АД: Агент Джокер - Василий Головачёв

– Не физически перемещаться, а сознанием. То есть каждый раз, когда он это делает, сознание возвращается на две минуты назад, и он может корректировать своё поведение, зная, что произойдёт через эти две минуты.

– Погоди, был такой фильм…

– С Николасом Кейджем, но там герой видел будущее впереди себя на пару минут, а Пахом как бы возвращается сознанием в прошлое.

Марченко сел, не сводя удивлённых глаз с Дмитрия Владимировича.

– Как это возможно?

– Тебе надо поговорить с моим приятелем Васей Хромовым. Он физик, доктор наук, и объяснил ситуацию существованием Мультивселенной.

– А это что за ерунда?

– Отнюдь не ерунда, новая космологическая теория Вселенной. Если совсем коротко, наша Вселенная каждое мгновение ветвится на копии, создавая бесконечную Мультивселенную. Так вот, каждый переход сознания Пахома назад, в предыдущее состояние, сопровождается появлением новых копий. Та, где он остаётся с нерешённой проблемой, отпочковывается, а сам он остаётся там, где изменяет своё положение, то есть выживает.

Марченко задумался.

– Хочешь сказать, в той, другой копии, он проигрывает? В смысле, его проблема усугубляется?

Михайлов кивнул.

– Вася сказал, что в большинстве таких ответвлений Пахом… погибает!

Марченко встал, сходил на кухню, вернулся с чашкой чая.

– Получается, что в этих бесконечных копиях образуется целая цепь…

– Не бесконечных, но их много.

– …смертей, – закончил Марченко. – Он погибает, потому что ситуация складывается хуже, чем в той копии, где у него есть фора в две-три минуты.

– Правильно.

– В таком случае с ним вместе гибнут и те люди, которых он типа спасает?

Теперь замолчал Михайлов, мрачно шевеля бровями.

– Об этом я не подумал.

– Какой-то уж очень сомнительный козырь этот твой Джокер.

– Пока что он позволяет Пахому оставаться в выигрыше.

– Ещё вопрос: переходя в своё тело, он просто меняет сознание, но не положение. То есть в оставленной им копии он не исчезает, так?

– И об этом я не подумал, – сознался Дмитрий Владимирович. – Ты мыслишь качественней меня.

– Просто у меня голова не забита так, как у тебя. А твой капитан знает, что при каждом его переходе в оставленной им версии Мультивселенной остаётся и он сам, физически?

– Не уверен, мы на эту тему не говорили.

– Тогда ему надо немедленно сообщить об этом! Аргумент поможет ему оценить ситуацию и попытаться выжить без бегства в прошлое.

– Это замедлит его реакцию…

– Зато спасёт окружающих.

Михайлов поморщился, но спорить не стал.

– Он не отвечает.

– Тогда едем в Слюдянку! Он ведь там?

– Очевидно.

– Будешь поднимать своих?

– Не думаю, что дело дойдёт до огнестрела.

– Но в Слюдянку, по твоим же сведениям, съезжаются боевики всех заинтересованных сторон: мэра, губернатора, местных олигархов, китайцев.

– Добавь ещё «Ястреб».

– То есть военная структура Левковичей. Тем более надо подготовиться.

Михайлов достал пакетик жвачки, предложил пастилку гостю. Марченко отказался.

– Пожалуй, действительно лучше подстраховаться.

– То есть едем?

– Утром.

– Тогда пораньше, часов в шесть, чтобы не опоздать к назревающим разборкам.

Михайлов потянулся к брикету смартфона.

В Слюдянку они приехали на японском внедорожнике «Сакура» в начале девятого утра.

В течение часа устраивались в небольшой мотель города под названием «Тракстоп», и Михайлов принялся обзванивать информаторов и разведчиков СК, расположившихся на его территории с момента расследования убийства Леонтьева.

