Сказание о второстепенном злодее 3 - SWFan

— Задержите их! — крикнула Адель Седрику и Альфирии, которые встретили наступающих, схватила Леннона за плечи и прохрипела:

— Вы должны провести операцию. Или…

…Или она станет убийцей. Ведь именно она настояла на том, что сделать это нужно прямо сейчас, именно она предложила заплатить ему кристаллами.

Леннон побагровел, затем мгновенно побледнел и наконец прохрипел:

— Я не могу.

— Вы обязаны!

— Не могу! Никто не может…

— Что? — опешила Адель.

Ла Труа, только что смотревший на них с бешеной надеждой в глазах, приоткрыл рот. Замерли и Саша с Алексом, который только что спустился с крыши.

— Это невозможно! — с раздражением и странным, лихорадочным торжеством заявил Леннон. — Даже взрослые умирают после такой операции с вероятностью в пятьдесят процентов! А это ребёнок, ей всего семь! Она в принципе не могла, слышите, не могла её перенести!

— Но… но почему тогда вы согласились её провести? — прошептала Саша.

— Потому что мне заплатили! К тому же это ценный опыт. Не каждый день найдёшь идиота, готового предоставить такой прекрасный объект для экспериментов. Хирургия развивается только на практике, — заявил Леннон, величественно выпрямляя спину и сбрасывая ослабевшие руки Адели со своих плеч. — А теперь пустите меня! Живо!

— Но это… — прошипела потрясённая Адель. Она чувствовала, как земля проваливается у неё из-под ног.

— Вы должны попробовать… — прохрипела она.

— Сколько раз повторять, дура⁈ Это невоз…

На полуслове он осёкся и с изумлением уставился в сторону. Проследив за его взглядом, Адель увидела Савина. Юноша выступил вперёд и уверенным, размеренным шагом направился в комнату. По дороге он подхватил сумку Леннона и прямо на ходу достал из неё чистый скальпель, остриё которого мгновенно вспыхнуло под сиянием хирургической кристаллической лампы.

По спине Адель пробежали мурашки.

— Хватит споров, — сказал Савин низким голосом.

Он что, собирается покончить с этим? Избавиться от причины, по которой они спорят? Действительно, если девочки не станет, им не придётся спорить, не придётся защищать эту комнату, и их шансы на победу станут намного выше, но это…

— Стой! — крикнула Адель, когда Савин занёс скальпель прямо над бледным телом.

Она приготовилась броситься к нему, забрать инструмент, остановить… но в этот момент перед её глазами промелькнул другой образ: медпункт на базе ТОА и Антон в маске доктора, осматривающий пациентов.

Замешательство длилось лишь мгновение — потом сверкающий кристальный скальпель опустился в рану…

Сперва на лице Леннона читалось удивление. Потом — ядовитая насмешка. Что этот мальчишка о себе возомнил? Он что, сам планирует провести операцию? Придурок! Но потом на смену издёвке пришла задумчивость, затем растерянность, а затем…

— Немыслимо… — прошептал потрясённый Леннон и протёр глаза.

Ни пламя, пылавшее вокруг, ни крики, ни грохот — ничего из этого больше не могло отвлечь хирурга. Всё его внимание поглотил, точно единственный источник света в кромешной темноте, тонкий скальпель, который в изящном танце зарывался в розовую плоть…

…

…

Глава 33

Суд

Всё.

Сделав последний шов, я приподнял руки в запятанных перчатках, которые пахли кровью и медицинским раствором. Мои пальцы были твёрды и совсем не дрожали. Моё новое тело обладало в десятки раз превосходящей координацией по сравнению с прошлым. Благодаря этому я без особого труда выполнил операцию, на которой в своё время закончилась моя карьера — и нормальная жизнь.

Впрочем, вернее будет сказать, что это я её закончил. Многие хирурги ошибаются. Как ни странно, это одна из тех профессий, в которой окружающие позволяют тебе совершать ошибки.

Просто некоторые, вроде меня, сами себе не могут их простить.

Я перевёл дыхание и заметил, что вокруг царит тишина. Битва закончилась совершенно незаметно. Я приподнял голову и увидел, что все мои одноклассники, а также доктор Леннон и ла Труа, стоят в другом конце комнаты и смотрят на меня так, будто я не просто заявил, но и доказал, что я пришелец с Нибиру.

Замявшись на пару секунд — тишина позволяла, — я прокашлялся и сказал:

— На этом всё. В ближайшее время нужно давать ей травы, который помогут восстановить кровь и укрепить организм. Полагаю, их рецепт вы знаете, доктор?

— С ней… с Виолеттой всё хорошо? — наконец заговорил ла Труа.

— Будет. В теории, — ответил я.

— О… о!.. — завопил старик. Я вздрогнул, когда он бросился к нам, упал на колени перед кроватью дочери и стал бережно поглаживать дрожащими пальцами её влажные чёрные волосы.

— Как вы это сделали? — наконец прошептал Леннон; в его голосе не было даже намёка на былое высокомерие, только глубочайший шок.

Все снова перевели взгляд с ла Труа на меня.

Хороший вопрос. Мне нужно было придумать убедительное оправдание: как я смог провести сложнейшую — по меркам этого мира, где хирургия находилась в весьма плачевном состоянии, — операцию?

— Я немного разбираюсь в устройстве человеческого тела, — произнёс я ровным тоном. — Мне не составило труда обнаружить образование и извлечь его так, чтобы не навредить пациентке.

Будем отвечать уклончиво.

— И вы… вы никогда раньше не оперировали⁈ — переспросил Леннон, и в его голосе прозвучал почти священный ужас.

— Нет. Зачем? Вся суть понятна из теории, — ответил я, слегка пожав плечами.

Леннон, как и все собравшиеся, округлил глаза. Даже человеку, который совершенно ничего не понимал в хирургии, мой ответ, вероятно, показался бы безумным. Как если бы я обыграл гроссмейстера, а потом заявил, что научился играть в шахматы прямо во время нашей партии. Не то чтобы это было невозможно — в теории. Просто для этого нужно быть не просто гением, а самым настоящим монстром.

Именно так на меня теперь смотрели мои одноклассники.

Ну и ладно.

Главное, что я сделал доброе дело:

«+10 Формальных баллов!»

Остальное не имеет значения. Раньше мне приходилось отыгрывать бесполезного и никчёмного злодея, чтобы Алекс и остальные в случае чего могли победить меня, остановить от совершения злодеяния и при этом не заподозрить неладное. Но скоро в этом не будет нужды: в ближайшее время мне и героям предстоит на некоторое время разделиться.

— Что с нападавшими? — спросил я.

— Схватили семерых из двадцати, — пояснил Седрик. — Остальных, к сожалению, не удалось. Они были профессионалами своего дела. Скорее всего — наёмными убийцами.

Оно и видно. Почти все мои одноклассники