АД: Агент Джокер - Василий Головачёв

Оба лейтенанта кивнули, бросив по оценивающему взгляду на человека с кличкой Джокер, и уселись за столик ближе к выходу.

– Ты тоже, – посмотрел на Сергея Дмитрий Владимирович.

Вихрастый паренёк с готовностью отсел с чашкой кофе в руке.

Расселись на мягких диванчиках с красными подушками.

Лицо Пахома заострилось, в глазах мерцал мрачный огонь, однако в остальном он держался невозмутимо.

– Мы говорили с тобой о хронодайвинге, – напомнил Михайлов.

Капитан кинул взгляд на Марченко.

Михайлов кивнул.

– Он знает. Мне позвонил Вася Хромов, физик, с которым я поделился нашей проблемой, и вот что он сообщил. – Дмитрий Владимирович помолчал и рассказал Пахому всё, что знал сам о хронореверсе и Мультивселенной.

С минуту все трое после окончания речи молчали, прислушиваясь к лёгкому гулу автовокзала.

Лицо Пахома по-прежнему выглядело твёрдой гранитной маской, и было трудно сказать, о чём он думает. Наконец он поднял глаза на Михайлова:

– Это… правда?

Дмитрий Владимирович шевельнул желваками.

– Вероятно, правда. Хотя никто на самом деле не знает, что такое Мультивселенная.

Посидев ещё минуту в той же позе, Пахом внезапно встал и вышел, ни на кого не глядя.

Ошеломлённые собеседники в молчании посмотрели ему вслед, переглянулись.

– Оригинально… – пробормотал Марченко.

Однако Михайлов не успел ответить, Пахом вернулся, успев скрыть эмоции. Сел.

– Прошу прощения, я понял. Постараюсь больше не оставлять после себя цепь смертей. Буду извещать вас о своих действиях.

– Ты уверен, что Анфиса находится на китайской водоотсосной станции? – спросил Марченко.

Михайлов бросил на него укоризненный взгляд, но заместителя директора ФСБ можно было понять, в первую очередь он думал и заботился о дочери.

– Не на сто процентов, – ответил Пахом. – Поэтому не предпринимайте никаких шагов, не обсудив их со мной.

– Не много на себя берёшь, капитан? – возмутился Марченко; глаза его побелели.

– Спокойно, Рома, – тихо произнёс Михайлов. – Он правильно говорит, нам ещё рано вступать в игру.

– Не было бы поздно. – Марченко отвернулся, остывая, проговорил нейтральным тоном: – Извини, капитан, психую.

– Может, возьмёшь кого-нибудь из наших парней? – добавил Михайлов. – Оба профи.

– Нет. – Пахом повернулся и вышел.

Марченко посмотрел, как он идёт – гибко, пластично, без рывков и размахивания руками, покачал головой.

– Лихой парень, твой Джокер. Лишь бы не сорвался. Не хотелось бы разочаровываться в таком человеке.

– Не сорвётся, гарантирую. Я понимаю, разочарование, как маржа между мечтой и её реализацией, возникает нередко, но я знаю капитана давно и верю, что он поступит безошибочно.

Глава 26

В машину он сел абсолютно слепой и глухой, словно ему вкололи наркотик, нейтрализующий волю и сознание. Прошло не меньше трёх минут, прежде чем к нему вернулась способность мыслить. Вспомнилось, как он дрался в Пожарах и в кафе Култука, уходя в прошлое при нарастании напряжённости ситуации, да и в последний раз на пристани при встрече с Левковичем. Что могло произойти, не нырни он в хронодайвинг, уходя от конфликта, но оставляя ситуацию неразрешённой для всех действующих лиц? Ведь он, по сути, бросал на произвол судьбы и водителя «Хонки», и себя самого в тот момент, когда сам же довёл провокацию до гротеска! Что произошло потом, в другом варианте Мультивселенной, отпочковавшемся от того, где остался он? Началась ли драка? Не взбесился ли Левкович, видя, что над ним издеваются? И как узнать результат столкновения в отделившейся копии? Или она благополучно рассасывается, оставляя только память о своём существовании и стержневую реальность?