По их докладам выходило, что этот городок внезапно стал центром притяжения разного рода структур, в том числе силовых, и его светская жизнь закипела сильней. Как оказалось, сюда съехались околобайкальские предприниматели, лакеи господина Юсупова, наложившего волосатую лапу на весь логистический бизнес края, а также клевреты мэра и губернатора, не считая китайцев. Их компании пополнились новыми работниками, из которых большая часть представляла собой частных охранников. Львиная доля таких частников принадлежала господину Мартынюку, владельцу ЧОП Култука.

Не обнаружили следопыты Михайлова только виновника переполоха Пахома Ровного. Было известно лишь, что он появился в Слюдянке рано утром двадцать третьего апреля на машине, принадлежащей СК Иркутска, после чего исчез.

Михайлов не один раз пытался связаться с ним, однако напрасно. Бывший капитан, получивший кличку Джокер, не отзывался.

Не отвечал и водитель Пахома лейтенант Сергей Пономарёв, что наводило Дмитрия Владимировича на тревожные мысли. Но он продолжал верить Пахому, зная его возможности, и терпеливо ждал ответа.

Внезапно Пахом позвонил сам.

Случилось это в двенадцать часов дня, когда оба полковника посетили офис Следкома в Слюдянке, где служили подчинённые Михайлова. Как раз в этот момент стало известно, что в город прибыла спецгруппа ФСБ «Альфа-Ястреб» под командованием майора Бориса Левковича. Сообщили об этом из Москвы, и Марченко, самодовольно усмехнувшись в ответ на озадаченный взгляд Дмитрия Владимировича, заметил с нотками заносчивости:

– У нас свои каналы добычи информации.

Тут-то и раздался звонок Пахома.

– Товарищ полковник, – сказал он, – по моим расчётам, Анфиса находится на китайской водоотсосной станции, стоящей в шести километрах от берега, напротив мыса Ветряный. Я занимаюсь уточнением.

– Откуда известия? – осведомился Михайлов, не показывая вида, как он рад звонку Джокера.

У Марченко изменилось лицо, он понял, о чём зашёл разговор.

– Мне ещё в Култуке дали наводку. Сюда прибыла группа начальника ЧОПа, но не остановилась в своих владениях а засветилась на пристани. По идее больше им деваться некуда. Я побывал на пристани, кстати, встретил там же майора Левковича, что подтверждает мои умозаключения, и поговорил с местными рыбаками. Они видели, как группа из пяти мужиков и одной женщины садились на катер.

Марченко раздул ноздри.

– Что он говорит?!

Михайлов остановил его жестом.

– Значит, Левкович тоже причастен к похищению?

– Необязательно, но ради зачистки следов он может навестить и китайцев.

– Когда ты его видел?

– Час назад.

– Что собираешься делать?

– Схожу к галере.

– Куда?!

– Платформа с насосами напоминает древнюю греческую галеру.

– Но тебе нельзя туда… одному.

– Дмитрий Владимирович, – огорчённо произнёс Пахом, – я соображу. Ждите известий.

– Подожди планировать поход на галеру, появился очень важный нюанс.

– Потом…

– Это вопрос жизни и смерти, капитан! Хочешь изменить ситуацию в свою пользу? Немедленно приезжай!

Пауза длилась несколько секунд.

– Товарищ полковник…

– Это приказ, капитан!

– Хорошо, куда подъехать?

– Где ты в данный момент?

– Недалеко от пристани, в «Шоколаднице» на автовокзале на улице Ленина, девяносто девять.

– Жди, мы подъедем через минут сорок.

– Мы?

Михайлов покосился на жадно слушающего Марченко.

– Со мной полковник Марченко из московской конторы.

Пауза.

– Хорошо, жду.

Искать автовокзал долго не пришлось. Слюдянка была старым русским городком патриархальной внешности, улочки её были прямые, а скопления современных зданий или деловых центров, как в Иркутске, отсутствовали вовсе.

Пахом с водителем «Хонки» действительно сидели в кафетерии автовокзала. Оба неторопливо пили кофе. Увидев подходивших «братьев», они поспешно встали. Пахом заметил следовавших за ними молодых спутников, приподнял брови, и Михайлов проворчал, подавая руку:

– Парни, посидите