Я до сих пор не бог. Книга #37 - Сириус Дрейк

Капитан сглотнул.

— Я не понимаю, о чем ты…

— Понимаешь, — Федор достал нож и начал счищать им снег с сапога. Лезвие поблескивало в свете костра. — Ваши люди уже неделю шерстят границу. Останавливают всех магов-истребителей. Допросы, обыски, а потом люди исчезают. Моя дочь попала под метеорит, и ваши люди хотели ее убить. И я хочу знать, кто это организовал.

— Мы выполняем приказы…

— Вот! — Федор ткнул ножом в сторону капитана. — Приказы. Чьи?

Капитан молчал. Федор вздохнул и перерезал веревки на его ногах.

— Вставай.

— Что?

— Вставай, говорю. Покажи, чему вас учат в ваших магических академиях. Без магии. Только кулаки. Если победишь — отпущу.

Капитан недоверчиво посмотрел на него, потом медленно поднялся. Размял затекшие ноги. Он был ниже Федора на полголовы, но килограммов на пятнадцать тяжелее.

— Ты серьезно?

— Абсолютно. Но если проиграешь — расскажешь все, что знаешь.

Капитан усмехнулся. Видимо, решил, что это будет легко. Он шагнул вперед и размахнулся для мощного удара.

Федор даже не сдвинулся. Просто перехватил его руку, дернул на себя и в тот же миг врезал коленом в живот. Капитан сложился пополам, а Федор добавил локтем по затылку. Все заняло секунды три.

— Ой, — сказал он, глядя на поверженного противника. — А я думал, будет интересно. Разочаровал ты меня, капитан… Совсем молодежь не тренируется.

Он поднял мага за шкирку и усадил обратно на снег.

— Ну?

Капитан, хватая ртом воздух, выдавил:

— Центральное управление… Приказ из Москвы… Мы не знаем имен…

— Из Москвы, значит, — Федор задумчиво почесал подбородок. — И что, прямо так и сказали: нападайте на всех?

— Нет… У нас ориентировки… На людей с необычными способностями… Магов-самородков… И на тех, кто может быть связан с Сахалином…

— С Сахалином? — Федор прищурился. — А моя дочь тут при чем? Она вообще без магии, как и я.

— Не знаю… — капитан уже почти плакал. — Мы просто выполняем…

— Ладно, — Федор убрал нож. — Живите. Но если я еще раз увижу вас на этой границе, — он обвел взглядом всех восьмерых, — то разговор будет короче. И без вариантов.

Он развернулся и пошел в темноту. Маги проводили его взглядами, не решаясь даже пошевелиться.

— Эй! — крикнул вдруг капитан. — А ты вообще кто⁈

Федор остановился и обернулся. В свете костра его лицо с разрезанным ртом выглядело особенно жутко.

— Я? — он улыбнулся своей жуткой улыбкой. — Я тот, кому вы очень не вовремя попались. Запомните это на будущее. И передайте своим командирам: Дункан идет.

— Дункан? — капитан побледнел. — Погоди… Я слышал эту фамилию…

— Ага, — кивнул Федор. — Тот самый. Который без магии. Который вас всех сейчас… ну, вы видели.

Он скрылся в темноте. Через минуту стих и звук его шагов.

Маги еще долго сидели молча, глядя на костер. Потом один из них, самый молодой, тихо спросил:

— А что, правда, что он может голыми руками… ну… того?

— Может, — мрачно ответил капитан, потирая ушибленную челюсть. — Я только что это прочувствовал. Всеми органами.

— И что теперь?

— Теперь… — капитан вздохнул. — Теперь будем надеяться, что он найдет тех, кто ему нужен, и успокоится. А если нет… — он посмотрел в ту сторону, куда ушел Федор. — Если нет, то нам всем лучше залечь на дно, и поглубже. Прямо сейчас.

— А докладывать?

— Докладывай. Скажи, что ничего не произошло. Все, уходим. Вопросы потом.

— Но…

— Я сказал — потом!

Глава 13

Новогодние праздники

Поместье Кузнецовых.

31 декабря.

23:40.

Маруся поставила последнее блюдо и отступила, окинув накрытый стол взглядом полководца перед решающей битвой. Удовлетворенно кивнула.

Стол был накрыт как положено. Оливье, холодец, запеченная утка с яблоками, селедка под шубой, пироги — и все это источало такой дружный запах, что у меня моментально заурчало в животе, хотя я уже успел стрельнуть пирожок с кухни еще часом раньше.

— Трофим, не тыкай вилкой в холодец, — не оборачиваясь сказала Маруся.

Трофим молча убрал вилку. Снайпер высшего класса, а попался.

За большим столом набилось неожиданно много людей. Маша с Витей, который смотрел на все происходящее с видом молчаливого аудитора, который пока собирает данные, но выводы делать не торопится. Света устроила у себя Аню, а та, в свою очередь, уже дотянулась до чашки с клюквенным морсом и с большим интересом изучала, что будет, если ее наклонить.

— Аня, — тихо сказала Света, перехватив чашку за секунду до катастрофы.

— Нгу! — ответила Аня, что, вероятно, означало что-то принципиальное.

Трофим и Маруся сидели рядышком — она в нарядном фартуке поверх платья, он в выглаженном кителе, который доставал, кажется, раз в год. Надя устроилась с папкой под мышкой, только теперь папка была перевязана красной лентой с бантом. Компромисс между работой и праздником. Данила примостился с краю и поглядывал на блюда с тем профессиональным взглядом, с которым обычно смотрел на двигатели перед гонкой.

Богдан сидел прямо, в темном пиджаке, который все еще, кажется, немного удивлял его самого — время от времени он непроизвольно водил плечами, как будто искал крылья. Любавка в цветастом платье собственного пошива расположилась рядом и уже успела переставить все приборы по своему вкусу. Святослав примостился между ними и с нескрываемым интересом смотрел на телевизор — все-таки человеческое тело давало совершенно другой угол обзора, чем голубиное.

Настя помогала расставлять тарелки, думая, что никто не смотрит. Борис сидел с серьезным лицом рядом с Лизой, которая что-то тихо рисовала в блокноте, не отвлекаясь на суету вокруг. У их ног лежал Кицунэ, спрятав мордочку в хвосты.

Телевизор бормотал что-то про уходящий год. За окном падал крупный снег, укрывающий ветки яблонь в саду белыми шапками. Вдали над городом первые фейерверки оставляли цветные черты на черном небе.

— Все, садитесь, — скомандовала Маруся. — Пять минут, и шампанское открываем.

— Маруся, я как раз хотел спросить, — подал голос Данила, примеряясь к оливье. — Если я налью себе чуть раньше, это будет…

— Данила… — ласково произнесла Маруся. В этом слове помещалось столько, что он мгновенно убрал руку.

— Понял. Жду.

— Правильное решение, — одобрил Трофим.

Лора появилась у меня за плечом, облокотившись о спинку стула. На ней было красное платье с золотыми нитями, волосы убраны в высокую прическу. Выглядела она так, будто готовилась к новогоднему балу в каком-то другом измерении, где подают несуществующее шампанское.

— Красиво, — сказала она, обводя взглядом стол.

— В кино обычно что-то взрывается, — мысленно ответил я.

— До полуночи еще двадцать минут. Время есть.

Я