Капитан вольной ватаги - Дмитрий Шатров

порадовал «Инсайт». Дар перерос пятый уровень, хорошо увеличив параметры уже имеющихся суб-способностей, и обзавелся почкой следующего умения. И, что самое важное, «Модуль» наконец-то тронулся в рост. Не так активно, как хотелось бы, но тут уж я, при всём желании, ничего поделать не мог. Остальные Дары стимулировало частое их использование, а Модуль пока находился в пассивном режиме. Ну ничего, главное лёд тронулся, а там подхлестнём. С нынешней моей жизнью, думаю, повод скоро представится.

«Ну что, Мих, давай поглядим что у нас с магией», — проговорил я, чувствуя себя довольным как слон.

«Прекратите обращаться ко мне крестьянскими прозвищами. Слушать противно», — немедленно откликнулся мелкий в обычном негативном ключе.

«Как скажешь», — доброжелательно улыбнулся я и принялся изучать некогда выжженные магические каналы.

Прогресс, что называется, на лицо. Каналы уже замкнулись в систему и теперь хранилище магии уверенно качало через них тягучий чёрный субстрат. А это значит, что? А это значит, что наше с Мишенькой тело готово к применению высокоуровневых заклинаний. Эх, Пётр Петровича бы сюда, с его хитровыделанным маноскопом… Он бы точнее сказал, но уверен, и я не ошибся.

«Мелкий, не хочешь рассказать, как призвать Аргамака?» — спросил я для проформы, не особо надеясь на откровения.

«Нет», — коротко выплюнул он, и по раздражению в голосе стало понятно, что предположения верные.

«Ты всё же подумай», — посоветовал я, но без нажима. Знал, что настаивать бесполезно.

Вдобавок я прекрасно мог обойтись и без Мишеньки. Формулы заклинаний я подсмотрел и накрепко запечатлел в памяти. Их ровно тридцать штук. Единственно, запоминать пришлось по номерам, потому что мелкий названия не озвучивал. Но и разобраться труда не составит. Тупо перебирать в порядке возрастания чисел, а там и Аргамак призовётся. Хотя по логике вещей можно было сразу бахнуть тридцатое…

«Не смейте!» — вскинулся Мишенька, прочитав мои мысли, но в подробности вдаваться не стал.

Но мне и так знакомы эти подробности, наш разговор в ущелье я не забыл. Мне тогда пришлось магичить буквально с колёс, обучаясь по бразильской системе. И мелкий всерьёз опасался за сохранность каналов. Хрен его знает, какие там ощущения, когда тебя волшба изнутри выжигает, но повторять прошлый опыт он не хотел. Но мне деваться куда? Всё одно пробовать. Хотя с инструктором было бы проще, пусть и с таким нудным, как Мишенька.

«Ну ты же не хочешь мне помогать», — подначил я его между делом, сам же размышляя где и когда мне начать тренировки.

«С полным на то основанием», — фыркнул Мишенька.

Тут не поспоришь. Основания у него были, но, думаю, он и против воли поможет, надо только начать. Я уже давно заметил, что мой визави трусоват и решил этим моментом воспользоваться. Не сейчас. В ближайшем будущем. А план у меня уже нарисовался. Просто я старался о нём не думать, чтобы не нервировать Мишеньку.

С этим я вынырнул из внутреннего пространства и, позвав с собой Трифона отправился завтракать. Мне ещё пари с Дибичем выигрывать, поэтому рассиживаться зря не стоило.

* * *

Отдав должное шикарнейшему омлету с ветчиной и насладившись чашечкой не самого плохого кофе, я озадачил Димыча поисками ППД и людей. Чтобы себя разгрузить, но больше, чтобы поднять самооценку приятелю. Побегает, глядишь, дурные мысли из головы выветрятся.

Сам же с Митричем и Трифоном засел за изучение местности. Ватагу нам в любом случае собирать, а чем заниматься — это ещё надо понять. Тем более я как вольный охотник величина меньше, чем нулевая. Опыт, приобретённый в лагере Меченого в расчёт можно не принимать.

Митрич у нас был за экскурсовода. Он где-то раздобыл карту, да не абы какую, а рабочую, с пометками и условными обозначениями, что сильно облегчало процесс понимания. И теперь мы расположились у меня в номере, превратив его в импровизированный штаб и слушали старого.

— Ну, Лососиную Бухту в общем ты уже как-то, но знаешь, — вещал Митрич, елозя по карте грязным ногтем. — Эта Белый город, но он нам нужон постольку-поскольку. Разве если в банк лукнуться али в комендатуру по какой-нибудь надобности… Так, дальше… Эта Ватажья Слобода. Мы… здеся. Здеся управа, здеся заготконтора ты там уже был. Здеся всяческие лабазы и мастерские. Туда будем легулярно мотаться — припасы пополнять, отремонтировать что-нито. Вот здеся пекарня, «Каравай» называется, душевный хлеб робяты пекут. Здеся ремцех Макарыча, лутше струмента, чем у него во всей Слободе не найдёшь…

Я невольно поморщился — Митрича в желании объять необъятное, немного занесло не туда. Трифон тоже не захотел слушать про хлеб и лучший в Слободе струмент.

— Здесь что, старый? — перебил он излияния Митрича, поочерёдно ткнув пальцем в нарисованный якорь, расположенный в Западной бухте и в значок воздушного шара сильно к северу за городской чертой.

— Военные базы. Морская и боевых дирижабелей, — охотно пояснил тот, не обидевшись, что его оборвали. — А вот здеся,городской гарнизон. Нам туда лучше без лишней нужды не соваться. Вояки не сильно охотничков жалуют.

Всё, кроме воздушной базы я видел «Визором» в день приезда, так что по большому счёту ничего нового для себя не открыл. Ещё бы понять сферу интересов вояк, чтобы случайно с ними не пересечься. Ну и на перспективу, мало ли что понадобится.

— Всё, хорош. Общий расклад ясен, с остальным по ходу движения разберёмся, — подвёл я итог ознакомительной части. — Теперь расскажи, куда за артефактами будем ездить?

— Это я щас, дело важное, — запыхтел Митрич, надувшись от осознания собственной значимости. — Тут же оно как… тут подход правильный нужен. Вот смотри. Как дела с бумагами утрясём, перво-наперво надо стать в очередь…

— Что за очередь? — снова перебил Трифон.

Я приблизительно догадывался о чём пойдёт речь — чиновник в конторе что-то такое упоминал. Но Митрич, очевидно, мог сказать больше, поэтому послушать его стоило. И я сделал старому знак, чтобы тот продолжал.

— Это придумали, чтобы путаницы не случилось, и чтобы лишних дрязг промежду ватажников избежать, — принялся подробно объяснять тот. — Каждой ватаге назначается день, когда все выбросы наши. Ну и зона ответственности, само собой разумеется…

— День? — удивился я. — Да так нам месяц придётся выезда ждать. Тут ватаг как тараканов в общаге.

— Где тараканов? — переспросил Митрич, услышав необычное слово.

— Не отвлекайся, рассказывай, — отмахнулся я.

— Так я и рассказываю, — обиженно насупился Митрич, но тотчас согнал обиду