Мастер путей 7 - Александр Чёрный

скроемся визуально и сумеем избежать провокации зверей, впереди те, кто в ответе за это сборище. После нескольких минут наблюдения за поведением айнов сложилось стойкое ощущение, будто бы они на пастбище. Кто-то жрал растительность, высокую или не очень, кто-то завалил собрата по виду и с остервенением жрал его тушу, но в общем и целом создалось впечатление выпаса.

А если мы вспомним, каким образом камни оказываются вживлёнными в конечности зверей… Перед нами абсолютно очевидно продукты творения разумных существ, вознамерившихся получить контроль над аномальными зверями. Кто-то приручил этих айнов, вмонтировав им артефакты в череп. Если у кого-то есть возможность делать это в товарно-оптовых количествах и с существами, превышающими в размерах жилой дом…

У кого-то очень и очень большие проблемы.

Глава 22

Скит

12 мая 2025/12 мая 1855

На крышу самоходки влезла Лана: хвостатая на протяжении почти всей экспедиции держалась на высоте, стараясь обозреть как можно больше площади вокруг.

От проницательной вислоухой моё настроение не укрылось.

— У нас беда, мастер? — тихо спросила она.

Я отнял бинокль от глаз и протянул его соратнице.

— «Беда» — не то слово, Лана. Посмотри и ты. Зрелище… небезынтересное.

Девушка приняла устройство, присела на колено и прильнула к окулярам.

— Настрой фокус и резкость под своё зрение. Сейчас прибор настроен на мой глаз, и ты можешь видеть через него нечётко. Центральный маховик между подзорными трубами. Крути его влево или вправо до тех пор, пока не добьёшься лучшей видимости.

Минуту Лана изучала управление тяжёлым полевым биноклем, игралась пальчиком, крутя маховик подстройки.

— Что скажешь? — спросил я спустя время.

— Скажу, что зрелище просто бесподобно, — призналась она. — Будто бы сама переношусь вперёд, а не наблюдаю издалека. Наши стеклодувы не в состоянии изготовить ничего подобного.

Даже не стал уточнять, что это ожидаемо. Где середина девятнадцатого века, а где — двадцать первого? Оптические схемы и комбинации современных подзорных и прицельных устройств порой способны сорвать башку и вызвать разрыв шаблона. Помню, вертел как-то в руках прицел одной небезызвестной фирмы: так там оптика была собрана и изготовлена настолько филигранно, что глаз в упор не различал наличия стёкол или линз. Создавалось ощущение, будто прицельная сетка просто подвешена в трубке прибора. На любой кратности, на какую бы ты ни настроился, не было видно ни единого искажения или блика. Будто бы, и впрямь, сам переносишься вперёд к мишенной обстановке, а не смотришь на неё через оптику с двенадцатью крат.

— Я имею ввиду, оперативную обстановку, — подсказал я. — Что скажешь по нашей ситуации?

— Зверьё на выпасе, — однозначно постулировала соратница. — Их поведение разительно отличается от всего того, что я помню про них. Никто и никогда на моей памяти так мирно себя не вёл. Даже в пределах собственной стаи. Это одомашненный зверь.

— Я пришёл к таким же выводам.

Надо убираться отсюда, и побыстрее. Не посчастливилось попасть на чьё-то пастбище — не велика беда. Обилие айнов, безусловно, удручает, но не Бог весть как. Сохраняя спокойствие и аккуратность, надеюсь, сможем добраться до условно безопасного места.

В протоке реки мимо нашего острова в очередной раз проплыла какая-то рыбина размером с дизель-электрическую подводную лодку, играя переливами мокрой чешуи на свету. Интересно, а эта шпрота тоже с камнем-артефактом в черепе?

Кстати, вопрос далеко не праздный. Если охота на ту же наземную или летающую живность я ещё могу понять, то рыба… ну, такое себе. Среди племён и народностей, населяющих Землю, хватает примеров одомашнивания, приручения и дрессировки самых разных тварей, начиная от крыс и заканчивая слонами. Многие наземные виды животных успешно выполняли поручения человека, а некоторые славятся беззаветной преданностью до конца своих дней. Птицы же — от голубей до ястребов и сапсанов — издревле использовались для передачи письменных корреспонденций и охоты на зверей. А те же вороны, к примеру, не безосновательно считаются чуть ли не самыми умными и интеллектуально развитыми среди птиц. С водными видами ситуация чуть иная. Признаки мощного мозга и развитого интеллекта демонстрируют киты, акулы и дельфины самых разнообразных видов, а последние и вовсе стояли на военной службе наряду с караульными собаками. Но вот все прочие виды… угри, там, к примеру, или ещё какая-нибудь рыба-фугу… Если местные приручают всех, до кого дотянутся, то входит ли в их число водная фауна? Есть ли смысл приручать шпроту, у которой память как у золотой рыбки? Или наличие разума вовсе необязательно, когда подчинённое существо управляется своим хозяином-оператором? До этого раздела в трудах «Бармаглота» я ещё не дошёл. Не успел.

Внизу уже закончили работу девчонки. Алина, насмотревшись вдосталь, как я орудую с «птичкой», сама настропалилась менять последней аккумуляторы. Израсходованные убрала прочь в самоходку, чтоб случайно не перепутать, и, достав из запасников свежие, снарядила ими борт. Предполётную подготовку пока что не выполняла, хотя, определённо, за неделю могла бы научиться и ей.

— «Мастер»! — тихо позвала меня снизу Бериславская. — Твоя птица готова к перелёту. Как будешь готов и ты — стало быть, можно и вылетать. Не уверена, что смогу держать заклятье сокрытия больше часа.

— Иду, — отозвался я напарнице и повернулся к Лане. — Бинокль пока придержи у себя. Ищи всё, что может показаться подозрительным или опасным. Если увидишь, как сцепились с применением Силы звери — оповести в первую очередь. Возможно, понадобится поднять щиты, чтоб не попасть под их разборки.

— Поняла, — кивнула девушка.

Я хлопнул напарницу по предплечью в знак одобрения и поспешил спуститься с крыши самоходки на сырую землю островка.

— Вета, — позвал Морозову. — Внимательно слушай окружение и Лану. Если возникнет необходимость — быть готовыми немедленно возвести каскад щитов. Мы в центре чьего-то пастбища, и в округе пасутся десятки айнов.

Настя с Катей переглянулись.

— Ну… — протянула Пламнева. — До сих пор выяснялось, что они не так страшны, как малюет их народная молва. Сколько голов в той стае было…? Ничего, прорвались.

— Что не отменяет на корню невозможность обратного. Крепость Измаил тоже когда-то считалась неприступной. Ничего, взяли.

* * *

Из огня да в полымя. Самое точное определение того, что происходило в тот вечер.

Лана на крыше самоходки с условной возвышенности обозревала окрестности, готовясь предупредить нас о приближающейся угрозе. Ветрана с Настей и Катей на подхвате готовились по команде экстренно поднять щиты, чтоб уберечь нас от рекомой угрозы. Алина держала маскировку над целым островком, укрывая нас от преждевременного обнаружения. Ева дежурила наготове, чтоб при необходимости реанимировать рухнувшую без Силы Бериславскую. Однако разноглазка, невзирая на собственные уверения