Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Значит, понравилась она тебе… — поджала губы Ника, услышав совсем не то. — То-то ты так бежал с ней сюда! Неужели успели?.. — вновь с подозрением оглядела она покои.

— Ох, — поднял я голову и закатил глаза. — Даже будь она здесь, ничего бы не было. Признаюсь, я планировал ее сюда привести и спровоцировать на развод. Мне было нужно, чтобы она сбежала и пришла к деду до позора с Юсуповыми. Тогда она вернулась бы вновь, но уже не надзирать, а договариваться. Она умная.

— И как, прости, ты собрался ее провоцировать? — что-то слишком добро похлопала Ника глазами.

— Мы не дети, ты прекрасно знаешь как, — позволил я себе раздражение. — Уверяю, я знаю, что надо делать, чтобы она сама сбежала.

— Или размазала тебя тонким слоем!

— Во-первых, я живучий. Во-вторых, есть методы, за которые нельзя убивать. Но после которых девушка с ее воспитанием сбежит непременно, — уверенно поведал я.

— Внимательно слушаю, — сложила Ника руки на груди.

— Ника…

— Нет-нет, говори. Может, подскажу чего.

— Да любая благородная леди сбежит, когда ее руки свяжут у запястий, стянут со спинкой дивана и станут бесцеремонно ласкать тело, наговаривая в ушко разные непристойности…

Только Ника отчего-то мрачно и отрицательно качала головой.

— Что? — возмутился я. — Секунд тридцать — и в коридоре!

— Ладно хоть обошлось, — вздохнула невеста, оглядев комнату. — Только не ясно, с чего бы ей возвращаться.

— У нас есть деньги, — пожал я плечами. — У нас поддержка шести князей, которые были у тебя сватами.

— Поддержка?.. — с сомнением уточнила Ника.

— А как же! Этих шестерых сейчас только и объединяет, что они все были вместе на этом событии. Им нужен повод для союза, — пытался втолковать я невесте. — Они слишком долго режут друг друга, чтобы внезапно примириться, но война — это дорого и невыгодно. Сейчас же они могут сидеть за одним столом без обвинений в попрании вековых традиций. Теперь у них есть для этого убедительная причина, и поверь — они вцепятся в нее намертво.

— Эм…

— Политика, — пожал я плечами. — Даже сватовство становится политикой, если там появляются такие князья. Так что за нами мощный политический блок, который позволит не упустить монополию на Механизм.

— Мы же хотели его отключить?

— Разумеется. Но даже император не подумает его уничтожить. Это контроль над миром и источник безграничной энергии, которую можно изучить и покорить.

— Никто нам этого не позволит, — категорично произнесла Ника.

— Одиночке — нет, — напомнил я утренние слова. — Но мы перестаем быть одни. Напомню: я могу включить Механизм в любой момент. Даже отсюда.

— Уйдешь ты, и… — отчего-то еще сильнее грустила невеста.

— И передам контроль детям, — мягко успокоил ее. — Династии, которую мы можем создать. К которой пока можно присоединиться даже бедной, обманутой принцессе Рюриковичей. Если, разумеется, ты согласишься ее принять.

— А без нее никак?

— Нам можно. Вот ей без нас — будет тяжело, — оценил я. — Впрочем, мы не благотворительная организация.

— Постой… я не это имела в виду, — запнулась Ника. — Будет ли она нам полезна?

— Рюриковичи — один из истинно великих и древнейших родов. Многие захотят говорить с ней, а не с нами. Они так привыкли. Отучать придется долго и кроваво, — откровенно высказал я свои мысли.

— Тогда я согласна, — тяжело вздохнула невеста. — Ради жизни мира.

— Любить я буду только тебя.

— Да ну? — покосилась на меня девушка. — Даже в одной с ней постели?

— Без тебя я буду думать только о Родине!

— Просто молчи, — отмахнулась Ника, впадая в меланхолию.

Потянулся ее поцеловать, но девушка увернулась. Постарался быть настойчивее, но получил легкий удар кулачком в грудь:

— Хватит! Мы решаем серьезные вопросы!

— Я не могу так долго думать о Родине один! — произнес я ворчливо.

— Лучше подумай о том, как донести до принцессы, что мы ей нужны. И что ты — не тот человек, из-за которого ее подставили.

— Ну, для этого придется ее как-то зафиксировать под страхом смерти, чтобы она все выслушала и не сбежала, — мягко улыбнулся я.

— Тяжело будет.

— Придумаю что-нибудь, — заверил я невесту и провел тыльной стороной ладони по ее щеке. — Все будет хорошо. Я же обещал.

— Пойду я, — поднялась Ника. — Там Веня вроде как в коридорах остался.

— Потерялся?

— Ага. — Девушка подошла к двери и вновь посмотрела на меня: — А кто мы будем? Самойловы?

— Подумаем вместе… — запнулся я, не найдя сразу ответ.

Потому что Самойловы — это Федор и его род, которому он будет главой.

Дверь аккуратно захлопнулась.

Под кроватью все еще было тихо.

— Вылезай, — произнес я обычным тоном.

Снизу зашуршало шелковой тканью. Я поднялся и помог ей сесть рядом. Помолчали.

— К деду пойдешь? — уточнил я у нее.

Та неопределенно покачала головой, продолжая рассматривать что-то на полу.

— Это все правда? Насчет ваших ресурсов.

— Ты же все равно проверишь.

— Мне нужно поговорить с Никой, — выдохнула принцесса решительно.

— Говори со мной.

— Сильные говорят с сильными. Я желаю говорить с убийцей князей, — надменно посмотрела она на меня.

— Говори со мной, — недоуменно дернул я плечом.

— Разве не она чуть не убила древнего Шуйского? — недовольно приподняла бровь принцесса.

— Она, — не стал я спорить.

— Тогда…

— Только до этого я заставил его подчиниться и выкинул с самолета, — буднично прокомментировал ей. — А два дня назад почти убил князя Черниговского. Так какие у тебя там вопросы?

— А ее справка… — почувствовала неловкость Елизавета.

— Не соответствует действительности.

— Выходит, ты мне врал?

— Когда? — мрачно взглянул я на нее. — Я вообще не вру. Это вы вечно придумываете больше того, что вам говорят.

Принцесса разумно промолчала, стараясь не развивать ссору.

— Хорошо. Будем считать, что я пришла к деду и все подтвердилось. — Она смотрела перед собой. — Потом вернулась к тебе, и ты мне это все рассказал.

— И ты поверила, — утвердительно произнес я.

— Мы рассматриваем гипотетическую ситуацию. Допустим, я бы поверила. Что потом?

— Я бы предложил тебе то, чего у тебя никогда не будет без нас.

— Я могу сейчас придумать очень много от того, что услышала.

— Сходи сегодня к деду, — вздохнул я. — И приходи в субботу.

— Почему в субботу?

— В пятницу совет князей. И все то, что на нем произойдет.

Я достал из кармана поясок от ее платья и принялся распутывать в руках.

— Спасибо, — механически отметила принцесса.

А затем ворохнулась, когда я накинул поясок на ее руки и принялся мягко опутывать запястья, легонечко подтягивая друг к другу.

— Ты чего? — удивилась Елизавета.

— У нас тут один теоретический спор, который мне очень интересно решить… — произнес я доверительно.

— Так!.. Довольно! — скинула она мое