Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

Небо было высокое и золотистое. На каштановом дереве в саду с ветки на ветку прыгали воробьи. Положив руки на колени, я согнулся и сделал глубокий вдох, чтобы прийти в себя.

Всё в порядке. Это просто совпадение. Странное, безумное совпадение. Издёвка судьбы. И не такое бывает. Бывает, что человека вдруг затягивает в игру и запрягает в систему, которая заставляет его вести себя как ублюдок. По сравнению с этим всё остальное — так, пшик. С минуту я повторял это себе, глядя на воробьёв. Когда моё сердце немного успокоилось, я вернулся в поместье, где уже звучали рассерженные крики:

— Сколько⁈

— Тысяча золотых гилингов.

— Это грабёж!

— Я вовсе не против заплатить, только когда придёт время…

— У пациента может не быть времени.

Я вздохнул и устало побрёл к лестнице.

— За эти деньги можно найти дюжину врачей! — стальным голосом заявила Адель.

— Дюжину идиотов, вы хотите сказать, — парировал хирург Леннон, сохраняя предельное, надменное хладнокровие. — Поэтому вы и наняли меня, ла Труа, верно? Но если вы хотите, — он высокомерно прищурился, — чтобы я выполнил ваш заказ, вам явно не стоит натравливать на меня своих собак.

— П-прошу прощения, господин Леннон! — запаниковал ла Труа. — Это просто знакомые, дальние, очень дальние знакомые, они про вас ничего не знают! Да будет вам известно, знакомые, что господин Леннон — лучший врач столицы! Нет, во всей Империи!

— Лучший и единственный, кто может провести эту операцию, — сухо добавил Леннон.

— Лучший и единственный, — тихо повторил подавленный ла Труа. — Я спрашивал других врачей, но, когда рассказывал им про болезнь Виолетты, все они отказывались. Говорили, что это слишком рискованно, и отправляли меня к господину Леннону.

— Как и любой человек, который хоть что-то понимает в изящном искусстве хирургии, — с высокомерной улыбкой заявил Леннон. — Только я один способен провести подобную операцию. Поэтому вы либо заплатите мне требуемую сумму, либо пациент умрёт.

Глава 32

Рывок

Вскоре господин Леннон потребовал, чтобы мы покинули комнату пациентки, пока он проводит рутинный осмотр: начинать полноценную операцию до оплаты он не собирался. Адель и остальные, за неимением аргументов, вернулись в коридор.

Тогда же герои стали предлагать различные варианты решения этой дилеммы, но все они оказывались безнадёжными. Что, если попросить помощи у личного хирурга Его Высочества? Не получится. Почти все связи принца напрямую вели к канцлеру Перигону. Будучи учителем принца, он плотно опутал его своей сетью. Принц ничего не мог сделать, не привлекая его внимания. Хирург либо откажется провести операцию, либо потребует, чтобы взамен ла Труа исполнил своё обещание канцлеру и заявил, что не имеет никакого отношения к семье Руссо.

И это при условии, что он в принципе сможет провести такую операцию. Между делом Седрик заметил, что слышал про господина Леннона, который и правда был необычайным хирургом с международной репутацией. За его спиной было несколько сложнейших, первых в своём роде операций. Как вскоре признался ла Труа, ему пришлось выложить всё своё скудное дворянское состояние перед доктором просто для того, чтобы тот хотя бы обследовал его дочь.

— А если мы заставим его провести эту операцию? — неожиданно предложил Алекс, пока остальные герои ломали голову.

Саша и Адель удивлённо посмотрели на него.

— То есть, скажем, что не выпустим его из дома, пока он этого не сделает.

— Полагаю, тогда у нас возникнут серьёзные проблемы, — с лёгкой улыбкой заметил Седрик.

— И что? Он ведь врач, он должен спасти её! — стиснув кулаки, сказал Алекс.

— С чего бы? Кто ты вообще такой, чтобы ему приказывать? — не выдержал я и огрызнулся.

Алекс бросил на меня недобрый взгляд.

— Ты…

— Да, я. Я, в отличие от тебя, понимаю, что прямо сейчас в городе тысячи таких детей, которые находятся на грани жизни и смерти. Он хирург, а не ты. Почему ты думаешь, что можешь решать, кого он обязан спасать, а кого нет? — ответил я с нескрываемым раздражением.

Алекс опешил, как и все остальные собравшиеся. Я цокнул языком, оттолкнулся от стены, на которую до этого опирался, и со словами «Пойду пройдусь» направился к выходу из поместья.

К этому времени уже стемнело. Улица была бедной и наполовину заброшенной, фонарей здесь не было. За оградой начинался кромешный мрак.

Я присел на мраморные ступеньки у фасада и тяжело вздохнул. На самом деле я не планировал затевать этот спор. Наверное, я до сих пор не отошёл от того, что дочери ла Труа требовалась именно эта операция.

В рамках этого мира она действительно считалась почти невозможной. Несмотря на наличие удивительных лекарств из ОКЗ и кристальных инструментов, местная медицина — и особенно хирургия, требовавшая участия человека и скальпеля, — всё ещё сильно отставала от той, что была в моём.

Взять хотя бы фартук Леннона: он был измазан старой кровью. В своё время это считалось символом почёта для хирурга, вроде боевых шрамов; люди ещё не понимали необходимости санитарии.

Современный хирург сможет провести эту операцию — насколько мне известно, в первый раз в нашем мире её и вовсе провели во второй половине XIX века.

Я некоторое время сидел и смотрел на звёзды, пробивавшиеся на небосводе.

В какой-то момент за моей спиной открылась дверь и зазвучали тихие шаги:

— Чего тебе? — спросил я.

— Адель договорилась с доктором. Она собирается заплатить ему нашими кристаллами, — ответила Саша. — В качестве аванса.

— Он согласился?

Саша кивнула.

— Мой кристалл вам тоже нужен?

— Нет, наших хватило, — заверила меня девушка.

— А что ла Труа? Он не против? Вы рассказали ему свой план?

— Пока нет.

— Может статься, что ему всё равно будет страшно пойти против канцлера, — фыркнул я.

— Мы расскажем, — тихо ответила Саша.

И снова повисла тишина. Ночь. Город. Звёзды. Я сидел на ступеньках. Саша стояла рядом.

— … Операция пройдёт прямо сейчас. Врач сказал, что чем раньше, тем лучше.

— Естественно.

— И ещё… — Саша сделала глубокий вдох. — Я бы хотела извиниться.

— За что?

— За то, что Алекс тогда… вас ударил.

— Это ему следует извиняться, нет? — хмыкнул я.

— Он тоже извинится. Я с