Очень приятно, Царь! На посошок - Евгений Бергер

Подобные речевые обороты я называл «оскорблимент». Хотя… Если вспомнить, то Амелия тоже самое говорила про Милу. Да и я вспоминал сегодня про монстр-класс.

Зрители с облегчением выдохнули и разразились овациями.

— ВИОЛА НОВИКОВА — ИДЕАЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ! — прокричал Энтони: — ЧЕТЫРЕ ВЫСШИЕ ОЦЕНКИ!

Настюша побледнела.

— Дерек… это же максимум!!!

— Ага… Теперь Зиночке нужно тоже заработать максимум, а дальше всё решат очки, как у нас с Коляном.

— Божечки-божечки!!! — рыжуля оставила на моей руке страстный след от ногтей. Даже Лилия в пике максимальной любви была чуть аккуратнее…

— И следующей своё блюдо представит ЗИНАИДА ЗВОНАРЁВА!!! — воскликнул Энтони, чем опять зарядил трибуны на громкие овации.

Тарелки Зиночки поплыли к судьям, и я поймал себя на том, что практически весь наш ряд вместе с вернувшимися после драки членами неофициального клуба исследователей красавиц — не дышит.

Симонов снова начал первым. Он поднёс ложку роган джоша к губам и замер. Причём, надолго. Я впервые видел, что взгляд ректора так заблестел… Как будто, он реально нашёл давно утерянное сокровище. Затем Симонов попробовал мясо. Потом соус. И отдельно рис.

Да ну… Виктор Аркадьевич реально улыбнулся?

— Простота и уют, свойственная для всех жителей «Полярной совы». — произнёс он: — Община кулинарных чудовищ, способных не просто удовлетворить вкус любого гурмана, но и согреть его душу. Признаюсь честно, я хотел послушать твоего отца и силком оставить тебя в «Буром медведе». Твои навыки всегда были выдающимися. А золотая эра «Полярной совы» закончилась десять лет назад. Если бы я тогда не прислушался к своему сердцу… Если бы я всё же оставил тебя в «Медведе», то кто знает? Может быть, сейчас передо мной не стоял столь чистый и дорогой алмаз из мира кулинарии? Твои сожители — гении. И ты достойна быть рядом с ними. Зинаида… Твой талант сияет, как никогда. И в этом карри он раскрылся ещё сильнее. Ягнёнок настолько свежий и идеально приготовленный, что распадается на волокна. И при этом не разварен, до состояния тряпки. Это та самая грань, на которой держатся единицы. Соус… выстроен слоями. Я чувствую первую волну — обжаренные специи. Вторую — карамелизованный лук. Третью — йогурт. И на самом хвосте — роза. Едва уловимо. Причём, это не показуха. Это глубокое и взрослое блюдо. — он поднял глаза на Зиночку: — Энтони был прав. Ты взяла то, что мы ели тысячу раз, и заставила нас попробовать это впервые. Это… редкий дар.

— Спасибо. — кивнула наша миниатюрная бухгалтерша без тени сомнения.

Настюша тихо всхлипнула от облегчения, продолжая безбожно драть мою руку.

А вот Дядя Марат ел молча… И честно говоря, это было слегка стрёмно, ибо он болтал, когда дегустировал блюдо Виолы.

— Мне много рассказывали про жителей «Полярной совы». — наконец, произнёс он заметно осипшим голосом: — И про то, что эти кудесники могут вложить в блюдо душу. Я не понимал, как это? Что за чудесная кулинарная магия? И вот… Наконец-то, я понял. Прочувствовал… Пропробовал! Мне очень нравится. Техника безупречна! А вкус… на недосягаемом уровне. Я не просто доволен. Я счастлив!

— Рада слышать. — просияла Зиночка.

Марика промокнула глаза салфеткой.

— Зиночка… — произнесла она дрожащим голосом: — Ты выбрала самый трудный путь! Никаких фокусов, никаких «пряток» за острым или сладким. Истинная глубина вкуса, где любая ошибка видна сразу. И ты не ошиблась ни разу! Розовая вода в самом конце — это гениально. Зиночка, ты всегда была самой старательной ученицей. И все твои труды были не напрасны. Вот! Это золото. Настоящее золото, обрамлённое в блюдо. Высший балл!

— Спасибо вам… — вот тут у нашей миниатюрной бухгалтерши голос всё-таки дрогнул. Марика порой была слишком трогательной и милой.

И, наконец, настал черёд Валерии. Маленькая, непредсказуемая шельма… Явный бесёнок в теле анимешной школьницы.

На этот раз она не кричала. Сидела тихо… Как будто слегка разочаровалась.

— Знаете, Госпожа Звонарёва… когда я открывала первый ресторан в Мумбаи, мне сказали, что роган джош — это для бабушек, а не для звёзд Мишлен. Что это не «вау». — Валерия подняла блестящие от слёз глаза: — А это блюдо только что доказало, что они были неправы. Это «вау»! Тихое, глубокое «вау», которое остаётся с тобой, когда ты выходишь из ресторана в ночь. Зиночка, это прекрасно! Всецело поддерживаю слова Виктора Аркадьевича! И… хочу познакомиться со всеми жителями «Полярной совы» лично! Максимум.

— ЗИНАИДА ЗВОНАРЁВА — ТОЖЕ ИДЕАЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ!!! — заорал Энтони, и некоторые зрители повскакивали со своих мест: — ОБЕ УЧАСТНИЦЫ ПОЛУЧИЛИ ЧЕТЫРЕ ВЫСШИЕ ОЦЕНКИ!

Настюша схватила меня за обе руки. Я лишь молча кивнул, ибо мы оба прекрасно помнили регламент. Теперь всё зависело исключительно от очков арбитров.

Симонов поднялся, держа в руках планшет.

— Обе работы безупречны… — впервые я услышал в его голосе тяжесть и грусть. Девчата серьёзно растрогали ректора: — Оба блюда достойны полуфинала. Но правила есть правила. Мы оценивали дополнительно чистоту исполнения и точность подачи в отведённое время. — Виктор Аркадьевич сделал паузу, от которой у меня свело живот: — Виола Новикова закончила блюдо с запасом времени и подала его в состоянии абсолютной завершённости. Зинаида Звонарёва завершила на последней секунде — и это, при всём совершенстве, стоило одного балла в графе точности тайминга.

Экран сменился. И под двумя рядами высших оценок появилось две строки.

Виолетта Новикова: 100 очков.

Зинаида Звонарёва: 99 очков.

— С разницей в один балл… — с грустью выдохнул Энтони: — В ПОЛУФИНАЛ ПРОХОДИТ… ВИОЛЕТТА НОВИКОВА!!!

Трибуны взорвались мощной волной аплодисментов, которая едва не переросла в землетрясение. А всё моё внимание было приковано только к Зиночке.

Наша героиня стояла у своей станции… И на секунду мне показалось, что она сейчас расплачется. Настюша рядом уже всхлипывала в голос:

— Ну как же так⁈ Ну она же… Она же…

Но Зиночка не расплакалась. Она глубоко вдохнула, вытерла руки о полотенце и первой шагнула к Виоле.

— Твой карри был совершенством. — с улыбкой произнесла Зиночка и протянула руку: — Ты заслужила эту победу.

Виола на мгновение растерялась, а потом отвела её ладонь и крепко обняла. Две девчонки, только что бившиеся насмерть, теперь обнявшись стояли посреди Арены Звёзд.