Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

— Ваше сиятельство, — справа от меня выросла фигура Котелка-на-ножках. Я поднял голову, заглядывая в усатое лицо. — Её сиятельство Анна Павловна просит вас о встрече. Сейчас.

Хм…

— Ведите.

Он чуть поклонился и зашагал к лестнице на балкон. Вокруг кружились пары. Снегов заметил меня и двинулся было следом, но я отпустил его жестом. Котелок шагал впереди, храня гробовое молчание. Наконец, мы свернули в один коридор, затем в другой, пока мой провожатый не остановился у дубовой двери. Постучал в неё, затем приоткрыл и сунул внутрь голову. После чего отстранился, пропуская меня.

Я ступил в просторную комнату. Дверь позади закрылась, щёлкнул замок. Княгиня стояла у стола, спиной ко мне, и любовалась игрой свечей. Затем женщина чуть повернула голову. Каждое движение было наполнено невероятной притягательностью.

— Рада, что вы не отклонили моё приглашение, — мурлыкнула она.

Глава 3

Я оглядел гостевые покои. Всё здесь дышало лакированной стариной и богатством. Особенно впечатлило огромное ложе с резными ножками, под шикарным балдахином. Гедеонова повернулась ко мне, опершись о кромку стола отработанным и, чего там скрывать, привлекательным движением.

— У вас бывает дежавю? — спросил я княгиню. Получил в ответ лишь изогнутую бровь и немую просьбу пояснить.

— Когда тебе кажется, что это всё уже было, но закончилось немного не так, как сейчас, — сделал я шаг вперёд. — И ты до последнего уверен, что так и было на самом деле, однако в этот раз боишься повторить свою ошибку. Впрочем, вы хотели поговорить, ваше сиятельство.

Она оттолкнулась от стола и двинулась ко мне. Мягко, грациозно и очень двусмысленно. Приблизилась вплотную, обдав запахом духов. Посмотрела в глаза так, как умеют только женщины.

— Возможно, Михаил Иванович, — выдохнула она. — Вам не показалось, славный граф, что между нами проскочило нечто особенное?

Её губы оказались совсем рядом с моими.

— Вы ведь почувствовали? Я видела, как вы на меня смотрели.

Я сделал шаг назад:

— Ваше сиятельство, со всем моим почтением… Но я помолвлен.

— Разве это может быть препятствием? — не остановилась Гедеонова. Её ладонь оказалась на моей груди. — Сомневаюсь, что юная графиня из глубинки сможет дать вам что-то большее, чем я.

Её пальцы скользнули вниз и оказались в моей руке. Веки Гедеоновой дрогнули, полные губы призывно приоткрылись:

— Поверьте мне, Михаил…

Я мягко отвёл её ладонь в сторону:

— Ваше сиятельство, если это и было предметом нашего разговора, то я, пожалуй, пойду.

Взгляд княгини сверкнул. Она, наконец, отступила:

— Михаил, вы знаете на что способна отвергнутая женщина?

— Увы, — пожал плечами я.

— Увы да, или увы нет? — сказала Гедеонова с нехорошим прищуром.

— Пожалуй, мне пора, — чуть поклонился я.

— Вы попадаете в большой мир, Михаил. Мир, в котором без покровителей будет очень сложно. Это джунгли, где выживает сильнейший и мудрейший. Тот, кто находит правильных союзников, — она грациозно отвернулась и зашагала, соблазнительно покачивая бёдрами, обратно к столу. Я молчал, не отказавшись от приятного вида.

— То, что вам благоволит сам Император — ничего не меняет. Сегодня вы ему интересны, а завтра нет. Поэтому всегда нужно искать свою стаю, Михаил. И способы её найти могут быть разные. Я предлагала вам один из самых простых.

Она обошла стол и медленно опустилась в кресло, закинув ногу на ногу.

