Главный Инженер - Вадим Фарг

— Я сантехник, Светлана Андреевна, нам угрожают даже тогда, когда мы просто называем цену.

— Для вас, Максим, просто Светлана. Ну а если серьёзно?

— Если серьёзно, то я открыт к сотрудничеству.

— Звучит как фраза человека, который сотрудничает только тогда, когда ему выгодно.

— А разве бывает иначе?

Светлана впервые широко улыбнулась.

— Бывает, просто редко и обычно это плохо заканчивается.

— Значит, у нас с вами похожий опыт.

— Возможно, но, как я и сказала, поддерживайте связь, только без ночных звонков с фразой «я нашёл труп», этим пусть занимается полиция.

— А если только документы?

— С документами можно.

Я хмыкнул, понимая, что у меня начинают появляться связи. Да, Света пока не друг и не союзница, но весьма полезная знакомая.

У двери Светлана неожиданно спросила:

— И всё-таки, Максим. Кто вы?

Я остановился и посмотрел на неё.

— По документам?

— Не только.

Я хотел ответить резко или отшутиться, но вместо этого на секунду вспомнил крышу, холодный воздух, руки толкнувшие меня. Потом вспомнил квартиру Смирнова запах перегара, Дюбеля под батареей и Аню с синяком на скуле.

— Человек, который устал жить среди чужой грязи, — просто сказал я.

Светлана ничего не ответила, только кивнула.

* * *

На улице было холодно. Я сел на скутер, достал блокнот и прямо там сделал запись:

«Светлана Андреевна, прокуратура. Умная и осторожная. Можно обзавестись тесными связями. Чёрную папку не раскрывать до получения».

Ниже добавил:

«Пётр дёрнулся, так что надо надавить, пока он снова ничего не выкинул. А также найти доступ к сейфу».

Я закрыл блокнот и посмотрел на здание суда. Ничего величественного. Просто серый дом, где сегодня один маленький председатель понял, что бумага может бить в обе стороны.

* * *

Пётр Ильич сидел у себя в кабинете ТСЖ и нервно перебирал бумаги. На столе лежали копии исковых документов, решение суда и стакан коньяка, к которому он так и не притронулся. За стеной Зинаида громко объясняла какому-то жильцу, что «всё по регламенту», но он почти не слышал. В голове у него крутилось только одно — суд проигран, Смирнов не испугался, а прокуратура услышала лишнее.

Внезапно его телефон завибрировал, а на экране высветилось имя: Артур. Пётр Ильич сглотнул и ответил:

— Да, Артур Сергеевич…

— Ты идиот⁈ — голос в трубке был настолько злой, что собеседник невольно поёжился. — Нет, серьёзно, Петя, ты дебил⁈

— Я сделал то, что вы просили. Чтобы он понял…

— Чтобы он понял⁈ — перебил Артур. — Ты в суд полез. В суд, Петя. Теперь там бумаги, протокол, решение и вдобавок прокуратура, ты сам им дверь открыл.

Пётр вытер лоб платком.

— Но иск мелкий. Там ничего такого…

— Для тебя мелкий, придурок! А для них это повод! Ты засветил все наши схемы, понимаешь⁈ А этот грёбанный сантехник со взломанной квартирой сейчас пойдёт в ментовку и подаст заявления, из-за которого они на тебя выйдут! Ты головой думал?

— Он начал копать под меня! Я должен был…

— Ты должен был задавить его, а не раскрывать нас! — рявкнул Артур. — И теперь к тебе, возможно, скоро придут, и если они что-то найдут, пеняй на себя Петя.

Пётр Ильич побледнел.

— Я всё уберу.

— Естественно, ты всё уберёшь и сделаешь это быстро без спектаклей с судами и алкашами.

— Да, Артур Сергеевич. Я понял.

— Нет, Петя, ты не понял. Если из-за тебя всплывёт лишнее, то сесть за решётку ты не успеешь. Тебя, возможно, вообще никогда не найдут! Так что разгреби это дерьмо, живо!

Связь оборвалась.

Пётр Ильич ещё несколько секунд держал телефон у уха, потом медленно положил его на стол. В кабинете стало тихо, даже голос Зинаиды за стеной ушёл куда-то на задний план.

Он хотел прижать сантехника, хотел быстро и дёшево показать, кто тут хозяин. А вместо этого сам показал, что ему есть что прятать, вот только теперь спрятать могут его самого. Буквально…

Глава 21

Утро после суда было спокойным. Чувствовал я себя как после в которой ты ещё не победил, но уже понял, кто перед тобой стоит и как он может ударить. Ильич проиграл иск, а у меня, по крайней мере я на это надеюсь, появился новый союзник, из прокуратуры.

Я сел на кровати, пару секунд смотрел в стену и, наконец, выдохнул.

— Живём, — сказал я себе.

Дюбель сидел у миски и вопросительно смотрел на меня.

— Не начинай, — сказал я. — Сегодня закрываем объект. Мне нужно работать, сам понимаешь. Корм сам себя не купит.

Кот моргнул, но от миски не отошел, более того, даже положил на нее лапу, мол что бы ты там не говорил, а я всё равно здесь буду ждать. Я оценило его упорство и хмыкнул и покормил пушистика.

После сделал зарядку. Медленно, без фанатизма и аккуратно, стараясь не перенапрягать укрепляющийся, но еще не совсем окрепший организм. После суда можно было дать себе выходной, но нельзя. Тело быстро запоминает слабость, если разрешишь лени хотя бы раз победить, потом она будет требовать это каждый день.

Завтрак был простой: яичница и чай. После собрал инструмент и всё остальное, необходимое для тяжёлого трудового дня. Я знал, что сегодня меня вновь ожидает грязь и вонь, но деньги Олега и Натальи были мне нужны. Для того, чтобы претворить все мои планы в жизнь, мне требовалось слишком многое закупить, а без финансов… сами понимаете.

Скутер завёлся почти сразу, я даже захотел его похвалить, но не стал. Техника, как люди, быстро наглеет, если её хвалить просто так.

У дома Ильи Сергеевича меня снова ждали племянники. Олег стоял у подъезда, смотрел в телефон и делал вид, что решает важные вопросы. Наталья держала пакет с моющими средствами, но так осторожно, будто внутри была не бытовая химия, а мина. Оба выглядели раздраженными, видимо, вчера старик вспомнил, что квартира его, а это сильно мешало их планам.

— Доброе утро, — сказал Олег. — Надеюсь, сегодня закончим?

— Если не будете мешать, шансы хорошие.

Наталья поджала губы.

— Мы вообще-то хотим помочь.

— Тогда стойте в стороне и платите вовремя, в нашем случае это лучший вид помощи.

Олег с прищуром посмотрел на меня, наверное, хотел что-то ответить, но сдержался. Уже начал понимать, что спор со мной отнимает время, а времени ему было жалко.

Илья Сергеевич открыл не сразу. За дверью послышались шаги, потом скрежет замка, и через секунду на пороге появился старик. Рубашка после моего визита уже помялась, но