Единичка - Элла Чак

– Серебро – это тяжелый металл. Как ты его в тучу запихнешь? И зачем?

– Вот поэтому мне нужна она. Ты знаешь.

– Постарайся завтра не провалиться на тесте. Я позабочусь о твоем дурашке.

– Он не мой…

* * *

Прошло девять трудовых часов, прежде чем Нэл вернулась в комнату рекреационных блоков. Она убрала вторую кожу клининга в камеру очистки и поспешила потратить триста десять законных секунд на мытье в душе.

Нэл раздвинула резиновые вертикальные жалюзи и вошла в сырое помещение с сотней кабинок. Ей показалось, что она слышит голоса. Освещение скудно мигало розовыми антибактериальными лампами.

– Есть кто? – эхо ее голоса и хлюпанье шагов пару раз отразилось от стен.

– Нэ-Эл-Ка? Ребята, это Нэ-Эл-Ка! Не бойтесь!

Из дальней кабинки вышла Ала в обтягивающих шортах и топе. Нэл впервые смогла рассмотреть напарницу по уборке. Вьющиеся волосы до плеч напоминали равносторонний треугольник. Рот с щербинкой между верхних зубов, мощные руки и накаченные плечи. Из соседней кабинки выглянул высокий парень, смачно вытирая хлюпающий нос.

– Ты Рик? Мы стояли рядом на площади.

Парень кивнул.

– Нэл!

Ала подошла поближе. К ней присоединился Рик, а за ним вышли еще две девушки. Нэл уставилась именно на них. Девушки были очень похожи. Вороные косы. Носы с легкой горбинкой. А еще они держались за руки. За руки!

– Что это?.. – не понимала Нэл, на что смотрит.

– Близняшки Ула и Тру, – обошла их Ала. – Их руки крепко соединены. Тут и скотч, и бинты, и веревки.

– Мы прикоснулись, – ответила Ула. – Если не разнимать прикосновение, Единичка минусит только на один год. А мы не знаем, сколько у нас минусов. Кажется, много… Грабители… Мародеры… Меня точно схватили пятнадцать раз.

– А меня больше двадцати… Я почти уверена… что оно последнее, – посмотрела Тру на сестру-близняшку. – Мы привязаны друг к другу три года.

– Значит, не последнее, – сделала вывод Нэл. – Последнее прикосновение – это один год. Ты жива уже три. К счастью, – поспешила добавить она, чтобы не прозвучало, будто Нэл обвиняет ее в чем-то.

– Никто не знает, когда будет конец, – вздохнула Тру, – не бойся, – успокоила она сестру. – Уверена, их еще много. Ты же точно младше меня.

Наступившую тишину прервала Ала:

– Мы с Нэл завтра идем на тестирование! Если прокатит, возьмут в лабораторию! Посуду мыть. Кстати, Нэл, что с тобой сделал этот красный? Сильно досталось?.. – откинула она волосы с плеча.

Нэл заметила у нее нацарапанный на коже кривой круг с палочками. На влажной перегородке душевых она нарисовала солнце с восемью лучами:

– Знаете, что это?

– Метка выживших. Сотри ее, Нэлка, – натянула Ала лямку топа на плечо. – Если увидят, изобьют плетью.

Рик щелкал неработающей зажигалкой. Он сам стер метку с поверхности стекла:

– Бесполезно это все. Комиссаршу, которая помогала Штабу, сегодня казнили. Эти метки – просто чушь. Нас никто не спасет.

– Мы сделаем это сами.

– Нэл! – зашикала на нее Ала, видя, что близняшки вот-вот разревутся.

– Что с вами? – удивилась Нэл.

– Их мать. Она палач. В оранжевом. Видела ее? Дерганую на козырьке? Будешь солнышки рисовать и про революцию заикаться, вмиг пеплом станешь!

– Вы что? Вы готовы сдаться?

– Мы выживаем как можем, – вытер рукавом нос Рик. – Отсюда не спастись. Забудь. Просто радуйся, если завтра пройдешь тест и будешь мыть колбы, а не сортиры.

