Мегасити - Ам Аль Гамма

Я сместился Токанаве за спину, вытащил из его кобуры второй пистолет. Обезоружив гиганта, пытаясь выиграть для себя хоть немного времени, толкнул здоровяка на Мадуру, ушел в затяжной прыжок. Джихадид моей попытки даже не заметил. Игиловец пробил Токанаве грудину, засунул обе руки в бедолагу по локоть, после чего в буквальном смысле прошел того насквозь — разорвал на две половинки.

Наблюдая как валятся на ковер куски Токанавы, я переключил режим стрельбы в автоматический, вскинул оба ствола на изготовку и спустил курок. Мадура «поплыл». Силуэт джихадида пропал со своего места, мутной кляксой убегая по помещению от преследующего его пистолетного огня.

— Ах ты с-с-су…! — с чувством глубочайшей претензии к происходящему, прокомментировал я ситуацию.

Мне не успеть. Я тупо не успеваю вести це́ликом за бегущим силуэтом Мадуры. Игиловец быстр настолько, что даже ренегат с его запредельной по человеческим меркам скоростью и реакцией не успевает двигать руками. Я выбросил опустевшие стволы, перехватил поудобней катузу. Взмах меча, бессмысленный удар и вот уже кулак Мадуры отправляет меня в последний для этого вечера затяжной полёт. Очередной удар, рывок, атака в плечевой сустав и левую руку практически выдирают с мясом. Ещё удар, захват, бросок и я лежу забиваемый ногами в пол. Анемия по телу, тяжело дышать, игиловец подбирает энергетический клинок…

— А как же бензин? — спрашиваю у Мадуры.

Он что ли забыл про канистру, которую ради меня искал?

— Я передумал, — покрутили в руках меч. — Нарежу тебя ломтиками как это делал со мной ты, при нашей последней встрече.

Джихадид замахнулся: абсолютно по-дурацки, не умеючи, собираясь рассечь противника надвое.

— Мадура-сан! Не делайте этого! — пронзительный голос госпожи Фишер разлетелся по этажу.

Немка, живая и относительно невредимая, со всех ног бежала в нашу сторону. Вот же дура. Блондин на секунду притормозил, застыл, будто бы этот пронзительный окрик и вправду мог заставить его передумать. По лицу Мадуры прошла странная рябь, точно лицевой щиток бронекостюма принимает на себя входящий сигнал. Долгих пару секунд игиловец изображал статую, абсолютно не шевелясь, к чему-то прислушиваясь, после чего в два коротких рывка добрался к окну, разрубил плиту бронированного заслона и торопливо выпрыгнул с семидесятого этажа. Я, понимая, что опасность миновала, устало опустил голову.

Глава 10

— Вы… Вы… Вы меня слышите?! — подбежала ко мне Фишер, опустилась на пол, суетливо пытаясь оказать хоть какую-нибудь помощь. — Исида-сан, пошевелите рукой… скажите что-нибудь!

Я немного полежал, слушая это щебетание паникующей немки, собираясь с силами. Приподнялся, пополз. На здании биржевых торгов по-прежнему висит бронированный заслон, повсюду слышны пальба, крики и ругань, а значит, что бакумадзу все ещё тут и продолжают зачистку. Это хорошо.

— У вас повсюду идет кровь! И сломана рука! И ребро… торчит! И… и… — продолжала тараторить женщина. — Вам срочно нужно в больницу!

— Продукты есть? — посмотрел я на Фишер.

Рассчитывать, что немка носит с собой стимулятор, не приходилось.

— Ч…что? Продукты? — подвисла на несколько секунд женщина. — Н…нет, нету… А зачем?

