убить, она не дастся, полосни как следует, а лучше полосни два раза, раз… раз… – Толстуха круглой ладонью рубанула воздух, Света обратила внимание на то, что движения мамы Таи весьма точны и быстры для такой горы жира, для такого рыхлого тела, а мамаша, не замечая изучающего взгляда девочки, продолжала ее учить: – Хоть по рукам ее режь, хоть по башке, хоть по тулову, только поглубже режь, поглубже, до кости ее кромсай, а потом отбеги от нее, отбегай, не подпускай к себе, бегаешь-то ты быстро, так бегай и жди… Жди. Ножик у тебя знатный, от него в шкуре такие дыры будут, что сразу не зарастут. Юшка из нее ручьями потечет, а ты жди, не подпускай Аглаю к себе… Жди, пока она крови потеряет побольше, а как увидишь, что она устала, так подходи и добивай, горло ей режь или в брюхо коли. В сердце.

Странное дело, но Светлана слушала очень внимательно, глаз не отрывала от засаленного лица мамаши, от ее пришепетывающих толстых губ. А кроме того, что она запоминала все, что говорила мама Тая, так девочка еще и успевала подумать кое о чем. Например, о том, откуда эта на вид неповоротливая толстуха может знать, как надо убивать ловкую Аглаю при помощи Кровопийцы, а еще девочка думала о том, что мама Тая не дура, о том, что она хитрая, и о том, что с ней нужно быть осторожной.

– Значит, вы отдадите мне кольцо, останавливающее время, когда я… разберусь с Аглаей? – в последний раз спросила Светлана, когда мамаша наконец замолчала.

– Что? А… Кольцо, конечно, отдам. Да оно особо мне и не нужно, как узнаю, что Аглая сдохла, так сразу приходи. Отдам, отдам…

Глава 3

В детстве Светлана часто ездила к бабушке и дедушке в Воронеж, жила с ними за городом и от подруг бабушки слышала много разных странных слов и выражений. И вот сейчас одно из тех странных выражений, смысл которого Света раньше не понимала, отчего-то пришло к ней на ум, когда она услышала рассуждения Лю о том, какое выгодное соглашение они заключили.

Она бежала вдоль ограды парка, за ней в качестве провожатых следовали сразу шесть синих мальчиков, а Любопытный в ее голове не замолкал ни на секунду:

– Мы тщательно изучим этот артефакт: я подумаю над циклом испытаний кольца и я уверен, что оно будет очень полезно в нашем путешествии на север, но сначала мы должны выявить рамки его возможностей и разобраться с функционалом.

«Не от мира сего!» – так говорила подруга бабушки о каком-то человеке, не приспособленном жить в этом мире. Тогда Свете это выражение казалось смешным, сейчас ей было не до смеха.

Она обернулась и, увидав, что стая синих отстала, перешла на быстрый шаг и произнесла:

– Лю, она не отдаст нам кольцо.

Ну и, конечно же, голос сразу стал возражать:

– Вы, очевидно, не расслышали, Светлана-Света, но тот суприм, что живет под деревом, внятно сказал, подтвердил свое намерение дважды! Он дважды обещал отдать нам кольцо, как только мы выполним свою часть договора.

Девочка опять обернулась и чуть прибавила шагу, видя, что небольшая медуза, которая плавала над парком, двинулась в ее сторону:

– Лю, она не отдаст нам кольцо, и когда, прикончив Аглаю, я приду за ним, она попытается меня убить.

– Не думаю, что такое возможно, – нравоучительно и даже как-то высокомерно произнес Любопытный. – Подумайте сами, Светлана-Света, ведь после подобного… вероломного акта с тем супримом никто и никогда не будет заключать никаких соглашений. Полагаю, что ваш тезис абсурден изначально.

«Нет, он точно не от мира сего!»

– Лю, не знаю, откуда вы, – Свете было даже как-то неловко учить Любопытного, – но тут и даже в моем реальном мире многие так себя и ведут… Понимаете? Так и ведут. Они хотят, ну, как это вам объяснить, кинуть всех, ну… всех обмануть, чтобы получить что-то для себя, получить все что можно, прямо здесь и прямо сейчас, не думая о последствиях.

– Но это какая-то голая и недальновидная биология, это путь к упадку и деградации, ведь желание существовать за счет других представителей своего же вида… это паразитирование. Думаю, что остальные особи вашего вида не будут мириться с паразитами в своей среде.

– Люди привыкли, – невесело заметила девочка.

– Это странно, – произнес голос. Проблемы биологического вида, к которому принадлежала девочка, его волновали мало, а заполучить кольцо он хотел, поэтому Лю продолжал: – Допустим, вы правы, Светлана-Света, и этот суприм из-под дерева не захочет отдать нам кольцо после того, как мы выполним свою часть договора. В таком случае нам нужно вернуться к нему и попросить кольцо вперед. Объяснив это тем, что кольцо поможет нам ликвидировать Аглаю.

– Не даст она, – коротко и уверенно ответила Света. – Мама Тая притворяется доброй. Она хитрая и быстрая. И сильная. Нож мой ей понравился. Если мы вернемся и попросим кольцо… мама Тая способна натравить на меня