Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

В зал вошел Му Юй.

– Новые ученики уже здесь.

– Пусть войдут. – Юй Ду переключился на другую тему. – На этот раз среди учеников есть некто действительно особенный. Талант огромен, вот только характер слишком сложный. Нуждается в воспитании.

Пока почтенные бессмертные вели беседу, девочка шаг за шагом продвигалась вперед. Она пересекла море из облаков, огромная змея, что была позади, исчезла, а прямо перед ней выросла неприступная стена. Отвесный каменный склон был изрезан грубыми трещинами, вызывая безотчетный страх. С утеса спускалось множество лиан. Взглянув вверх, девочка увидела вершину горы.

Она всегда знала, что испытания бессмертных невероятно трудны, но, увидев все собственными глазами, испытала волнение и страх. Хватит ли у нее сил вскарабкаться на такой высокий утес? Доберется ли она до вершины? Если по неосторожности упадешь, расшибешься вдребезги!

Девочка побледнела и долго стояла не шевелясь. Наконец она справилась со страхом, сцепила зубы и, собрав все силы, начала карабкаться по лиане. Странно. Чем выше она поднималась, тем легче становилось. К тому же девочка обнаружила, что чем меньше боится, тем сильнее становится. Подъем существенно ускорился. В конце лиана словно ожила и потянула ее наверх.

Должно быть, это задумка бессмертных! Девочка радовалась, но лиана, обвивающая ее талию, вдруг оборвалась!

Девочка зависла в воздухе, а затем стремительно полетела вниз.

Она разобьется насмерть! Как такое могло произойти?! Девочка отчаянно закричала.

По правилам все, кто пройдет испытания и достигнет вершины, смогут стать учениками. Через несколько дней бессмертные разошлют письма в семьи учеников, в которых расскажут необходимые детали. Дети уже дошли, поэтому Юй Ду снял заклинание, не подозревая, что один ребенок еще не прошел весь путь.

Девочка упала на спину, но не разбилась. Не было даже боли, которую она уже отчетливо себе представила. Малышка была удивлена – оказалось, утес, на который она карабкалась, вовсе не утес, а валун высотой не больше чжана.

Море из облаков, что было позади, тоже исчезло. Девочка осталась стоять одна посреди леса.

Она тут же посмотрела вверх – горы бессмертных больше не было видно.

Неужели она ошиблась дорогой? Неужели опоздала?

Девочка могла лишь гадать о причинах. В тревоге она быстро опустилась на колени.

Малышка часто слышала, что искренняя вера творит чудеса. Оставалось лишь надеяться, что Небеса сжалятся и глава школы бессмертных обратит на нее внимание. Она не может просто так вернуться, ей больше некуда идти. Как будет горевать дядя! Как будет разочарован умерший отец!

Даже если она придет через пять лет, к тому времени станет слишком взрослой – бессмертные наверняка не возьмут ее в ученики. Она не может быть такой непочтительной! Не может нарушить предсмертную волю отца!

Миновал полдень, а вокруг по-прежнему не было никакого движения. Девочка все больше волновалась, но совершенно не знала, что ей предпринять. Глаза наполнились слезами.

Тишину леса нарушало лишь пение птиц.

Внезапно девочка почувствовала присутствие кого-то до боли знакомого. Сердце вдруг бешено забилось. Она и сама не понимала, что это за чувство, никогда прежде не сталкивалась с таким. Радость и одновременно – страх.

«Кто это?» Слезы высохли, и девочка медленно подняла взгляд.

В паре чжанов перед ней, под старой изогнутой сосной, неподвижно стоял молодой бессмертный. Казалось, он был там уже долгое время.

Глава 2

Учитель и ученица в перерождении

Его длинные волосы струились по спине. Весь вид был величественный, благородный и равнодушный. Никаких слов этого мира не хватило бы, чтобы описать его абсолютную красоту.

В нем не было ничего от простого смертного, то был истинный небожитель. От него исходило едва заметное чувство одиночества – конечно, кто бы посмел приблизиться к нему? Даже думать о нем казалось кощунством. Все, что мог чувствовать простой смертный, – это собственное ничтожество. Этикет? Правила? Впервые в жизни девочка забыла о них, отбросила с раздражением, как что-то совершенно ненужное. После того как она увидела его, все условности смертных казались просто пылью. Перед глазами была лишь эта фигура в белом, прекрасная и холодная, словно лед.

Она недостойна смотреть на него, но и отвести взгляд не могла.

Его черные глаза были такими глубокими, что, без сомнения, могли заглянуть в самую суть человеческой души. Девочка ощутила дрожь в сердце, но не хотела, чтобы это чувство прекращалось. Казалось, такое с ней уже было. Давно, возможно, в прошлой жизни.

В миг, когда их взгляды встретились, она увидела его потрясение.

Мгновение – и небожитель исчез.

Что это было? Реальность или иллюзия? Девочка стояла в оцепенении, обдумывая произошедшее, и именно в этот момент он предстал прямо перед ней.

Невозможно описать словами то потрясение, что испытал сейчас Ло Иньфань. Он уже собирался покинуть гору Наньхуа, чтобы отправиться на поиски повелителя демонов Цзю Ю, как вдруг почувствовал знакомую ауру, едва ощутимую, но такую близкую его сердцу. Ощущение трудно было описать. Даже он сам не мог разобраться в этом чувстве. Ло Иньфань знал лишь одно: ему необходимо спуститься на землю и найти источник этой ауры. Необходимо настолько, что он даже забыл набросить на себя заклинание Невидимости.

«Кто это?»

В душе он уже знал ответ, хотя все еще не мог поверить.

Девочка, стоявшая перед ним, была сдержанна и почтительна. У нее больше не было маленького личика в форме тыквенного семечка и больших лукавых глаз. Теперь ее лицо было круглым, но четко очерченным, глаза феникса [3]– миндалевидные с приподнятыми вверх уголками – были обрамлены длиннющими черными ресницами. Сейчас она не выглядела угловатой, скорее милой, кокетливой, в ней не было детскости.

Ло Иньфань еще сильнее побледнел.

Стоящая перед ним девочка больше не была тем худым недоедающим ребенком, сейчас она была такой воспитанной, такой красивой. Но все же это была она! Абсолютно точно она!

«Только как?»

Тот странный смышленый ребенок с пика Пурпурного бамбука, который хитрыми уловками пытался привлечь его внимание, девочка, которую он сжимал в объятиях, молодая девушка, что лежала у него на коленях у источника Четырех морей, та, что растирала чернила в главном зале дворца Чунхуа, девушка, которая стояла на коленях, умоляя его не злиться, – все снова вернулось. Все снова реально.

Удивление? Чувство вины? Боль? Нет! Здесь нечто большее.

Воспоминания, что годами были погребены в глубине сердца, воспоминания о