Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар

он, как будто зачарованный, снял перчатку, и взял мою руку в свою. И тут это и произошло. Это было словно вспышка, которая на миг озарила мрачную тюремную камеру, словно электрический разряд, прошедший в месте соприкосновения, но не разъединивший, а ещё сильнее скрепивший наши руки.

И Теон вдруг сжал мою руку до боли. Но я терпела, потому что знала, что сейчас происходит.

И когда он открыл глаза, и наши взгляды встретились, в его глазах отражалась, и смотрел он меня так, будто нашёл самое важное и драгоценное.

— Анна…Анна…

Он схватил меня, прижал к себе.

— Я так боялся, что всё это мне приснилось! Что я больше никогда тебя не увижу!

— Теон, — улыбнулась я облегчённо, — может быть мы выйдем из этой темницы, мне до сих пор не по себе.

Мы шли по коридорам дворца, нам навстречу попадались придворные, кланялись, провожая нас удивлёнными взглядами, я никого не узнавала. А Теон шёл, как и раньше гордо подняв голову, не обращая внимания на эти взгляды, будто бы и не собираясь никому ничего объяснять.

Мы с ним дошли до тронного зала

— А где Валтор? — спросила я его.

— Его нет, — ответил Теон.

А я удивилась, я помнила, что просила богиню за всех.

— А кто есть?

Теон пожал плечами:

— Я проснулся сегодня утром. И когда я понял, что я во дворце, то, пожалуй, впервые в жизни я испугался. Все, кто были вокруг, не могли мне ничего объяснить. Но потом пришёл друид. Его я помнил, и он сказал, что ты в моей темнице. Я сначала не поверил. Но это оказалось правдой.

И Теон снова обнял меня:

— Ты моя императрица!

А я вдруг поняла, что на мне то же несвежее серое мешковатое рубище, в котором я была в тот раз, когда была в теле Айрин.

— Теон, во-первых, мы ещё не женаты, а, во-вторых, я хочу смыть с себя запах темницы и переодеться.

Теон вдруг лукаво улыбнулся, и показал мне руку. У него на запястье красовалась метка в виде графического изображения, отдалённо напоминающего «Витрувианского человека» Леонардо да Винчи, только вместо обнажённого мужчины, там было изображено дерево жизни.

Он взял мою руку и на моей руке было то же самое.

— Так что мы женаты, нас поженила богиня.

И я неожиданно поняла, что в темнице, все эти спецэффекты и были нашим бракосочетанием.

И возмущённо воскликнула:

— Ну уже нет! Свадьба в темнице⁈

Теон рассмеялся:

— Конечно, такую божественную церемонию нам уже не повторить, но праздник мы устроим.

И я хотела ещё задать вопрос, но Теон не дал мне этого сделать. Он подхватил меня на руки, и поцеловал.

Так и не отпустив меня, Теон пробежал по длинным коридорам до императорских покоев.

Потом была и ароматная ванна, и мягкая широченная кровать, и свет двух лун, льющийся в высокое окно.

Я спросила:

— А остальные? Что с ними? Мёртвые земли, они ещё существуют?

— Я не знаю, немного с ленцой ответил Теон, — но я думаю, что мы выясним это вместе.

Он замолчал. И я уже подумала, что он уснул и сама прикрыла глаза. Мне было хорошо, я была счастлива, такое вкусное ощущение что ты на своём месте.

И вдруг прозвучало:

— Я должен выполнить одно задание.

— Какое? — удивилась я.

— Я должен построить храм. Ведь теперь у нашего мира есть богиня, а ей надо, чтобы в неё верили, и не сомневались, что она существует

Я улыбнулась, подумав о том, что утром в темнице был последний раз, когда моя вера подверглась сомнению.

Эпилог

Анна

Прошло восемь месяцев с того дня, как богиня вернула меня в этот мир. Все эти месяцы были наполнены для нас с Теоном теплом и любовью, но помимо этого нам пришлось заново расставлять тех, кого «разметало с игральной доски богов».

Богиня выполнила своё обещание и исполнила моё желание, но когда мы начали всё проверять, то обнаружили, что некоторые вещи нужно было дополнительно проконтролировать.

От купцов мы узнали, что Валтор всё-таки жив, но теперь он живёт за морем и служит советником султана. Характер у советника преотвратный, и он периодически впадает в ярость, и тогда султан приказывает посадить его в яму и иногда его бьют палками, по пяткам.

Я так поняла, что в султанате это весьма распространённое наказание. Но потом он успокаивается и его выпускают.

— А почему его не изгонят? — спросила я.

И купец Зиф, оглаживая чёрную бороду, ответил:

— Потому что Валтар-сахиб избранник нашего Бога. И в служении величайшему из всех султанов он искупает то, что не сделал для бога.

Мне даже на какое-то мгновение стало жаль Валтора, но Теон сказал:

— Надо было его регулярно сажать в темницу и бить палкой по пяткам, и тогда бы ему в голову не пришли дурные мысли.

В первый же месяц после нашей грандиозной свадьбы мы с Теоном постарались найти всех, с кем были связаны в Игре.

Даргона мы нашли в доме его отца. Жалкий бастард. Так его там называли. Но Теон пригласил Даргона на службу и вскоре Даргон получил титул, и земли, и стал основателем нового рода.

Узнав об этом его отец попытался предъявить права, но Теон ему быстро объяснил, что он потерял право управлять сыном после того, как не признал его, даже после появления у Даргона родовой магии.

А вот Ялаи с ним рядом не было, я нашла её позже, она жила в небольшом городе на Юге, и про неё, похоже, богиня не забыла, потому что Ялая была замужем, и ожидала ребёнка. Я выяснила, что с мужем у неё были прекрасные отношения, и в их доме царила любовь.

И я осторожно обошла её стороной, также, как и Айрин.

Род Серебряной стрелы готовился к свадьбе. Дочь главы рода Айри Серебряная встретила своего истинного. Отец Айрин решил, что это большая удача, и несмотря на то, что истинный был не родовитым, обычным стражником, он дал согласие на брак. Говорят, что от истинной связи рождаются великие драконы.

Так что Айрин готовилась выйти замуж.

Я выдохнула с облегчением. Значит, всё сложилось, как должно было.

А вот о судьбе маленького дракона из рода Красного пламени нам с Теоном пришлось позаботиться отдельно.

— А как там Витор? — спросила я