— Вы молоды и горячи, — заметила она. — Поэтому я вас прощаю. На первый раз. Но во второй раз вам придётся постараться, чтобы заслужить мою благосклонность. Очень хорошо постараться. Третьего раза не будет. Идите.

Я коротко кивнул. Замок щёлкнул, и дверь отворилась. Я вышел в коридор. Котелок-на-ногах безучастно смотрел в стену напротив, а справа от него пыхтел белый как смерть «альбинос». Илья Матисов собственной персоной. Какое необычное, невероятное совпадение.

— Ты… Вы… Она… — одарённый пошёл пятнами от ярости, уставившись на меня. — Как вы… Здесь⁈

— Простите? — я приподнял бровь.

— Она моя, понял? Моя! — прошипел Матисов, порывисто шагнув ко мне. Котелок чуть повернул голову, отследив движение «альбиноса».

— Выбирайте выражения, пожалуйста, — холодно ответил я, глядя прямо в его розоватые глаза. — Мы с вами не настолько близки, чтобы вы могли мне тыкать.

— Ещё раз я увижу тебя рядом с госпожой… — не успокоился тот. — Клянусь, ты об этом моментально пожалеешь. И не пытайся изобразить из себя благородного. Всем известно, откуда ты вышел. Кто быстро взлетает, часто считает, что теперь так будет всегда. Уверяю тебя, пограничник, ты упадёшь, если не отступишь! Упадёшь гораздо быстрее, чем сделал бы это самостоятельно.

— Господа, вы мешаете отдыхать её сиятельству, — хрипло сказал Котелок. Матисов смотрел на меня с ненавистью и странной жаждой. — Не могли бы вы продолжить вашу беседу в другом месте?

Дверь отворилась, и на пороге появилась Гедеонова. От меня не укрылось, что она поправила платье так, чтобы увеличилось и без того откровенное декольте.

— Граф, вы ещё здесь? — удивилась она, глядя на меня. Матисов скосил взор на притягательный вырез и сглотнул.

— Уже ухожу, ваше сиятельство. Случилась ничего не значащая заминка, — с ледяным спокойствием ответил я.

— Неужели вашу заминку называют Ильёй? — улыбнулась одними губами княгиня. Альбинос дёрнулся как от удара. — Господин Матисов, вы серьёзно стали столь незначительны?

— Этот пограничный пёс слишком много о себе думает! — прошипел альбинос.

Тонкая грань перейдена. Возможно, осознанно. Даже Котелок покосился в мою сторону с интересом. Прямое оскорбление произнесено. Произнесено опытным дуэлянтом с более высоким рангом. При свидетелях. Дверь впереди распахнулась, и в проходе появился Снегов. Очень своевременно. Витязь остановился, мигом оценив ситуацию. Рука его легла на навершие меча.

Что ж…

Я посмотрел в глаза княгини, губы которой тронула лёгкая и насмешливая улыбка. Придворные игры — это вам не на границе с монстрами рубиться. Меня решили загнать в ловушку? Ну-ну.

— Первого декабря я планирую посетить Парк Победы в городе Минск, — я медленно стянул с рук бальную перчатку, обратив взор на ждущего Матисова. Этот и вовсе не скрывал предвкушения. — Возможно, кому-нибудь из ваших друзей было бы интересно пообщаться с господином Снеговым, чтобы определиться с деталями.

Витязь подошёл ближе, поклонившись. Я же швырнул перчатку в лицо Матисову, стирая самодовольную улыбку альбиноса, а затем отвернулся и пошёл по коридору прочь.

— Полагаю, Михаил Иванович, вы уже нашли новых друзей? — обречённо поинтересовался Снегов, когда мы поравнялись.

— Что поделать. Я очень общительный, — задумчиво обронил я. — Станислав Сергеевич, вы знаете, что делать?

— С этой стороны подобных встреч я тоже бывал, — кивнул Снегов.

Альбинос побелел ещё больше, но уже от гнева, а вот Гедеонова смотрела с грустью и толикой мести. Лишь Котелок как был големом