Истина - Ана Эм

по ходу еще и поднасрал. Мы понесли не хилые потери. За три года мы восстановились, но армия уже не та, что прежде. Умно. Очень умно. Вот только как тебе удалось сделать эти разрывы? Ведьма. Есть ведьма. Такое заклинание требует особенной магии. Значит, это мощная ведьма. Если бы не видела в воспоминаниях Камиллы смерть Эрианы, подумала бы, что это она. Теперь рядом с Ксандром появляется еще и женская фигура…

– Что тебе известно о феях? – слышу голос сестры и возвращаюсь в реальность, моргнув.

– А тебе?

Вал одаривает меня хмурым раздраженным взглядом. Чего она вообще ждала? Что я вот так просто выложу все свои карты?

– Я знаю, что фейская магия передается исключительно по женской линии и каким-то образом связана с землей.

Я киваю. Это общеизвестный факт, как и то, что одаренные ведьмы наследуют дар своих родителей, а всего возможных даров четыре. Однако вот она я, прямое доказательство того, что магия не подчиняется простым фактам. В моей крови ни единой частички стихий, хотя семья Манро славится именно ими.

– Царская власть так же наследуется только по женской линии. – продолжает Вал. – И вот уже ни одну сотню лет на троне сидят потомки Мефиры.

Потомки той, кто входила в самый первый состав Триады. Той, кто с помощью своего артефакта, Камня Души, создала защитный барьер вокруг всего Элариса, спрятав его от остального мира. Считалось, что только феи знали путь в Эларис и могли показать его. Но опять же, взгляните на нас. Как оказалось, что дорогу знают и русалки, которых лично я до появления в Деревне волков считала мифом.

Уже очень долгое время меня не покидает ощущение, будто Керион самый настоящий пузырь, оторванный от всех и вся. Намеренно или нет, не имеет значения. По какой-то причине, ведьмы на протяжении вот уже многих лет, веков, отстают по части знаний об окружающем мире. Разумеется, наличие демонов на нашей земле и постоянная необходимость защищаться сыграла не последнюю роль, но все же…

– Твоя очередь. – кивает мне Валери.

– Очередь? – задумываюсь я так, словно впервые слышу это слово. – Не помню, чтобы обещала что-то тебе рассказать.

Сестра шумно вздыхает, закатив глаза, и отворачивается. Прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку. Спустя несколько минут внутренних размышлений о том, стоит ли что-то рассказывать, я все-таки нарушаю молчание:

– Сказки. Я прочла все фейские сказки, что сохранились у нас в библиотеках. Оттуда и знания обо всяких пословицах.

Валери едва заметно замедляет шаг.

– Сказки? – недоуменно произносит она. – Почему именно они?

Я пожимаю плечами, подавив желание в очередной раз огрызнуться. Почему так сложно понять очевидное?

– Фольклор огромный пласт культуры. По нему можно понять то, как думает народ, во что верит и о чем мечтает. Как думаешь, почему у нас сохранились лишь легенды о богах, что когда-то давно стали звездами?

Я запрокидываю голову к небу, но за черными ветвями деревьев ничего не разглядеть.

– Потому что именно боги подарили нам магию? – предполагает Валери.

– Или потому что магия это все, что у нас осталось. – протягиваю без тени эмоций.

– Осталось?..

Вал явно хотела что-то добавить, но мы обе замечаем то, чего еще мгновение назад и в помине не было.

Дома. На деревьях вокруг нас появляются целые многоэтажные здания. Трудно сказать, стали ли деревья здесь толще или же дело в том, что приближался рассвет, разгоняя тени, но я могу поклясться, что раньше стволы не были размером с целую башню поместья Манро.

Где-то двери вырезаны прямо в основании ствола, словно сам дом построен внутри этих мощных растений. А где-то к длинным нависшим веткам и стволам пристроены винтовые лестницы. Они обнимают кору дерева кольцом и поднимаются так высоко, что с земли трудно сказать, сколько там вообще этажей. Окрас древесины варьируется от самого глубокого черного к самым светлым оттенкам коричневого, но в каждом из деревьев пульсируют тонкие синие прожилки. Словно у деревьев есть свое собственное сердцебиение. Листва тоже имеет эту странную пульсацию. Остановившись у ближайшего дерева-дома с черной корой и светло-голубыми прожилками, я поднимаю с земли опавший лист. Да он же размером с мою голову. Да еще и черного цвета. Однако никакой пульсации, никакого свечения. Запрокинув голову назад, замечаю дверь в стволе на высоте примерно пяти этажей. И никакой лестницы. Как же они?.. На ум приходит та воительница, что встретила нас у портала. Фея своей магией создала себе ступеньки. Потрясающе.

Отбросив лист в сторону, возвращаюсь к Валери, которая замерла по середине дороги с таким взглядом, будто в любую секунду ожидает нападения.

– Чего застыла? – спрашиваю, сложив руки на груди, она поворачивается ко мне лицом, но продолжает всматриваться в пространство между деревьями.

– Послушай. – тихо говорит, и я отчего даже перестаю дышать. – Что ты слышишь?

– Ничего. – качаю головой, нахмурившись.

– Вот именно. А мы ведь стоим посреди леса. Как минимум здесь должны быть насекомые или…

Недалеко от нас на тропе раздается треск древесины, и мы обе поворачиваем головы. Валери тут же хватается за эфес клинка на бедре.

– Продолжай идти. – шепчу я ей и сама медленно направляюсь в сторону этой шатающейся фигуры перед нами. Фея даже прямо не может идти и вряд ли представляет для нас серьезную угрозу.

Как только она выходит на клочок света, мне удается разглядеть легкую струящуюся ткань на ее теле, которая едва прикрывает грудь и спускается вниз до самой земли. Кажется, сама девушка вообще нас не замечает, сосредоточено переставляя одну ногу за другой. Резко свернув в сторону, она ступает на более узкую тропинку и подходит к дереву. Затем одной рукой упираясь в ствол, фея медленно начинает подъем по узкой лестнице, что спиралью уходит вверх, теряясь в густой зелени на самой верхушке. Мы с Валери безмолвно наблюдаем. Только сейчас до меня доходит, что лестница разделена на небольшие площадки, что ведут к круглым дверям. Этажи.

– А я думала, одно дерево, один дом. – читает мои мысли Валери.

– Мне до жути любопытно, как у них работает водопровод.

Вал переводит на меня свои округлившиеся глаза, явно до этого момента не задаваясь подобным вопросом.

Тем временем, фея уже добирается до третьего этажа и буквально вваливается в свое жилище.

– Что это с ней? – морщится Вал, когда мы обе слышим давольно отчетливые звуки опорожняющегося желудка.

– Алкоголь? – предполагаю я, и мы ускоряемся, стараясь отойти как можно дальше от этого отвратительного звука. – Или что поинтересней.

Я играю бровями, и Вал хмурится сильней.

– Даже не думай, мы здесь не для этого. – строго произносит