Я стану главой этой семьи. Том 1 - Ким Роа

«Среди всех ваших детей я дольше всех наблюдала за тем, какой тяжелый груз вы несли на своих плечах. И я не собираюсь жить такой жизнью, отец». Лулак лишь кивнул с горькой улыбкой. Независимо от того, как много власти и привилегий дает вам это место, если вы садитесь на него без особого желания, то оно тут же превращается в кресло, обвитое шипами.

Но недавно Виз совершил еще одну серьезную ошибку. Отвечая за управление недвижимостью Ломбарди в центральной части империи, он продал землю по заниженной цене дворянину, с которым был близок. Хуже того – ходили слухи, что в этой земле есть залежи железной руды. Однако, даже зная это, Виз продал землю ради увеличения собственного внешнего влияния. К счастью, по изначальным расчетам предполагалось, что объем захороненной железной руды будет не очень большим, поэтому финансовый ущерб оказался не таким уж огромным. Но этот случай позволил Лулаку убедиться в одном наверняка: Виз готов пожертвовать интересами Ломбарди ради собственной выгоды. Когда эта мысль возникла в голове Лулака, с его губ сорвался тяжелый вздох.

Тихий стук донесся до его слуха.

– Кто там? – спросил Лулак.

– Дедушка! Это я, Тия!

– Тия?

За дверью раздался оживленный, громкий голос. Удивленный Лулак вскочил со своего места и сам открыл дверь.

– Дедушка! – Фирентия, с розовым личиком, словно на ее щечках распустились бутоны цветов, широко улыбнулась, глядя на Лулака.

– Божечки, ко мне пришла наша Тия!

Вместе с ее появлением удушливый воздух, отягощавший все пространство кабинета, развеялся в мгновение ока. Лулак рассмеялся и быстро подхватил на руки внучку, которая подбежала к нему и обняла за ноги.

– Ва-ах!

Улыбка не сходила с лица Лулака, пока он слушал смех Фирентии. С трудом верилось, что этот человек, заливающийся радостным смехом до мелких морщинок на лице, всего несколько секунд назад был тем самым серьезным главой семьи.

– Дедушка, вы заняты? – спросила Фирентия.

– Нет, я сейчас не очень занят. Но что привело тебя ко мне?

– Пожалуйста, напишите рекомендательное письмо, дедушка! – энергично ответила Фирентия.

– Рекомендательное письмо?

– Да!

Лулак на мгновение наклонил голову, затем усадил Фирентию на диван – то самое место, где она всегда сидела во время визитов с отцом. Вскоре на столе появились печенье и сок.

Окинув взглядом угощение, Фирентия взяла большое печенье и откусила кусочек. Она вела себя слишком спокойно и расслабленно для той, кто обратился с просьбой о рекомендательном письме к самому главе семьи. «Ну в самом деле, она же всего лишь восьмилетний ребенок, так откуда ей знать, что это значит», – улыбнулся Лулак, мысленно отчитывая себя за сомнения.

– Вкусное печенье?

– Да! Очень сладкое!

Глядя на безмятежную внучку, Лулак погладил ее по голове.

– Хорошо. Значит, ты просишь меня написать рекомендательное письмо?

Возможно, девочка не знала, что получить такое письмо от главы семьи нельзя простым запросом. Рекомендательное письмо с печатью Ломбарди означало полную поддержку рода – и вмешательство семьи в случае любых неприятностей с этим человеком.

– Вряд ли ты просишь его для себя. Так для кого же оно?

– Для Эстиры! Она ученица доктора О’Мейли и хочет поступить в Имперскую академию, чтобы заниматься исследованиями в области траволечения!

– Тогда ей следует получить рекомендацию от доктора О’Мейли.

