Дорога на остров Рю - Кори Кагэяма

За это последнее посещение Горо заплатил максимальную стоимость. Ему было все равно, чем закончится визит, он жаждал потрясающих ощущений.

Стены комнаты пульсировали жаром, пар становился гуще.

Девушка приблизилась к Горо, обняла его, крепко прижала к груди. Их рты соединились. Горо радостно вздрогнул всем телом, когда сквозь липкие губы в его рот хлынули скользкие паразиты, когда закололо язык и нёбо от укусов пиявок. Его глотка мгновенно забилась солеными слизнями.

И в то же время Горо тонул в потоках невероятного наслаждения. Колени дрожали, волны обжигающего тепла согревали живот и чресла. Океан безграничного счастья наполнил его сердце, и Горо не чувствовал, как обитательница бочки утягивает его за собой на дно бочки.

Желеобразное месиво забурлило, пошло волнами. Слившиеся в экстазе гость и обитательница бочки исчезли в глубине. Пузыри воздуха с трудом пробивались на поверхность и звонко лопались.

Пиявки и толстые слизни шевелились уже не в прозрачной слизи, а в густой кровавой пене.

* * *

Хитоми не моргая смотрела перед собой сквозь затемненный пластик шлема. Скоростная магистраль была чиста и свободна – идеальное время и место, чтобы погонять с другом на мотоциклах.

Одинокие автомобили изредка возникали где-то впереди, чтобы стремительно приблизиться, промелькнуть рядом и превратиться в точку в зеркале заднего вида. Дорога из Токио на запад в это время редко бывает перегружена, лететь по шоссе, не ограничивая себя в скорости, – сплошной восторг!

Рокот и вибрации машины сводили девушку с ума, заставляли чувствовать полное единение со стальным зверем – послушным, уверенным и надежным. Мотоцикл, устремленный вперед, всегда дарил ей ощущение счастья. Хитоми превращалась в грозного дракона, летящего сквозь сопротивление твердого воздуха, сквозь шум и бетонные стены – навстречу свободе.

Ее пальцы все еще болели после яростных поединков этой недели. Боль была привычна, Хитоми не обращала на нее внимания.

Она ловко вильнула, облетая огненно-красный автомобиль, и сменила полосу, оставляя свободное место справа от себя.

Тут же рядом с ней появилась такая же летящая вперед и сверкающая на солнце гигантская черная капля. Еще один мотоцикл следовал прямо за Хитоми, и сейчас он оказался рядом, почти касаясь ее руля.

И Хитоми, и догнавший ее наездник были затянуты в черную кожу, каждый – на своем черном мотоцикле.

Момент хулиганства был короток, спутник зафиксировал опасную близость и тут же деликатно отъехал в сторону.

Хитоми улыбнулась. Она отлично знала друга и догадывалась, что Кейн тоже в этот момент улыбается.

Они вдвоем летели вперед – оглушенные рокотом двигателей, счастливые в моменте и окрыленные свободой.

Кейн и Хитоми не были любовниками. Это была славная и долгая дружба, проверенная временем и испытанная невзгодами.

Они познакомились в начальной школе, когда у семьи Хитоми еще были деньги на частное обучение.

Кейну тогда сильно досталось. В то время он не был длинноногим юношей с решительной походкой и капризной верхней губой. Не смотрел свысока на любые жизненные неурядицы, но болезненно реагировал на насмешки над своим слишком хорошеньким лицом.

Его подкараулили целой толпой возле школы и, зажав рот, оттащили в ближайшие дворы. Когда Хитоми случайно наткнулась на них, рубашка Кейна была разорвана, книги валялись на земле, а все его лицо было в песке и крови. Толпа впала в раж и намеревалась хорошенько отпинать поверженного мальчика. Пухлый здоровяк замахнулся ногой, чтобы ударить по лицу Кейна, как по футбольному мячу.

Хитоми молнией подскочила к нему, низко присела и с яростным криком погрузила кулак в мягкое пузо. Здоровяк не сразу понял, почему у него подкосились ноги – от визга девчонки, налетевшей на него словно бешеная кошка, или от внезапно сжавшейся от удара печени. Внутри его пуза что-то хлюпнуло, ноги сами собой согнулись, и последним, что он увидел перед тем, как слезы залили глаза, была девчонка, которая кубарем катилась по асфальту, вцепившись в волосы одного из нападавших.

Хитоми не была близко знакома с Кейном. Видела его много раз в школе, но ей и в голову не приходило познакомиться с тихим мальчиком, который и с одноклассниками-то редко общался. Все свободное время этот мальчик сидел, уткнувшись носом в книги. Это было совсем не то, что привлекало Хитоми в сверстниках.

В детстве Хитоми предпочитала активно проводить свободное время, а больше всего – в компании старшего брата. Брат был для нее главным авторитетом и кумиром. Особенно – после смерти отца.

Брат разрешал ходить вместе с ним в зал, сам бинтовал ей руки перед спаррингами с мальчишками и готов был часами возиться с Хитоми в партере, делая вид, что ее борьбы достаточно, чтобы одолеть крепкого юношу, который на несколько лет старше. Брат не считал зазорным проводить время с девчонкой и с удовольствием брал ее и на тренировки, и на соревнования. Хитоми нравилась жизнь бойца. Нравился запах и вкус собственного пота, нравились молящие о пощаде противники. Нравилось, когда они не могли выбраться из ее захватов, когда спасались бегством от девичьих кулаков, локтей и коленей. Она обожала стоять в душе, когда уставшее тело растворялось в потоках ледяной воды, обожала дышать ночным воздухом, когда обессиленные ноги сами вели ее домой после тренировки. Это были те времена, когда они возвращались вдвоем с братом… У него были свои учителя и наставники, но для Хитоми главным и единственным наставником стал родной брат.

Брат не выбирал для тренировок престижные школы боевых искусств, где годами можно постигать изящество и гармонию единоборств. Он предпочитал уличный бокс и полуподвальные залы, в которых вдоль стен проходили трубы, татами расползалось от времени, а туалеты и краны с холодной водой считались роскошью.

Хитоми и сейчас с удовольствием приходила в такие залы, но атмосфера прошлых тренировок исчезла навсегда. Ей очень не хватало брата.

Боевые искусства вырабатывают в ребенке чувство справедливости. И Хитоми просто не смогла пройти мимо ужасной сцены избиения. Толпа забияк пинала свернувшегося калачиком ботаника, и никто явно не собирался останавливаться, пока не нанесет мальчику серьезные травмы.

Хитоми не раздумывая бросилась в драку. Как и учил брат – сразу налетела на самых здоровых и быстро вывела их из строя. Остальные не пожелали ввязываться и разбежались.

Хитоми помогла мальчику подняться и собрать учебники. Он ничего не сказал ей в тот раз. Забрал книги и убежал. Хитоми не сильно расстроилась из-за такой неблагодарности. Она больше сожалела, что драка закончилась слишком быстро. Уличные драки приносили не только бесценный боевой опыт, но и