Побег - Виктор Викторович Зайцев

нетрудно. В Кунгуре многие сошли, я подошёл к газетному киоску, спросил карту города и увидел удивлённые глаза киоскёрши. Понял нелепость своего вопроса, в продаже оказались только карты знаменитой Кунгурской пещеры.

— Может, подскажете, как до здания городского суда добраться? — поинтересовался я у пожилой киоскёрши.

Милиционеров на перроне не рассмотрел, больше спросить не у кого. Женщина довольно понятно объяснила путь, и я поспешил к своей цели, не забывая присматривать за своей спиной. Меня могли отслеживать не только здешние милиционеры, но и свердловские бандиты. Однако хвоста за собой не обнаружил и добрался до дверей здания суда спокойно. В холле меня встретил какой-то мужчина в гражданке, не похожий на милиционера. Он провёл на второй этаж, в кабинет председателя суда. В приёмной я сразу определил своего клиента по измученному виду.

Уже вдвоём с больным мы зашли в кабинет председателя здешнего суда, я принялся изучать историю болезни, а клиента усадил на стул.

— Может мне раздеться? — суетился мужчина. Да, с его диагнозом станешь суетливым.

— Не волнуйтесь, не надо. Снимите рубашку и оставайтесь на стуле, — скомандовал я, чтобы отвлечь больного и занять его чем-нибудь. Дочитав историю болезни, обрадовался, с подобными случаями сталкивался несколько раз, справлюсь. Немного походил вокруг сидящего на стуле клиента, быстро лечить нельзя, не поймут. Продемонстрировал пассы руками, как уже начавшие появляться в телепередачах народные умельцы, типа Чумака.

— Всё, вставайте, одевайтесь. — Продемонстрировал я потряхивание рук от «дурной энергетики».

— Вот постановление о прекращении дела, — спохватился судья. Подумал и уточнил, на всякий случай: — Мы в полном расчете или денег добавить?

— Денег не надо, больше от Вас ничего не требуется. Буду благодарен, если при случае замолвите за меня доброе словечко. Не сейчас, через полгода или год. Просто скажете, что я не жулик и не бандит, когда попрошу. Не захотите — тоже ладно, обойдусь своими силами.

— Обязательно замолвлю, звоните в любое время, сейчас напишу свой домашний телефон. — Моментально записал свой номер судья.

Похоже, дошли слухи о возвращении болезни моим недругам. Собственно, на этом мои дела в Кунгуре закончились, от совместного обеда я отказался, понимая состояние клиента. Ему явно хотелось срочно пройти обследование, убедиться в действенности лечения. Какой уж тут обед? Не удивлюсь, если первое обследование он прямо в Кунгуре и пройдёт, чтобы успокоиться.

Сам я направился в сторону железнодорожного вокзала, по пути заглянул в кооперативное кафе, чтобы поесть по-человечески, без риска отравиться. Пусть дорого, зато вкусно и сытно. После обеда поспешил уехать на обычном поезде, не в общем вагоне. Приехал в Свердловск уже в наступающих сумерках и, не собираясь давиться в переполненных троллейбусах, пошёл до квартиры пешком, попутно успел пообедать. У подъезда осмотрелся в поисках уголовников, следящих за моим жильём. Не удивительно, что сразу их обнаружил, сразу троих. Как предупреждение пославшим их бандитам, расслабил мышцы прямой кишки этой любопытной троице, нагло дежурившей у моего подъезда.

После чего смело поднялся к своей квартире, не сомневаясь, что увижу. Так и есть — в комнатах беспорядок, всё перевёрнуто. Явно что-то искали и не прибрали за собой. Придётся наказать за подобную наглость. Забрав у соседки постельное бельё и остальные свои вещи, я проветрил квартиру и прибрался. Ночью никто спать не помешал, и выспался я великолепно, зато утром обнаружил, что продуктов осталось на скромный завтрак. Прикончив имеющиеся припасы, решил заняться закупками съестного, только, увы, не в магазинах. Там на полках огромными пирамидами были выставлены консервы «Завтрак туриста», неважной на вкус смеси каши с мясным или рыбьим фаршем. Пока его не особо разбирают, не пришли времена поголовной нехватки продуктов, когда и «Завтрак туриста» исчезнет с прилавков.

В хлебном магазине с утра ещё был хлеб, который взял про запас. Опасаюсь, что на вторую половину выходного дня хлеба, даже чёрного, не останется в продаже. Итак, с сумкой, где сиротливо лежали две буханки белого хлеба, я поехал на городской рынок. По причине выходного дня на рынке было довольно многолюдно, как бывшему оперу, мне не понравилось обилие карманников. Сразу несколько групп этих воров открыто работали среди посетителей, практически не скрываясь. Их прикрытие, в виде трёх-четырёх сильных мужчин, расположилось в разных углах рынка.

К ним регулярно подходили сами карманники, чтобы скинуть украденные деньги и ценности. Иногда от этой группы поддержки карманных воров отходил один человек в сторону комнаты милиции, наверняка передавал часть добычи крышующим ментам. Всё это было мне давно знакомо, потому и вычислил сразу всех действующих лиц, совершенно машинально. Немного прогулявшись по рынку, я занялся покупками продуктов от мяса и сметаны до фруктов. Пусть много покупок получилось, но не мне жаловаться на тяжесть сумок. Тут, видимо, я попал в поле зрения карманников, как богатый клиент. Поэтому, пока грузил в сумку купленные гранаты, у меня и попытались украсть деньги.

По милицейской привычке никаких кошельков я уже лет сорок не носил, деньги держал в нагрудном кармане рубашки. К этому карману и потянулся карманник, «случайно» столкнувшись со мной, но нынешние рефлексы не подвели меня. Левой рукой прижав руку карманника к своей груди, тут же перехватил его болевым хватом. Затем, по привычке опустил руку с зажатой кистью карманника вниз, на уровень пояса, от чего ворюга вынужден был присесть, спасаясь от невыносимой боли. Я как раз закончил с покупками и отошёл от прилавка, не выпуская кисти руки карманника из своей хватки.

Сработала оперская привычка, я не собирался никого задерживать или доставлять в милицию. Понимал всю бесперспективность задержания карманника без чужого кошелька в руке. Тут и проявили себя громилы из группы прикрытия карманников.

— Дяденька, отпустите меня, больно! — заученно завопил прихваченный мной воришка. Таковы все карманники, задержанные, играют на публику и кричат, привлекая внимание прохожих.

— Внимание, граждане! На ваших глазах задержан вор-карманник, пытавшийся украсть у меня из кармана деньги. Прошу всех проверить, на месте ли ваши кошельки и пройти для подачи заявления о краже в комнату милиции. — Выкрикнув пару раз эту фразу, я демонстративно поднял руку карманника, прихваченную мной вверх, показывая свою хватку.

Осматриваясь вокруг, выглядывал появление уголовников из группы поддержки и срочно вызванных милиционеров, крышующих рынок. Ни те, ни другие, мне были не нужны, поэтому я вместе с карманником поспешил на выход из рынка, чтобы разборки происходили не на виду публики. Мы успели выйти с территории рынка и, свернув в сторону, отошли от тротуара, оказавшись в стороне