ЭнергоМорф II. Защитник. Том I - Максим Балашов

Тяжело вздохнув, Сергей попытался наклониться и подобрать трофей, оставленный после победы над ящеролюдом. Но не тут-то было: резкое движение — и сильнейшая боль пронзила левый бок парня. Такая, будто под рёбра засунули раскалённую кочергу и провернули.

— Твою ж… — просипел Крас, хватаясь за ребро.

Скинув пиджак, он увидел картину достойную фильма ужасов на дешёвом канале. Вся его рубашка превратилась в кровавое месиво — от подмышки до пояса ни сухой нитки. Ткань прилипла к телу, чавкала при каждом движении.

Сергей понял, что не все удары, нанесённые его противником, ушли в молоко. Некоторые, весьма болезненные, таки доехали до места назначения — аккурат до его мяса.

— Молоком тут и не пахнет, — буркнул он себе под нос.

Аккуратно, стиснув зубы (одна коронка жалобно хрустнула), он стянул сорочку и осмотрел рану.

Слава богу, дыра оказалась неглупой — в смысле, неглубокой. Широкий порез шёл через рёбра, к сердцу, но удача (или чужое косоглазие) не дала тяжёлых увечий. Повреждены лишь мягкие ткани. Просто царапина? Ну да, конечно. Царапина, от которой хочется выть волком. Не смертельная, но мерзкая — как уведомление из налоговой.

Сергей моментально попытался войти во внутренний мир для запуска техники исцеления.

Но у него ничего не получилось.

Вернее, войти-то он вошёл — без проблем, будто в собственную гостиную, — но не увидел энергетического каркаса.

Осмотрев себя внутренним зрением, он увидел лишь привычную для врачей картину: мышцы, сухожилья, переплетения сосудов и унылый перечень внутренних органов. Как будто смотришь на монитор при МРТ-сканировании — только без противного жужжания и не надо платить за процедуру.

Зато теперь Крас мог осматривать собственное тело со стороны, паря рядом с ним, будто маленький наглый ангел без крыльев и без совести. В теле Лао подобная штука ему не светила — там он был просто пилотом в раздолбанном экзоскелете.

Именно при новом, более тщательном досмотре (с пристрастием и чувством глубокого недоумения) он обнаружил очень маленький, размером с булавочную головку, шарик. Тот тихо лежал в центре его мозга, прикидываясь безобидным.

«Энергетическое ядро», — моментально догадался парень.

А следом пришла другая мысль:

«И давно ты там сидишь, сволочь? Квартплату будешь платить?»

«М-да, и что мне с ним делать? На Фараде по ощущениям оно было размером с кулак отмороженного громилы, а в собственном теле — меньше горошины. Сильно меньше горошины. Практически ничто. Нужно подумать, как эту заразу развивать. Опять куча вопросов без намёка на ответы. Где гнусный, старый хрыч, когда он так нужен? Небось чаи гоняет на том свете или наблюдает за моими мучениями с попкорном. Ладно, посмотрим, что я могу сделать с раной. Радует лишь факт: я хотя бы могу заходить во внутренний мир, а не тыкаюсь лбом в закрытую дверь».

Осмотрев рану, единственное, что смог сделать Крас — перекрыть поступление крови в повреждённые сосуды, а также направить сигнал в мозг для подачи строительного материала. Организм, сам должен был восстанавливать мышечный и кожный покров в месте пореза. Мысленно отдав команду в мозговой центр (словно начальник, который не хочет ничего делать своими руками), он моментально восстановил перерезанные кровеносные сосуды. Данная операция прошла проще всего — организм уже начал свою собственную процедуру восстановления, как ленивый дворник, всё же взявшийся за метлу. Оставалось лишь ускорить процесс, расщепляя жировые отложения на необходимые вещества. И тут Сергей впервые порадовался, что обзавёлся небольшим брюшком — хоть какая-то польза от заплывшего жирка.

Вернувшись в реальный мир, Крас увидел, как на его глазах рана затягивается и покрывается коркой. Во время боя он не почувствовал ранения — адреналин переполнял его, как перепивший кофе кролик. Сейчас гормональный фон снизился до уровня трезвого бухгалтера, и ощущалась вся прелесть мелкой царапины. В переносном смысле, конечно. В прямом — это была чертовски болезненная полоска вдоль рёбер, от которой хотелось выть по-волчьи.

«Уже лучше, — подумал Сергей, морщась. — В прошлом с настолько сильным порезом я, скорее всего, загремел на больничную койку и провалялся там пару недель. С тоскливым видом разглядывая побеленные потолки и считая мух на подоконнике. А сейчас почти как новенький. Как „новенький“ подержанный автомобиль — залатанный шпаклёвкой, быстренько замазанный краской с помощью кисточки и проданный доверчивому идиоту под видом „не бито, не крашено“».

Крас рассмеялся — и тут же замолчал. Смеяться пока было больно, словно по рёбрам прошлись наждачкой. Но, чёрт возьми, рана заживала буквально на глазах. Ещё пара минут — и можно будет забыть о случившемся, как о страшном сне с утреннего сеанса.

— Ну-ка, что там за железяки оставил мне чешуйчатый урод?

Нагнувшись за оружием, Сергей отметил, насколько стало легче, — рана уже больше чесалась, чем ныла. Болевые сигналы сменились навязчивым зудом, будто под кожу засунули разозлённого муравья.

«Главное — не делать резких движений, — мысленно одёрнул себя Крас. — Идите ко мне, красавицы».

Подобрав косы и зажав их в руках, он внезапно обнаружил, что снова находится в подвальном туалете злополучного особняка. Те же заплёванные стены, тот же запах сырости и чужих нервов. За дверью его всё так же ожидали опытные убийцы.

Только теперь сам Сергей был слегка другим!

«Ну что, касатики, сегодня явно не ваш день», — в приподнятом настроении парень засунул за пояс своё новенькое оружие и толкнул дверь. Скрипнули петли, словно удивившись его наглости.

— Ну что, увалень, поссал напоследок? А-хах-ха! — рассмеялся один из охранников, выказывая тем самым свой скверный характер и полное безразличие к живому человеку.

Ржал он со вкусом, с чувством, с расстановкой — как глухой деревенский петух, который считает себя великим комиком.

Затем вдруг стал серьёзным, заметив странную деталь во внешности жертвы. Брови сошлись к переносице, улыбка сползла, как дохлая улитка с листа салата.

— Слушай, а ты рубашку зачем снял? И вид у тебя какой-то потрёпанный. Ты там что, сам удавиться пытался или вылезти через канализационную трубу? Аха-ха-х-р-р-рыыыы-к-к-к!

Досмеяться охранник не успел. Резким движением руки Крас достал из-за пояса одну гаму и молниеносно перерезал ему горло. Всё произошло быстрее, чем смеющийся клоун успел бы понять, что жизнь покидает его мускулистое тело.

Кровь брызнула фонтаном! Струя ударила в стену, рисуя абстрактную композицию в багровых тонах. Так как порез оказался очень глубоким, помимо перебитых артерий, ловким ударом Крас перерезал пищевод и позвоночник охранника. Коса