Я порылся в карманах, нашел несколько подгоревших орехов, проглотил. Подтащил к себе труп Токанавы, его левую половину, достал из карманов несчастного расплавленный энергетический батончик, съел. Подтащил вторую. Фишер за всем этим делом наблюдала совершенно молча, не шевелясь. Можно сказать, в некотором ступоре. Думаю, этот неожиданный обеденный перерыв, происходящий в эпицентре кровавого месива, абсолютно не укладывался в её понимание реальности.

— Как думаете… он вернется? — наконец оттаяла женщина, прекратила пялиться на кучу пустых оберток и фантиков в моих руках, опасливо покосилась на окна.

— Нет, — понимая о ком идет речь, ответил я. — Что-то отвлекло джихадида.

— Джихадида… — заторможено пробормотала Фишер. — В смысле, игиловца?! Простите меня, Исида-сан, но вы, кажется, ударились головой! ИГИЛ давным-давно не существует и даже если каким-то образом предположить, что это не так, то сын главы "Ишикава корпорейтед" уж точно не может быть причастен к этой организации. Хоть он и дерется… жутко.

Я кое-как поднялся, встал, тяжело покачиваясь. Обломал торчащие из груди ребра, мешающие нормально дышать и двигаться, воткнул на своё место плечевой сустав, выломанный Мадурой, забинтовал подозрительно выпирающий наружу пищевод. Закончив обязательные процедуры, подобрав с убитого Токанавы значок «TDI Tigers», побрел обратно наверх.

— Вы куда?! — всполошилась немка.

— Наверх.

— Наверх? Зачем?!

— За набором.

— За каким ещё… набором?!

— Хирургическим.

На крыше этого здания до сих пор стоит Ишимура, а это значит, что на его борту меня ждут еда, вода, аптечка и полевой хирургический набор. Если повезет, и бакумадзу не поскупились на обвесы, то можно рассчитывать на полноценную мед-капсулу.

— Нужно отыскать Кико! — в совершенно другую сторону потянула меня Фишер. — Я не могу бросить её тут одну! Прошу вас!

Полагаю, что речь идёт о той мнительной болтливой служанке, что не стеснялась у всех на глазах отстаивать позицию классовой сегрегации и призывала немку обходить стороной неблагополучных мигрантов вроде меня, недостойных её высокого статуса. «Без двора, без паспорта», так она говорила.

— Кико убьют! Бакумадзу её застрелят! — продолжала наседать женщина.

— Не думаю. Бакумадзу не станут убивать кого попало.

На самом деле это ложь и так называемая Кико скорей всего уже мертва. Арендованные Фишер апартаменты наверняка класса люкс, что автоматически делает тебя целью номер один для прилетевших сюда головорезов. И плевать им медиамагнат ты или случайно поторговать приехал, во время налета с такими глупостями разбираться времени нет.

— Неправда! — продолжила упираться немка. — Эти сволочи её найдут и расстреляют! Все знают про бакумадзу — они никого не щадят!

Я отцепил женские руки со своего пиджака, подвинул немку в сторону:

— Спрячься среди обломков и дождись полиции. Вас с Кико обязательно спасут.

Организм поврежден, силы заканчиваются и беспокоиться о жизни какой-то там болтливой служанки возможности нет. Приоритетная задача — вывести из этого здания живым и невредимым молодого работодателя, всё остальное не имеет смысла. Ну или доставить его труп родственникам на худой конец. Чего, конечно, не хотелось бы.

— Да будьте вы мужиком, Исида-сан! — в сердцах крикнула немка. — Её же убьют!

Кажется, Фишер намеревалась дать мне пощечину. Не понимаю, что творится у неё в голове.

Я было направился в сторону лестничного марша, ведущего обратно на верхние этажи, но уже через пару секунд остановился.

— Тихо! — перехватил я отчаянный замах женской руки. — Замри.

Мой нюх уловил острый запах прокисшей молочной железы, внезапно хлынувший на этаж. Определить местоположение источника не представлялось возможным, слишком резким был этот смрад, но определенно точно можно сказать одно — охотник рядом.

— Молчи, если хочешь