Исцеление вечности - Джули Кагава

Он медленно вдохнул:

— Элли…

— Ой, не обращайте на меня внимания, — раздался неподалеку невыносимо саркастический голос. — Просто продолжайте ворковать, голубки, а я тихо посижу тут, истекая кровью.

Мы виновато отпрянули друг от друга. Шакал сидел, прислонившись к перевернутому креслу, в окружении трупов и продолжал ухмыляться, несмотря на весь этот ужас.

— Все нормально, — сказал он, скрипнув зубами. — Не нужно благодарить парня, который только что вогнал в Саррена кол и заставил его сбежать как девчонку. Но чего-то я, кажется, не договорил… Что же это? Ах да, я спас жизнь вам обоим, не так ли?

Зик шагнул было к Шакалу, но я схватила его за руку.

— Нет, — строго сказала я. — Не подходи к нему, он потерял много крови. Он может не совладать с желанием укусить тебя.

— Мне вообще-то не в ухо попали, — заметил Шакал с пола. Если честно, я еще никогда не видела такого говорливого смертельно раненного вампира. Я решила, что раз уж он в состоянии производить столько шума, то скорая кончина ему не грозит. — Впрочем, — Шакал скривился, и голос его стал тише, начал напоминать рык, — тебе, наверное, лучше убрать отсюда этот кусок мяса, если хочешь, чтобы его кровь осталась внутри. У него внутри, а не у меня.

— Иди найди Шеста, — велела я Зику. — Объясни, что случилось. Скажи, что Саррен на свободе и что у нас тут раненый вампир, которому незамедлительно нужна кровь. — Я бросила взгляд в сторону стола, туда, где неподвижно лежал Салазар. — И что, возможно, им потребуется новый Государь.

Я поморщилась, представив, как Шест примет эту новость. Черт, да как весь город примет эту новость.

— Вообще-то, — продолжила я, — о новом Государе, пожалуй, лучше пока не упоминать.

Зик кивнул, хотя уходить ему явно не хотелось.

— Я скоро вернусь. — Он окинул взглядом расчлененные тела, забрызганные кровью стены, раскатившиеся по комнате отрубленные головы и скорчил гримасу. — С тобой все будет в порядке?

— Ага. — Я устало улыбнулась. — Все будет нормально.

Оставив на коже теплый след, Зик провел пальцами по моей щеке и развернулся. Переступая через трупы, он прошел по комнате, добрался до дверей — они скрипнули, открываясь, и застонали, закрываясь за ним. Без Зика в кабинете словно стало холоднее.

Шакал фыркнул и устроился поудобнее.

— Ты ведь и сама понимаешь, что ведешь опасную игру, — сказал он, устремив на меня взгляд сверкающих желтых глаз.

Я хотела было ответить, что это не его дело, но вдруг сдалась:

— Знаю.

— Когда ты собираешься сообщить ему, что у него нет ни единого шанса? Придется поторопиться — похоже, бедный дурачок не на шутку в тебя втюрился. — Посмотрев на мою реакцию, Шакал поднял брови. — Ничего не скажешь, да? Позволишь ему весело шагать к своей погибели, пока в один прекрасный день Голод не станет слишком сильным и кровяной мешок даже понять не успеет, что́ его убило? — Он хихикнул, поморщился и покачал головой. — А я-то думал, что это я тут бессердечный ублюдок.

— Все не так, — возразила я.

Шакал снова фыркнул.

— А как? Только не говори мне, что ты что-то чувствуешь к этому… Ох… — Вампир изумленно моргнул, а затем скривил губы, его острые черты исказили отвращение и жалость. — Ох, сестра. Серьезно? Печаль.

— Шакал, ЗАТКНИСЬ.

Шакал снова ухмыльнулся, но промолчал. Несколько минут спустя двери распахнулись, и в кабинет ворвались вооруженные вампиры. Большинство немедленно окружили меня и Шакала, направив на нас тяжелые арбалеты, а остальные принялись обыскивать помещение, проверять мертвых и заглядывать в темные углы.

— Вы немного опоздали, ребята, — сказал Шакал с пола. — Если вы ищете чокнутого вампира-убийцу, то он уже вышел в окно.

— Господин Салазар!

В кабинет вбежал Шест в сопровождении двух охранников — на этот раз людей. Один тащил переносной холодильник с заледенелой крышкой, другой целился в спину не оказывающему сопротивления Зику. Меня охватил гнев, но Зик поймал мой встревоженный взгляд и коротко кивнул, показывая, что с ним все в порядке.

— О Господи, — потрясенный Шест осмотрел кабинет и побледнел. Потом его глаза обратились на меня — и широко распахнулись. — Элли! — завопил он, ткнув в меня тощим пальцем. — Где Государь? Что вы с ним сделали?

— Мы ничего не делали! — запротестовала я. — Это Саррен. Мы лишь пытались остаться в живых.

— Саррен? — Шест побледнел еще сильнее, поднес руку к губам. — Нет. Нет, ты лжешь. Саррен не поступил бы так. Это…

Шест запнулся — его взгляд упал на лежащее позади стола безжизненное тело.

— Господин Салазар! — вскричал Шест. Он подбежал к неподвижному Государю, опустился рядом с ним на колени. Я наблюдала за ним с удивлением и — как бы абсурдно это ни было — с легкой обидой. Обо мне он никогда так не волновался.

— Он все еще жив, — прошептал Шест. — Господин, вы меня слышите?

К моему изумлению, тело издало сдавленный шепот. Салазар получил деревянный кол прямо в грудь. Такой выстрел должен был отправить его в спячку. Если до этого у меня и были какие-то сомнения относительно силы вампира-Мастера, то сейчас они развеялись без следа.

— Ты! — Шест встал и ткнул в одного из охранников-людей — тот вытянулся по стойке смирно. Шест обошел стол и указал на пол: — Кол необходимо вынуть. Выполняй!

— Есть, сэр! — Поставив холодильник, охранник бросился вперед. Обежав вокруг стола, он упал на колени рядом с Государем, на мгновение исчез из виду, но затем снова появился, триумфально сжимая в руке окровавленный кол. — Готово, сэр! — сообщил охранник, глядя на Шеста. Но тот не пошевелился, ничего не сказал. Лишь терпеливо, загадочно смотрел на него. Охранник растерянно наморщил лоб, открыл было рот — и тут Салазар поднялся с пола и вонзил клыки ему в шею.

Я подпрыгнула на месте. Охранник сдавленно охнул и обмяк, кол выпал из его бесчувственных пальцев. Обезумевший от Голода Салазар вгрызался в его горло, рвал плоть и мышцы, и у охранника начались конвульсии. Шест и охранники-вампиры невозмутимо, с каменными лицами наблюдали за происходящим. Но я бросила взгляд на Зика — он, забытый, стоял позади Шеста и второго охранника, и лицо его было мрачно, а кулаки стиснуты.

Государь уронил еще содрогавшегося охранника — тело упало на пол с глухим стуком — и обратил горящие темные глаза на меня. Его губы были вымазаны в крови, красные брызги покрывали лицо и еще недавно белый воротник. На