Похищенная в летний полдень - Мария Самтенко

— Сочувствую, — легко касаюсь локтя дракона и уточняю. — Криминал?

— А, нет… то есть, да. Или нет? — озадачивается Кирст. — Если мачеха застала его с любовницей и насмерть отоварила сковородкой, это считается криминалом? Нет-нет, все в порядке! Я уже не расстраиваюсь! Это было четыре года назад! Мачеха в тюрьме за тройное убийство, а я плачу отцовские долги. Со всеми уже рассчитался, кроме Лорена. Он был деловым партнером отца.

— А почему тройное?

— Отец и две любовницы, у них в ту ночь было втроем, — розовеет скулами Кирст. — Мачеха у меня вспыльчивая, она увидела, оскорбилась и… ей еще лет пятнадцать сидеть.

Мы выходим на пляж, маленький, уютный, огороженный символическим заборчиком. Кирст расстилает плед, я сажусь на него и зачем-то начинаю объяснять дракону, что можно было просто не принимать наследство и ничего не платить. Нельзя отдать кредиторам больше, чем тебе завещали!

— Так не получится, Феса, я консультировался с юристами еще тогда, четыре года назад, — улыбается Кирст. — Я должен платить долги в пределах наследства, и если продать папино имущество, там как раз хватит. Просто мне хотелось сохранить замок и кое-что другое, поэтому с партнерами отца я рассчитывался частями.

— Ясно, — я стягиваю парео и ложусь, подставляя спину солнцу. — А что там у отца был за бизнес? Надеюсь, не проститутошная? А то ваша манера похищать девушек слегка настораживает.

— Нет! Почему ты так решила?.. ах, да! Но нет! Это вообще не связано, у него было стеклодувное производство!

Пока Кирст искренне возмущается, я решаю сходить искупаться.

— Здесь глубоко? Водорослей нет? Гай с Орисом не бегают по кустам?

— Феса!.. — таких укоризненных взглядов и таких длинных ресниц нет даже у сестры.

— Что? Кстати! Ты так и будешь сидеть полностью одетый? В рубашке и при штанах? Тебе не жарко?

Кирст мотает головой и объясняет, что все нормально, и ему весьма комфортно!

Не хочет он снимать штаны, просто категорически. Я даже вижу, из-за чего. Намазывание солнцезащитным кремом даром не прошло.

Ладно, дело хозяйское. Оставляю парео на пледе, поправляю купальник под взглядом дракона и захожу в воду. Шикарно! Теплая как парное молоко! На час или больше я забываю обо всем, просто плаваю и ныряю, отдаваясь соленым волнам.

Вернувшись, обнаруживаю Кирста читающим мой детективчик.

— Интересно? — небрежно вытираюсь прихваченным полотенцем и вытягиваюсь на пледе, положив голову на руки. — Кирст, а ты знаешь, что солнцезащитный крем надо обновлять после купания?

— Еще чуть-чуть, и я смогу ими торговать!

— Возможно. Но ты еще не отработал технику нанесения.

После того, как он уже мазал мне спину у замка, выделываться бесполезно — и дракон это понимает. Его теплые руки размазывают крем между моими лопатками, спускаются по рукам, гладят, втирают. Потом ноги, от ступней до бедер. После купания тело расслабленно, капельки воды, пропущенные полотенцем, смешиваются с кремом. Так, здесь же нет этого Гая? Слегка поддеваю тесемки купальника, а потом переворачиваюсь, и он сваливается.

Кирст глубоко вздыхает, неуверенно прикасается к моему животу, растирает крем. Ловлю дракона за запястье, опускаю ладонь мне на грудь, закрываю глаза. Скользкие от крема пальцы ласкают ареолы сосков, медленно и сосредоточенно. Потом чуть-чуть прихватывает сосок, и с моих губ срывается тихий стон. Дыхание Кирста становится прерывистым. Второй сосок он ласкает смелее, долго перекатывает между пальцами. Потом склоняется ко мне, обжигая дыханием, целует губы, ключицы, мучительно-медленно задерживается на груди, так, что хочется вцепиться в волосы и опустить его голову ниже.

Потом — дорожка поцелуев к животу, губы на внутренней стороне бедер. Кирст не решается ничего сделать, пока я не беру его руку и не направляю пальцы к нижней, еще не высохшей — а, может, уже насквозь промокшей части купальника. Сначала он ласкает сквозь ткань, потом осторожно отодвигает ее, и я растворяюсь в нахлынувших ощущениях. Но пульсирующий жар требует большего, я кладу свою руку поверх его ладони, прижимая сильнее, двигая в нужном ритме. Напряженное как струна тело расслабляется волной сладких мурашек.

После долгой секунды истомы я открываю глаза, перехватываю дракона за запястье, тяну к себе:

— Кирст…

— Феса… я… ты такая… такая… я безумно хочу тебя, но… но что скажет Лорен, я не хочу его подводить и… не для того похитили, чтобы домогаться! Ты — это ты, но сам я не могу! Девичья честь пострадает!.. Это неправильно!..

Ну….

Одного взгляда на Кирста достаточно, чтобы уловить некоторые логические противоречия в его глубоко принципиальной позиции.

— Мне… мне надо отойти и привести себя в порядок! — бормочет он, застегивая штаны, которые вообще непонятно кто расстегнул.

Ладно-ладно! Мы еще посмотрим на ваши принципы, господин дракон! Но не сейчас, потому что мне лень шевелиться.

— Хорошо, только принеси мне попить и проверь, нет ли где-то поблизости этого вашего мелкого Гая!

Кирст

Я отказал Фесе.

Даже хуже, я ее отшил! Повел себя как идиот и мудак!

Надо было объяснить ей, что она мне нравится, даже очень, но пользоваться своим положением похитителя для меня неприемлемо. Другое дело, когда все закончится… хотя, может, она меня тогда видеть не захочет!

Пока бегаю в замок за лимонадом, успеваю прокрутить в голове все варианты развития событий, от плохого до очень плохого. В самом-самом плохом еще и фигурирует Лорен, упрекающий меня за то, что сделка по выкупу сорвалась из-за моих домогательств!

За то время, пока я вожусь на кухне, картинка багрового от ярости Лорена перед моим внутренним взором как-то блекнет, вместо нее появляется другая: молодая женщина на пляже, влажные от морской воды волосы, спокойное, расслабленное лицо с чуть заметной улыбкой на губах, блестящие глаза, тонкая шея, изящная линия ключицы, аккуратная грудь с розовыми сосками…

— Кирст! Вот ты где! — это Гай, и он очень вовремя, потому что у меня от одних воспоминаний как-то тесно в штанах, а ведь еще лимонад ей нести. — Представляешь, нам принесли записку! От отца Фесы!

— Прямо сюда? — лирическое настроение сразу исчезает. — Не в условленное место?

— Сюда, угу, — кривится Гай. — Они нас вычислили!

На его юном лице появляется обиженная гримаска: надо же, мы все так хорошо продумали, а отец Фесы нашел нас уже на следующий день! Оставляю это без комментариев и прошу посмотреть записку. Ну что ж…

'Дорогие похитители!

Я получил ваше требование о выкупе и нахожу его чрезмерным.

Проведя небольшое расследование — вы правда думали, что похищение посреди бела дня останется незамеченным? — я выяснил, что вы не входите в круг лиц, способных причинить моей дочери хоть какой-то вред.