Гонец. Том 1 - Григорий Володин

ПУТЬ: ГОНЕЦ — Стадия 1 «Первый шаг»

Каналы: 5

Прогресс до стадии 2: 55%

Осталось всего два дня, а значит мне придется выбивать больше двадцати процентов Прогресса в сутки. Надо будет поторопить Сержа с Конным двором, как только он вернется с разведки.

— Вальд, так это ты зарезал разбойника? — голос Риты вырывает меня из раздумий. Успев пошушукаться с Линой, брюнетка прищуривает карие глаза как кошка. Она еще разморена от тяжелого бега, но интерес берет верх. Парни, к этому моменту уже выпытавшие все подробности у Киры, тоже пялятся на меня во все глаза. — Не ожидала.

— Да, с моей комплекцией было сложно его догнать, — я хлопаю себя по животу.

За столом раздается дружный смех, мигом сбрасывающий секундное напряжение. Брюнетка тоже хихикнула.

— Все в библиотеку. Будем учить отстающих шифрам, — командует Линария, поднимаясь из-за стола. — Чтобы больше не повторилось, что Симон вас гоняет.

Догнать уверенно вышагивающую блондинку оказывается не так-то просто. Внутренняя сторона бедер всё еще горит после скачки, да и больное колено, даже щедро замазанное разбойничьей мазью, снова начинает противно ныть.

— Лина…

— Линария! — тут же одергивает она, не сбавляя шаг.

— Я посижу с вами в библиотеке не больше часа. Потом мне нужно к мастеру Цинусу.

— За ядом? — Лина притормаживает и хмуро заглядывает мне в глаза. — Ты правда собираешься травиться?

— Есть идеи получше? — я развожу руками. — Я действительно не против альтернативных предложений.

Она замолкает, напряженно уставившись перед собой.

— Только не помри, Вальд.

— Именно это я и собираюсь предотвратить, — с улыбкой сообщаю, на что она лишь озабоченно поджимает губы.

В библиотеке на поруки мне достается Дима. Я раз за разом гоняю его по списку, но он переводит в лучшем случае каждое третье слово. Прогресс, конечно, есть, но от старшаков это не спасет.

— А ты попробуй запоминать образами, — предлагаю.

— Это как? — Дима смотрит непонимающе.

— Не зубри сухие буквы. Строй в уме яркие картинки, — терпеливо объясняю. — Тебе нужно связать незнакомое слово с чем-то смешным, абсурдным или страшным. Например, если слово «крепость» на сервальском звучит как «гибера», представь себе гигантскую, жирную гиену, которая сидит на башне крепости. Чем бредовее образ, тем намертво он впечатается в память. Можешь даже построить в голове воображаемую комнату и расставлять эти картинки по углам.

— Ого, — Дима подвис. — Ты сам это придумал?

— Умные люди посоветовали. Понял принцип? Давай попробуем.

С горем пополам метод ассоциаций дает плоды. Дима со скрипом, но начинает переводить правильно. С чувством выполненного долга я оставляю группу и направляюсь в медицинское крыло.

В первой комнате за лабораторным столом обнаруживается Рана. Девушка сосредоточенно разливает по склянкам разноцветные зелья.

— Сестра, вы с мастером Сержем уже вернулись? Как успехи? — интересуюсь.

— А, Лёня, — оглядывается она, отставляя колбу. — Никого мы не нашли. Только трупы по твоим ориентировкам, как я понимаю. Следов лагеря тоже нет, хотя наши отряды прочесали всю округу. Эти двое были одни. Скорее всего, залетные наемники или дезертиры, искавшие легкой наживы.

— Хорошо, что среди ребят никто не пострадал, — пожимаю плечами. — Я к мастеру Цинусу, он меня звал.

Прохожу к кабинету Целителя, коротко стучу и вхожу.

— А, Новик Леон, заходи, присаживайся, — вальяжно машет рукой жулик.

Я опускаюсь на стул, и Цинус тут же пододвигает ко мне плотный лист бумаги. Ого. Уже стоят все печати, в том числе оттиск королевского нотариуса. Самого законника нигде нет, но это и неважно — у Гильдии Целителей бюрократическая машина смазана отлично, бланки явно готовы заранее.

Я внимательно пробегаюсь глазами по строчкам. Условие про четыре дня не забыли. Если я откинусь в течение этого промежутка, лекари на законных основаниях получают поместье Вальдов.

— Вот перо и чернила, — Цинус нетерпеливо стучит по столу, словно я слепой.

— А где зелья? — спокойно интересуюсь я, не трогая перо. Утром деньги, вечером стулья.

— Сейчас Рана принесет. Ты же сам видел, она разливает твою долю.

— Я подожду товар, — настаиваю.

— Ну, как хочешь, — благодушно разрешает Цинус и отодвигает завещание на свою половину стола, видимо, чтобы не светить его перед помощницей. Она все же Гонец, а не Целитель.

Вскоре дверь открывается, и Рана заносит поднос, уставленный закупоренными склянками.

— Готово, мастер.

— Поставь перед Новиком Леоном, — командует Цинус. — Сумку, чтобы всё это унести, я выдам тебе позже, незачем светить богатством перед остальными. А пока проверяй, — говорит он со скептической усмешкой, прекрасно зная, что я ни в жизнь не пойму, обдурил он меня с концентрацией или нет.

Рана хлопает глазками: с какой стати Новику причитается такая гора алхимии? Поставив поднос, она молча отступает в сторону. Я же делаю вид, что провожу ревизию. Бросаю взгляд на синенькую, красненькую и золотистую жидкости — единственные, которые мне визуально знакомы. Для приличия кручу в пальцах пару колбочек.

— А где мяква? — невинно интересуюсь. — Я слышал, она охраняет лекарства от грызунов. Не хочу, чтобы мыши попортили мои вещи.

— О, какая предусмотрительность. Ты поразительно проницателен, Новик, — Цинус презрительно усмехается, принимая мою отмазку за чистую монету. — Рана, дай ему мякву.

Брови Раны ползут вверх. Она точно вспомнила, как я спрашивал про яд в библиотеке. Но молча разворачивается, идет к шкафу и приносит граненый флакон из темного стекла.

— Две капли на кусок хлеба вытравят крысу размером с кошку, — Цинус бросает на меня веселый взгляд, а затем кивает девушке. — Рана, свободна. Спасибо.

Дождавшись, когда помощница выйдет, лекарь пододвигает ко мне бумагу. Я макаю перо в чернила и ставлю подпись.

— Отлично, — мошенник довольно скалится, мысленно уже пересчитывая доходы с моих земель. — Вот сумка для склянок.

Он кидает на стол кусок серой мешковины.

— Перо я оставлю себе. На память, — говорю я.

— Да забирай, — отмахивается Цинус.

Я переношу хрупкий арсенал в мешок, поднимаюсь и иду к двери.

— Пронеси всё тихо в свою каморку, чтоб без лишних глаз, — шипит в спину лекарь.

— Естественно, — роняю я, выходя в приемную.

Рана переминается с ноги на ногу у лабораторного стола.

— Лёня… ты уверен, что всё в порядке? — взволнованно спрашивает она.

— Абсолютно, сестра, — киваю, пресекая дальнейшие расспросы.

Я быстро проскальзываю в нашу пустую комнату. Достаю из-под кровати деревянную кружку, стащенную из столовки, бегу с ней в «баню» за водой и тут же возвращаюсь. До отбоя считанные минуты, нужно успеть.

Сажусь на кровать и прикидываю дозировку. Крыса — это килограммов семь-восемь. По словам, Цинуса, ее убивает две капли. Моя масса