– Сергей Сергеевич? – раздался голос водителя.

– Поехали! – опомнился Пахом.

– Куда?

– На пристань.

– А если там эти башибузуки остались из пистолетной обоймы?

– Из чего? – не сразу сообразил капитан, потом вспомнил, как похожи друг на друга бойцы Левковича, и скривил губы. – Это ты хорошо сравнил. Поехали, вряд ли они остались на пристани, тоже, наверно, искали средство для доставки группы на галеру.

«Хонки» подъехал к берегу озера в тот момент, когда к причальной стенке швартовался катер, но не «Хариус», а какой-то другой конструкции, с небольшой рубкой и площадкой на корме, где могли разместиться несколько пассажиров. Названия катер не имел, только номер 67 на борту. С борта на причал спрыгнул мужик в чёрном полушубке и меховой шапке, приказал кому-то в рубке:

– Не отлучайся, через час привезут консервы, отвезёшь китайцам.

– Лады, – донесся из рубки ломкий басок рулевого.

Подъехала новая «Лада Чайна», мужчина сел, и машина уехала.

– Жди, – сказал Пахом водителю, вылезая.

Оглядел пристань.

Всего возле причальной стенки были пришвартованы пять лодок. В прошлый раз, когда он посещал пристань, здесь стояли девять лодок и три катера. Получалось, что с момента утреннего рейда к берегу отсюда ушли в озеро четыре лодки и все катера. Вернувшийся под номером 67, видимо, принадлежал китайской галере.

Пахом взобрался на борт, заглянул в остеклённую рубку.

Молодой парнишка в матросской робе на вид лет двадцати возился в коробках на полу, что-то перекладывая из одной в другую. У него были соломенные волосы торчком и растопыренные уши, лицо вымазано смазкой.

– Привет, – сказал Пахом, – хочешь заработать?

Парень оглянулся, удивлённо раскрыв глаза шире.

– Ты откудова нарисовался?

– Мне нужно смотаться на китайскую станцию, хорошо заплачу.

– Смеёшься? – расплылся в ухмылке рулевой. – Кто ж нас туда пропустит?

– Тебе только надо будет доставить меня с напарником поближе к галере, потом вернёшься.

Парень озабоченно потёр щёку, измазал её больше, почесал в затылке, также измазав волосы, прищурился.

– А не обманешь?

Пахом показал тысячную купюру.

– Только мне нужно быть тут через час.

– До платформы всего пять километров, это семь минут, успеешь вернуться два раза.

– Ладно, заходи. А где напарник?

Пахом позвонил водителю:

– Серёжа, иди сюда и захвати мою сумку.

Подошёл Сергей, держа в руке объёмную чёрную сумку Пахома.

– Сплаваешь со мной, – сказал он.

– А тачка? – оглянулся на берег Сергей.

– Мы не надолго, не украдут.

– А чо вам там надо? – поинтересовался рулевой, заводя мотор.

– Хочу устроиться на работу, – сказал Пахом, даже не пытаясь избавиться от мыслей об Анфисе.

– Это вам надо было поклониться начальству китайской компании, – уверенно проговорил парнишка.

– Не возьмут, так и сделаем. Тебя как звать?

– Митя… Дмитрий.

– Меня Сергей Сергеевич, поехали, Митя.

Катер отошёл от пристани, набрал ход. Берег остался позади. Даль озера распахнулась перед ним до горизонта. Но плыть надо было всего около шести километров, и шестьдесят седьмой потратил на дорогу не более десяти минут.

Сердце забилось сильнее. Пахом с трудом утихомирил чувства и перевёл в действие режим экспресс-реагирования.

Когда до галеры, издали похожей на платформу нефтедобычи, выросшей впереди решетчатой горой, осталось около полукилометра, Пахом приказал остановиться.

Катер замедлил ход.

Пахом напряг