Генеральный попаданец 7 - Ал Коруд

Статья в «Гардиан» была рассчитана на советскую интеллигенцию. Там было сказано, что академик Глушков предлагает создать сеть вычислительных центров с банками данных, что это звучит очень современно, и это более передовое, чем есть сейчас на Западе, но делается не для экономики, а на самом деле это заказ КГБ, направленный на то, чтобы упрятать мысли советских граждан в банки данных и следить за каждым человеком'.

Глава 14

Европейские изгибы

14 марта 1977 года. Вена. Дворец международных отношений

Кобзырев, заместитель министра иностранных дел СССР был человеком сдержанным и потому на выпад своего турецкого коллеги не ответил. Зато ровным голосом продолжил:

— Советский Союз считает неприемлемым подобное положение дел. Закрытие проливов является злостным нарушением международного права. Как и ваши предыдущие посягательства на территорию Кипра. По сути, это был акт агрессии против государства Кипр и Военно-морского флота Советского Союза. Первый обратился к нам за помощью в отражении агрессии. И ООН согласился по итогу с советским вмешательством. Закрытие проливов никаким образом не связаны с данным прецедентом. И поэтому мы продолжаем рассматривать иные возможности преодоления текущей проблемы.

Советский переговорщик красноречиво глянул на своего турецкого коллегу. Тот еле сдержался от возмущения. Не то место и, не то время. Турция и так получила по шапке практически от всех мировых держав. Некоторые договоры должны быть незыблемыми. Шведский дипломатКристер Викман председательствующий на заседании, еле сдержал вздох. Но он так и предвидел, когда узнал, что приедет «мистер Наглец». Именно так обозвали Кобзырева. Это был дипломат из «новой волны». Без идеологической шелухи, деловой, но когтями и зубами защищающий интересы второй сверхдержавы мира. И надо признаться, у него это частенько получалось. Вместо компромиссов и уступок он выбивал Союзу самые лучшие условия. Потому что за ним зловещим призраком проглядывала Красная империя. Тяжелая поступь танковых дивизий, шум авианосных групп и грозная тень боевых космических платформ тому были подтверждением.

Викман объявил перерыв и ушел в местное кафе на ланч. В Вене варили отличный кофе и была вкуснейшая выпечка. Смакуя ароматный напиток, он раздумывал о стремительных переменах в международной политике. Еще лет десять назад никто в мире не оспаривал могущество Соединенных Штатов. Передовая промышленность, огромные финансовые ресурсы, мощнейшая военная машина. И вдобавок установка на моральное превосходство. И куда это все начало исчезать? И так внезапно.

Вьетнам, Китай. Там Америка так и не смогла получить преимущество. Нежданно оказалось, что советская военная техника не уступает, а иногда превосходит хваленую американскую. На Западе царил перманентный экономический кризис, Восточная Европа в это время уверенно лезла вверх. Европе же сотрудничество с обновлённым СССР стало внезапно дико выгодно. Швеция также не избежала этого поветрия. Зато имела сейчас нефтепродукты по льготным ценам и разнообразное продовольствие с Балкан.

Ну и еще больше всех поразили перемены во внешней политике. Советская Империя начала жестко и привередливо защищать свои интересы. Даже с применением оружия. Они без всяких пиететов вмешивались в конфликты, раздавали пиндюли тем, кто им не нравился, имели на одном месте то самое международное право, на которое сейчас ссылался Кобзырев. Шпицберген, Сирия, прошлым летом Кипр. Но в чем-то Кобзырев прав. Дело с проливами важно в глобальном смысле. Здесь увязаны интересы множества стран. И нельзя, чтобы одна страна ставила их под сомнение. Иначе все рухнет. Даже сверхдержавы придерживались неких правил и не обостряли. Недавно советские моряки передали спасенных американских пилотов на борт их крейсера. Безо всяких условий. И пресса обоих стран на редкость тепло это восприняла. Но что-то все равно назревало.

Советское посольство в Австрии

— Не нравится мне эта поднятая в европейской прессе шумиха. Они явно хотят заболтать проблему.

Человек в модном костюме пригубил из бокала. Он пил Маргариту, что выдавало в нем человека, жившего некоторое время в Америке. И очень может быть, что в Нью Йорке. Кобзырев хмуро покосился на собеседника. У него от этих личностей из непонятного агентства мурашки по спине носятся. И вечно они появляются в самый острый момент.

— Но у нас свой интерес. Мы не можем отступить.

— Тогда обостряй.

— Что?

Кобзырев внезапно понял, что это не просьба, а инструкция. И даже не следует спрашивать про полномочия.

— Тебе нужно сделать на пресс-конференции заявление, что если турки не пойдут на соглашение, то Советский Союз предложит объявить проливы экстерриториальными.

Дипломат потянулся к бокалу. Он пил Токайское. Ничего себе!

— Вы понимаете последствия? А если завтра проливы окончательно закроют?

— У нас есть Черноморский флот и Средиземноморская эскадра. И два авианосца. К тому же именно сейчас между Грецией и Турцией идет «тихая война». Турки невероятно уязвимы. В Европе у них, кроме Британии практически нет союзников. Америка сосредоточилась на Латинской Америке и Китае. После скандала в Рамштайне они свернули часть баз в Германии. Так что им проще выкинуть Турцию из НАТО, чем встревать за них.

— Я так понимаю, что все на самом деле несколько сложнее. Зачем нам такое опасное обострение?

— Повышаем ставки, дорогой друг. Ты же не думаешь, что империалисты свои позиции сдадут просто так?

Кобзырев кивнул. Про ползучее наступление ему рассказали до того, как назначить на пост. Перед этим состоялась довольно жесткая проверка. Но он был терпелив и напорист. Стране требовался свежий взгляд и боевая внешняя политика. Но в целом принятая стратегия пришлась ему по душе. Нечего сопли жевать! Про СЭВ знали все. Пропаганда шла со всех сторон. Что, мол, жить вместе лучше и выгодней. Да и экономика сама показывала выгоду. Смысла вспоминать старые национальные дрязги, что мешают работать и зарабатывать. Даже поляки понемногу перенимали у чехов идеи «общеславянского братства».

Но кроме пропаганды шли реальные подспудные процессы. Дипломату было любопытно читать из предоставленных ему материалов о советском контроле над ведущими отраслями Финляндии и Австрии. Северные соседи вдобавок проводили просоветскую внешнюю политику и являлись хабом для протаскивания запрещенных западных технологий в СССР. Но что еще более примечательно, их политики уже отчасти зависели от советских. И даже зачастую об этом не ведали. Для полного контроля нужно было лишь время. Да и кто выступит против? Только маргиналы. Потому что сотрудничество с СССР — это заказы,