Ненужная жена князя Горчакова - Мелина Боярова

— Сожалею, что своим существованием омрачила вам столь радостную весть. — Я выпрямилась, ощущая, как во мне просыпается злость. — Полагаю, что в Горчаково сгорела одна из служанок, которых твоя матушка послала за мной шпионить. Видимо, в мое отсутствие, одна из них вообразила себя княгиней.

— Что ты несешь? — Дмитрий шагнул ко мне, и мои люди инстинктивно расступились, не в силах противостоять давящей мощи боевого мага.

— Откуда этот сброд? — князь жестом указал на моих людей. — Что за вертеп ты тут устроила? Ты позоришь мое имя, Анастасия! Ты совсем лишилась рассудка?

— Не думаю, что стоит обсуждать подобные вопросы на улице, — холодно процедила я. — Пройдемте в мой кабинет, князь. Моим людям требуется отдых. Завтра предстоит отгрузка большого заказа.

Дмитрий открыл было рот, чтобы сказать очередную гадость, но я не стала его слушать и похромала к дому. Добравшись до кабинета, рухнула в свое удобное кресло, а мужу указала на жесткий гостевой стул. Однако присесть Горчаков не соизволил. Навис надо мной, полыхая яростью.

— Завтра же ты едешь со мной в Петербург! — процедил он. — Я закрываю этот балаган. Землю продам с молотка, а тебя посажу под надзор, пока не решу, что с тобой делать.

— Опоздали, Дмитрий Николаевич, — открыла ящик стола и достала гербовую папку с документами. — Никуда я с вами не поеду! Вы не смеете мне больше приказывать.

Раскрыв диплом, я сунула его под нос мужу, наслаждаясь моментом. Он вытаращил глаза, уставившись на документ, заверенный подписью Поликарпова и печатью императорской Академии магии.

— К вашему сведению, с недавних пор я дипломированный магистр-технолог и суверенный практик, — отчеканила каждое слово. — Согласно законам империи, лицо, получившее статус суверенного практика, признается юридически независимым в вопросах распоряжения собственным имуществом и ведением промысла. Ваш надзор мне более не требуется, как и ваше имя.

— Но как? — Дмитрий уставился на диплом так, будто увидел ядовитую змею. — Поликарпов никогда бы не подписал…

— Но он подписал и лично меня поздравил с успешной сдачей экзаменов экстернатом. Мои знания полностью удовлетворили строгую приемную комиссию, и свидетелей этому был полный зал. И раз уж мы заговорили о законах, — я подалась вперед, хищно улыбнувшись. — Я требую развода!

Глава 49

— Развода? — князь расхохотался так, будто услышал заразительную шутку. — Горчаковы не разводятся. Ты — моя собственность, Анастасия. До гробовой доски!

— Значит, вы предпочли нанять убийц, чтобы избавиться от меня? — Я поднялась с места, глядя наглецу прямо в глаза. — Расскажите, Ваше сиятельство, почему гвардейцы, которых вы выделили в сопровождение, попытались перерезать мне глотку в лесу? У меня есть свидетели: семья Кубышкиных, мой помощник Елизар и другие ветераны, которых мне пришлось спешно нанимать для защиты. Они под присягой подтвердят, что ваши люди участвовали в покушении на мою жизнь!

— О чем ты говоришь? — Дмитрий отшатнулся, на его лице отразилось неподдельное изумление. — Степан был моим лучшим гвардейцем…

— Ваш Степан гниет в лесу на тракте. — Я ударила кулаком по столу. — Либо вы даете мне развод, и мы расходимся миром, либо завтра же об этом преступлении узнает ротмистр Брумель, губернатор Кривцов и половина Петербурга. Выбирайте, Ваше сиятельство, что вам дороже? Ваша безупречная честь или свобода от «пресной куклы»?

Дмитрий направился к окну, делая вид, что разглядывает тяжелые струи воды, ударяющие в стекло. Он долго молчал, играя желваками на скулах и поглядывая на меня то с гневом, то с любопытством.

— Развода не будет, — наконец, произнес князь пугающе спокойным тоном. — По крайней мере до тех пор, пока не разберусь, что происходит. Я останусь в Щепкино и непременно выясню, кто отдавал приказы моим гвардейцам, и кто стоит за нападением.

— Полагаю, лучше всего на эти вопросы ответит ваша любовница графиня Ведищева. Мой слуга Прохор лично слышал, как Степан хвастал, что она отвалила ему кошель с золотом за мою смерть, — я усмехнулась, наблюдая, как князь побледнел. — Вы можете остаться, но учтите, здесь не дворец. Капитолина! — громко позвала кухарку, которая подозрительно быстро явилась на зов.

— Слушаю, барыня, — женщина почтительно поклонилась.

— Капитолина Алексеевна, — произнесла, глядя на мужа. — Подготовьте господину Горчакову гостевую комнату. Ту, что на первом этаже рядом с кухней. Кажется, там дует из окна, и кровать достаточно жесткая, но князю не привыкать к походной жизни, ведь так?

Дмитрий сузил глаза до щелочек, но промолчал. Только ноздри хищно затрепетали, и желваки заходили по скулам.

— Проводи гостя, Капитолина. И еще, — добавила вдогонку, — завтра в шесть утра у нас собрание на лесопилке. Если хотите разобраться в том, что тут происходит, не опаздывайте. В Щепкино не любят бездельников.

Как только дверь за князем захлопнулась, я опустилась в кресло, не в силах стоять на ногах. Меня переполняла злость на столичного кобеля, который, узнав о моей якобы гибели, первым делом примчался сюда, чтобы распорядиться имуществом. Наверное, хотел поскорее избавиться от всего, что напоминало обо мне.

Так отчего тогда уперся с разводом? Если всплывет информация о покушении на меня, то скандал разразится не меньший. Пусть бы женился на своей ядовитой графиньке, а меня оставил в покое.

До рассвета оставалось не так много времени, но уснуть не получилось. Я слышала, как внизу ходит Дмитрий, меряя спальню тяжелыми шагами. Неужели совесть проснулась? Сомнительно, что она у него вообще имелась.

В половину шестого я уже была на ногах. Умылась холодной водой, переплела волосы, стянув их в тугой узел на затылке, и надела чистое рабочее платье. Туман после дождя сгустился такой, что ничего не было видно дальше двух метров.

Но дождь перестал литься, а станки уже пели, раскатывая первые бревна. Каждый из моих рабочих находился при деле и не жаловался на беспокойную ночь.

Я прислушалась к ровному гулу воды за стеной, шлюз держал нагрузку, моя вчерашняя спонтанная «склейка» застыла намертво.

Дмитрий явился ровно в шесть, выплывая из тумана в своем безупречном мундире и начищенных до блеска сапогах. Взглядом он мгновенно нашел меня, но отчего-то переключился на Елизара, раскатывающего по территории на инвалидной коляске.

— Ты! — кивнул ему небрежно. — Почему бревна лежат здесь? Немедленно вели перетащить их к воде, они мешают проезду.

Хватов даже не шелохнулся. Он посмотрел на князя холодным взглядом, после перевел его на меня. Тишина на лесопилке сделалась звенящей.

— Елизар, продолжай приемку, — распорядилась, подходя ближе. — Дмитрий Николаевич, здесь командую я. Мои люди не будут слушать приказы посторонних. Бревна лежат там, где им положено по утвержденной мной технологической схеме.

Я снова расслышала скрип зубов, на этот раз