Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар

С отцом Айрин разговаривал бог, чьим игроком был Даргон, и он же задал вопрос вроде бы обращаясь к отцу Айрин, но я поняла, что спрашивает он меня:

— Согласится ли она? Что выберет?

О! Я свой выбор сделала, и, услышав вопрос бога, была готова кричать, что я согласна, но тело не слушалось меня и я попыталась передать ему своё желание. Он же бог, он услышит!

«Я не хочу быть живой куклой, стоящей на полке!» — я повторила это мысленно несколько раз.

И он услышал.

Даргон, который был не Даргон, перевёл свой взгляд на отца Айрин.

— Она согласна, но нужен кристалл души, в котором твоя дочь.

— Я найду способ заполучить его, — сказал отец Айрин.

Вскоре они ушли.

Потом вернулся Валтор. Видно, что-то почувствовав, он с подозрением осмотрел дом. Я старалась не думать ни о чём, кроме того, как я его ненавижу, но он ходил мимо меня, не замечая, будто меня тут нет.

А душа моя ликовала, потому что у меня появилась надежда.

И я очень надеялась на то, что отец Айрин найдёт, где Валтор прячет кристалл души.

Когда ночь опустилась, и Валтор снова куда-то ушёл, не оставшись в доме, я наконец-то смогла дать волю своим мыслям:

«Я уступлю ей тело. А что будет со мной?»

«Если то, что сказал Валтор, правда… Ну что ж, значит, я исчезну».

Стало грустно, и я снова попыталась позвать богиню, и в какой-то момент мне показалось, что кто-то тяжело вздохнул, но на мой вопрос она так и не ответила. И я поняла, что возможно, она знала, что так будет, но решение принимать только мне.

* * *

Прошло ещё долгих два дня, прежде чем Даргон и отец Айрин вернулись.

Они вернулись за мной. И я выдохнула, потому что это означало, что скоро я освобожусь. Даже, зная, что возможно это мои последние минуты в этом мире, и в жизни я ликовала, потому что лучше так, чем стоять истуканом, не имея ни воли, ни жизни.

Идти сама я не могла, поэтому меня понёс Даргон.

Мы сначала шли по направлению к лесу, и, когда я увидела лес, то подумала, что, если бы мне удалось попасть в него, возможно, я бы и так освободилась. И мне даже показалось, что лес зовёт меня.

Но никто не собирался помогать именно мне. Здесь у каждого были свои цели.

Вскоре мы пришли на поляну, в центре которой лежал большой камень.

Даргон голосом своего бога произнёс:

— Это градерит, самый прочный камень в мире, я смогу вернуть тебе подвижность буквально на пару секунд, и ты должна сама разбить кристалл души, если такого твоё желание, если ты не будешь этого по-настоящему желать, кристалл не разобьётся. Только добровольная жертва будет принята.

Я не могла никак подтвердить, что я готова, что решение принято и я не отступлю. И снова мысленно попыталась донести до него: «Да, я готова».

И тут произошло странное. Неожиданно болезненная гримаса исказила лицо Даргона.

И я вдруг поняла, что настоящий Даргон каким-то образом перехватил управление своим телом у бога.

Потому что сейчас именно глаза Даргона смотрели на меня, и в них была боль.

— Айрин, не соглашайся! Не делай этого! — хрипел он.

И снова гримаса боли. И вот уже глаза бога смотрят на меня. Чёрные, непроницаемые, как сама тьма.

— Если ты решила, то я готов, — сказал он.

Но прежде, чем ответить, я мысленно спросила:

— Почему ты помогаешь мне?

Бог взглянул на меня чёрными глазами, он явно не хотел отвечать, но всё же ответил:

— Потому что если ты исчезнешь, то и она и он проиграют. А значит, выиграю я.

И мне вдруг стало не по себе: «Неужели! Столько усилий и всё зря?»

Но на краю сознания я явственно услышала, как богиня вздохнула и меня будто кто-то погладил по голове.

«Я решила», — подумала я, мысленно передавая богу своё решение.

И буквально сразу вдруг почувствовала силу в своих руках. Выхватила кристалл из руки отца Айрин. И, не раздумывая, ударила им о камень, возле которого мы стояли.

Кристалл разбился сразу, как будто бы он был сделан из тонкого хрупкого стекла, и из него полился свет.

«Всё же душа Айрин была светлой,» — подумала я, и для меня наступила темнота.

* * *

Пришла я в себя в круглой комнате. Вверху была дыра, сквозь которую виднелось яркое, до белизны, небо, рядом сидела бабушка. Вернее, не бабушка, а богиня, но сейчас она была очень похожа на мою бабушку.

И голос, и выражение глаз, и даже запах. Только бабушка пахла одновременно пирожками, конфетами и немного цветочным мылом.

— Ты всегда была смелой, — сказала она. — И сильной. И ты всё сделала правильно.

Она замолчала.

— Но, если ты согласишься, я помогу тебе остаться живой.

— А Айрин? — прохрипела я.

— Ты отдала ей тело, и она уже живёт.

— А как же я буду без тела? — Наверное, вопрос прозвучал глупо, но бабушкам можно задавать глупые вопросы.

А ещё, пока богиня молчала, не торопясь мне отвечать, у меня в голове мелькнули какие-то шальные мысли — что меня подселят в какое-нибудь тело, может даже Валтора, и буду я всю жизнь мужиком мучиться.

— Нет, — улыбнувшись бабушкиной мягкой улыбкой сказала богиня. — Я смогу перенести в свой мир твоё тело, из твоей жизни. Оно будет целым и живым, если я заберу его в момент твоей смерти.

— Но меня сбила машина, и у меня не было магии.

— Это неважно, — снова улыбнулась бабушкиной улыбкой богиня, — магия, что теперь в твоей душе, она в любом случае трансформирует твоё тело. От тебя нужно только согласие. Согласие на то, что ты согласна жить.

И прежде, чем я ответила, богиня тихо добавила:

— И играть.

Я вздохнула. Правда, не совсем понимала, как я это могу делать здесь, где, собственно, наверное, даже и дышать не требовалось.

— А что, игра продолжится?

— Игра бесконечна, — сказала богиня. — Но если ты согласишься, то у нас ещё будет шанс выиграть.

И я согласилась.

Глава 39

Теон

Когда Айрин исчезла из этого мира,