– Доктор О’Мейли уже дал рекомендательное письмо другому него… то есть другому человеку…

Вероятно, Фирентия пришла к дедушке из чистого сострадания. Лулак снова почувствовал, как тепло разливается по сердцу. Однако рекомендательное письмо от главы семьи – дело публичное. Нужно было найти способ мягко отказать внучке, не ранив ее чувств.

– Но, Фирентия, рекомендательное письмо от твоего дедушки – это вовсе не то, что можно раздавать направо и налево.

Девочка сидела неподвижно, широко раскрыв глаза. Лулак уже вспотел, представляя, что будет, если внучка начнет плакать. Он так сильно нервничал, что уголки его улыбающихся губ даже дрогнули пару раз. Здесь проявлялась его особая слабость к родным.

– Точно! Рекомендация Брошеля будет лучше, чем рекомендация твоего дедушки!

Брошель, бывший заместитель ректора академии, после выхода на пенсию вошел в семью Ломбарди, получая от нее поддержку. Хотя его рекомендация уступала письму главы семьи, она все же могла существенно помочь при поступлении.

– Поэтому если ты отправишь ту девушку, Эстиру, к Брошелю и она получит оценку, достойную его рекомендации…

– Мне нужны обе рекомендации! – прервала его Фирентия.

Лулак замолчал.

– Говоря о двух рекомендациях, ты имеешь в виду…

– Одна от дедушки, вторая от господина Брошеля – два рекомендательных письма!

Лулак был настолько ошеломлен, что на мгновение потерял дар речи.

– Разве вы не сказали, что она должна получить оценку, достойную этих рекомендаций? – настойчиво спросила Фирентия.

– Да, я так сказал…

– Так что нужно сделать, чтобы получить рекомендательные письма от вас обоих?

Фирентия явно была настроена серьезно:

– Ведь Эстира очень умная! Что бы я ни попросила ее сделать, она справляется безупречно!

– Она справляется безупречно? – с явным любопытством переспросил Лулак.

– Да!

Хорошо разбираться в медицине и применять знания для создания чего-либо – две разные вещи. Многие ученые владели первым навыком, но второе встречалось редко.

– Тогда, может, мне принести лекарство, сделанное Эстирой? – предложила Фирентия, откладывая печенье на тарелку.

– Будет довольно трудно одновременно удовлетворить и меня, и Брошеля.

– Эстира сможет это сделать!

– Вы только гляньте на эту девочку – ты выглядишь очень уверенной в своих словах, – рассмеялся Лулак.

– Да, я уверена! Итак, дедушка, если вам понравится лекарство, сделанное Эстирой, вы напишете для нее рекомендательное письмо?

Лулак улыбнулся и кивнул:

– Да, тогда я напишу рекомендательное письмо. Насчет Брошеля: я сам заранее его предупрежу о твоей просьбе.

– Ух ты! Дедушка, вы лучше всех!

Фирентия так обрадовалась, что снова обняла Лулака. Он растаял от этого милого поведения – такого не похожего на других внуков, всегда испытывавших перед ним страх.

– Ладно-ладно, – продолжал посмеиваться Лулак, поглаживая девочку по спине. Он и не подозревал, что внучка, уткнувшись в его колени и кажущаяся беззаботным ребенком, на самом деле яростно обдумывает дальнейшие действия, а ее глаза загадочно сверкают.

* * *

В западном крыле, где располагались кабинеты и совещательные залы работников Ломбарди, по первому этажу нерешительно бродил один человек, весьма редко здесь появлявшийся.

– Тот человек… Разве это не господин Галлахан?

– Но почему у него такой обеспокоенный вид?

Каждый сотрудник, направлявшийся с докладом к начальству, в замешательстве оглядывался на Галлахана.

– У-ух… – вздохнул он, стоя напротив кабинета Клеривана.

Дверь с надписью «Клериван Пеллет», выгравированной на сусальном золоте, выглядела внушительно. Услышав слова дочери, Галлахан подумал, что идея неплоха, – и проделал весь этот путь сюда. Но он все