Алхимик из другого времени. Том 3 - Жан Аксёнов

Получается, что в тот момент алхимия и артефакторика стали чем-то по типу элитарной магии, которой обучали методом прямой работы с наставником, а секреты тщательно хранили. Но, к сожалению, как мне кажется, это все еще не объясняет то, почему именно алхимия оказалась забытой, а вот та же артефакторика развивается, пусть и не так быстро.

— Дмитрий, как думаешь, насколько информация в этой книге правдивая? — шепотом спросила у меня Елена.

— Какая именно? По поводу силы алхимии? Или о ее падении? — уточнил я так же шепотом.

— И первое, и второе, — пожала плечами девушка.

— Думаю, что по первому — правда, по крайней мере, звучит реалистично, а вот во втором я сомневаюсь, — честно признался я.

— Понятно, — кивнула она, задумчиво пробегая взглядом по тексту.

Глава 18

Из библиотеки мы вышли через три с лишним часа, так и не успев прочитать даже половины страниц из выбранной книги, потому что в какой-то момент я стал останавливаться и делать заметки. Елена вначале попыталась так же выписать интересные моменты, но потом перестала, полностью погрузившись в чтение.

Уж не знаю, насколько точная в книге информация. Часть из нее однозначно правдива, а вот часть лично у меня вызывает вопросы, которые неплохо бы было проверить в других источниках. Но, несмотря на это, читалась она крайне интересно. Думаю, что если бы фон Гаус не стал государственным алхимиком, он однозначно смог бы писать очень хорошие учебники, в которых простым языком объяснял бы довольно сложные, моментами, понятия.

— Книга, стоит признать, интересная, — сказала Елена, находившаяся в приподнятом состоянии.

— Согласен, — улыбнулся я. — Тебя проводить? А то время уже позднее.

На улице и впрямь уже успело стемнеть. Думаю, что, придя домой, сразу же отправлюсь спать, так как вставать мне завтра даже раньше, чем я делаю это обычно, поскольку турнир турниром, но мои тренировки никто не отменял.

Да и в памяти нет-нет да всплывал эпизод с ее похищением. Все же, может, тогда и нашли тех, кто хотел забрать Елену, но это же не значит, что попыток быть больше не могло.

— Я буду благодарна, — немного смутившись, согласилась девушка. — Но я все-таки не верю, что когда-то было так, что алхимия была главным магическим искусством.

— Почему? — поинтересовался я.

Елена как-то уже привычно взяла меня под локоть, и мы прогулочным шагом направились к ее дому.

— Просто сейчас алхимия считается уделом слабых, — честно призналась она. — Можно сказать, это выбор тех, у кого недостаточно магических способностей.

— На самом деле, как я понял по книгам, что читал, раньше было несколько наоборот, — я погрузился в воспоминания, прикрываясь знаниями из книг. — Раньше в артефакторику шли те, у кого было совсем мало сил. А в боевые маги шли те, у кого не хватало усидчивости обучаться алхимии. Ну или просто не было возможности обучиться более тонкому управлению энергией.

— Ну, может быть, какая-то логика в этом есть, — согласилась девушка. — И ты думаешь, у алхимии есть шанс вернуть свой статус как в прошлом?

— Главным магическим искусством ей точно быстро не стать — на это нужно несколько поколений, но вновь популярным направлением — легко, — подумав, ответил я. — Да и, в целом, так может сделать любое магическое направление, главное — найти что-то новое. Тут важно продемонстрировать, что алхимия может куда больше, чем принято считать, и тогда к ней снова вернется былой интерес.

— Тогда почему алхимики этого не делают?

— Потому что большинство современных алхимиков и впрямь безумно слабы, — даже не задумываясь, ответил я.

— Но не все? — улыбнувшись, спросила она.

— Далеко не все, — признал я. — Например, тот же фон Гаус, кажется, очень способный алхимик. К тому же не просто так у него шестой ранг, его за красивые глаза не дают. Ушакова, судя по всему, тоже.

— Ну, скорее всего, он сильный, — согласилась Елена. — У меня в роду все крутятся вокруг четвертого ранга. Вроде бы только у деда был пятый. Все же нам и слишком сложные составы нет никакой необходимости готовить.

— Возможно, и у тебя будет, если приложишь для этого усилия, — прикинув, ответил я. — По крайней мере, все шансы на это у тебя есть.

— А ты? — вдруг спросила девушка, остановившись на месте.

Находились мы в этот момент уже не на территории академии, но на улице все равно было практически пусто. Прохожие то тут, то там появлялись, не обращая, правда, на нас с девушкой совершенно никакого внимания.

— Что я? — не сразу понял я.

— А ты какой ранг сможешь взять, если приложишь усилия? — не собираясь отступать, спросила Елена.

— Да не знаю, — пожал я плечами. — Все зависит от того, насколько я смогу развить свои энергоканалы, но думаю, что очень высокий.

На самом деле я даже не думал об этом. Наверное, из-за того, что просто не вижу максимальной планки для себя. Да и, на самом деле, для Елены тоже. Просто в ее случае понимаю, что она, взяв пятый ранг, может остановиться. Ну а если не остановится, то у нее есть все шансы стать очень высокоранговым алхимиком. Да и как может вообще остановиться маг в развитии, если этому можно посвятить всю жизнь?

А вот, кстати, Влас, скорее всего, вырастет очень далеко. Особенно с его любовью к экспериментам и с тем, что он зачастую просто не видит тех рамок, которые он может или не может сделать.

— Это не ответ, — твердо заявила Елена. — Вот ты, Дмитрий, сможешь получить пятый ранг?

— Да, — кивнул я.

— А шестой? — продолжила расспрашивать девушка.

— Смогу, — ответил я, слегка улыбнувшись. — Если ты спросишь про седьмой, восьмой и так далее, я уже не стану отвечать, потому что как минимум не вижу будущего, поэтому могу лишь предполагать. И про эти ранги я смогу сказать точнее, когда буду к ним ближе.

— Тогда почему ты так уверен, что я смогу получить пятый ранг?

— Потому что вижу то, на что ты способна сейчас, вижу то, с какой скоростью ты развиваешься, и понимаю, что этот уровень тебе под силу, — мягко улыбнулся я. — Но в конечном итоге все зависит только от тебя самой и от того, сколько усилий приложишь ты. Особенно с тем учетом, что алхимические ранги практически никак напрямую не привязаны к уровню развития именно магии в одаренном.

— Но ведь условному мастеру не стать алхимиком седьмого ранга, — немного задумчиво после моих слов произнесла девушка.

— Почему? — улыбнулся я. — Вполне. Если он будет работать над