– Я успокоюсь только когда уничтожу Сектор!

– Ты здесь всего три дня, Нэ-Эл-Ка, – понимающе кивала Ала. – Мы все боролись. Это пройдет. Обычно после шестого удара, – подняла она майку выше, и Нэл увидела на ее животе исполосованную красными линиями кожу. – Они сделали это, когда заметили мой солнечный шрам. Мой протест. Это я ногтями исковыряла, – показала она на плечо. – Чуть руки не лишилась. Комиссарша с розовыми волосами в меня не выстрелила. Уговорила кинуть на самую грязную работу.

– Роузи. Ее утром казнили.

– Да. Я видела через шлем ее розовые волосы. Это точно была она. Спасибо ей за мою руку. Это максимум, Нэлка. Максимум здесь – не растерять части тела, минусы и жизнь!

Рик подбрасывал зажигалку. Его щелчки неработающим колесом клапана отдавались в Нэл головной болью. Схватив на лету зажигалку, она продула элемент впрыска. От ее теплых рук механизм быстро высох. Поймав зажигалку обратно, Рик почти обжегся о металлический корпус, зато теперь она работала. Может, заработает и голова Нэл – амнезийная бета для Фина, заговор Иваныча и Бэжоги, подавленный дух заключенных, Единичка…

Не переоценила ли она собственные силы? Ли не справилась. Нестор тоже. Иваныч – предатель. Двойной агент и Бэжога в сговоре. Саму Нэл велено убить во время штурма. Откуда в ней еще теплился огонек надежды и сколько она протянет взаперти?

Глава шестнадцатая. Двойной агент

– Это че? Это оно и есть? – разочарованно выдохнул Фин, осматриваясь по сторонам. – Самое разыскиваемое Сектором место на этой планете?

Два стальных серых глаза уставились на стеклянную пару створок с обтрепавшейся наклейкой «ВХОД».

– Какой-то жиденький Штабчик!

Фин спрятал тригл на опушке под еловыми ветками и переоделся во вторую кожу синего цвета. Испытывать судьбу с дробовиками штабных ему не хотелось. Всем комиссарам известно: дикари неплохо стреляют. Могли и триглы сбивать попаданием в проводку возле баков ракетного топлива. А горело оно адски. При потере управления тригл взрывался на земле и разносил вокруг все в радиусе ста метров.

– Нэл говорила идти по следам коня. Ладно… пойду.

Он сразу заметил отпечатки ног Либери и человека. Судя по утоптанной мокрой земле, весом около восьмидесяти килограмм.

– Ну и копыта у этого Кайла. Такие следы и комиссарский первогодка выследит!

Через полчаса комиссар вышел на окраину широкой поляны, усеянную белым клевером. Тропинки сырой почвы хорошо протоптаны. Как и говорила Нэл, на лугу пасся рыжий конь с белым пятном в середине морды. Возле него стояли двое.

– Кайл себя клонировал? Теперь их двое?

Тот, что стоял рядом, был ниже, и весь он был какой-то квадратный. Короткое туловище, длинные накаченные руки. Второй кожи он не носил. Обычная одежда минусовых: брюки, брезентовая куртка, черно-белый клетчатый шарф. Через плечо перекинута пара ружей.

– Ты чего, Либери? Смит, что это с ним?

Конь уставился прямиком в сторону засады комиссара.

– Там кто-то есть, Салага! – передернул Смит затвор ружья. – Эй ты! Выходи! Или я выстрелю наугад по всем подряд кустам! – пальнул Смит прямо над головой Фина.

– Ладно! Не стреляй! – отозвался комиссар.

Лицо Фина закрывал шлем. Он вытянул над головой руки и пошел штабным навстречу.

– У меня нет оружия! Но у меня есть послание!

– Что это за парень? Он не из наших, – направил Кайл дуло точно в цель. Он держал его на мушке. – Кто ты такой? Говори!

– Я отвечу Кайлу. Это