Летний снег - DtPrince

Клинки сошлись в новый клинч, но прежде, чем я начал вновь пересиливать оппонента, тот освободил палец у эфеса и выстрелил мне в лицо водяной пулей. Резко развернув меч, я заблокировал её щёчкой клинка, закрыв тем самым себе обзор. Ждать следующего хода Акугецу я не стал, извернувшись и изо всех сил ударив ногой по центру Кубикирибочо.

Громадный шмат железа на высокой скорости врезался в стену, частично провалив её, и расплескал мужчину, не успевшего, или, скорее, не захотевшего уворачиваться. Мою догадку подтвердил внезапно раздавшийся потусторонний смех, а сам шиноби начал медленно собираться из лужи на полу.

Но я уже стоял возле Обезглавливателя, держа тот за эфес, и, проведя стихийную чакру вдоль клинка, махнул им, словно веером, сквозь водяной силуэт.

Акугецу, не переставая смеяться, даже не попытался заблокировать удар.

Зря, злорадно подумал я.

Ведь в этот раз я провёл через металл чакру воды. И вовсе не для заострения.

Ухватив, на взгляд, две трети массы его водяного тела, мой тесак налепил её на себя, словно сахарную вату на палочку, временно превратившись в своеобразную водяную дубину. Вес значительно увеличился, но всё еще не предоставлял мне неудобств. Помахав им в воздухе под аккомпанемент красочных ругательств, я с интересом посмотрел на то место, где раньше стоял шиноби. Оставшиеся от него ноги из воды бессильно растеклись по изрядно пострадавшему полу, не спеша собираться вновь. И я отчётливо ощущал борьбу нашей стихийной чакры в воде, что я собрал.

Значило ли это, что сознание Хозуки при разделении их водяного тела на части окажется в самой большой из частей? Полезная информация, если так.

С рыком, сопротивление усилилось. Я попытался сконцентрироваться и удержать контроль, но в данном противостоянии я изначально имел мало шансов одержать полную, безоговорочную победу. В то время, как я проводил чакру воды по мечу, Акугецу бил ею из всего своего тела, за счёт чего выигрывал по объёму и концентрации.

Сгусток воды отделился от Обезглавливателя и с плеском окатил пол. Тяжело дыша, Хозуки собрался в полноценную фигуру. Я довольно отметил, что в этот раз он не посмел опускаться до пижонства.

— Так вот что за трюк ты приготовил, юнец. Твоё владение Водой впечатляет. Но ты больше не сможешь меня так просто поймать.

— Вы уверены? — Спросил я скептически. — Думаете, у вас хватит чакры на подобный бой? Выглядите вы, на мой скромный взгляд, бледновато.

— Паясничай сколько тебе угодно. Чем дольше мы говорим, тем лучше для меня. Время не на твоей стороне, Юки.

В целом, я был согласен с его оценкой ситуации. Вот только…

— Эти печати, они ведь распространяются на весь квартал, верно? — Спросил я, невинно улыбаясь. Приняв молчание мужчины за ответ, я продолжил: — Знаете, что я думаю? Мне кажется, что как долго бы вы не ждали, помощь не придёт.

Увидев, как тень накрыла и так мрачное лицо Акугецу, я почувствовал, как моя улыбка исказилась в злорадную усмешку.

— Вы уже и сами поняли, ведь правда? Ваши соклановцы решили оставить вас на произвол судьбы. На волю так нелюбимого вами случая. Если я убью вас, они только порадуются. Если вы убьёте меня, что ж… Возможно, выйдя за порог вашего дома, вы встретите не поздравления или уважение, а оголённые клинки.

— Лицо у тебя больно довольное для того, кого окружило несколько десятков шиноби, малец, — процедил Акугецу.

— Мне становится тепло на душе от осознания того факта, что кровные враги моего клана стоят и с нетерпением ждут, когда я прикончу их «родню», — съязвил я.

— Не дождутся! — рявкнул мужчина, метнувшись ко мне в очередном выпаде иайдзюцу.

Казалось бы, глупая затея, ведь он уже понял, что одолеть меня в искусстве владения мечом будет, как минимум, непросто. Но он не выглядел загнанным в угол. А значит, что пришло время персональных техник.

Я решил подыграть ему, встретив атаку, должную разрезать моё туловище наискосок, прямым выпадом. Тут же мои глаза полезли на лоб, когда из держащих катану рук Акугецу в мгновение ока вырастил еще четыре верхних конечности, состоящих из воды. Их длина и движения совсем не походили на человеческие, больше напоминая тентакли. Наш клинч клинков совсем не помешал им, когда они, за счёт своей неестественной длины сумели без помех его обогнуть и нацелиться на меня указательными пальцами.

Всё это произошло настолько быстро, что у меня не оставалось времени на обдумывание.

Я не успевал. Возможно, если бы не приберегал снятие своей нагрузочной печати на будущий бой с толпой Хозуки, мне бы и хватило скорости, но не сейчас.

Время словно замедлилось. Адреналин ускорил течение мыслей.

Я прекратил подачу стихийной чакры в Обезглавливатель. Катана Акугецу с противным, режущим уши звуком впилась в мой тесак лезвием из воды, и, почти не встречая сопротивления, разделила тот на две части. В последний момент я немного подправил траекторию разреза, и вражеский клинок прошёл в сантиметрах от меня. Инерция от внезапного успеха не разрушила равновесие шиноби, но немного сбила цель у водяных рук.

Два выстрела проходят мимо. Один сбривает мне волосы на макушке. Жаль парик.

Последний прошивает мой позаимствованный бронированный жилет ниндзя, словно бумагу, оставляя ощутимую царапину на теле.

Я ныряю вперёд и вбок, удерживая обрубок Кубикирибочо перед собой, и тараню пару стен, которые оказываются не по виду устойчивыми к урону, но всё равно не способными остановить меня. В след мне со свистом летят множество водяных пуль, прошибающих дорогущее дерево, мебель и прочие элементы роскоши, и мне приходится скользить и вилять зигзагом, чтобы не помереть. Времени на манёвр практически нет.

Плюнув на всё, активирую снятие печати знаком, сложенным свободной рукой.

Сложно описать, какую эйфорию я испытываю каждый раз, когда делаю это. Дышать выходит легче, мысли обретают ясность, гормоны счастья стучат в мозг, заставляя глупо улыбаться. Мир словно замедляется, прислушиваясь ко мне.

Вот и сейчас я не мог сдержать неуместной улыбки, сцепляясь чакрой с полом, и совершая рывок обратно в сторону Акугецу.

Деревянный пол взрывается, не выдерживая приложенной силы, но я этого уже не замечаю. Водяные пули, ранее заставлявшие паниковать, ползут сквозь воздух, как черепахи, и я могу их игнорировать.

В мгновение ока я оказываюсь прямо перед ним, его глаза успевают лишь начать расширяться в удивлении, его катаны недостаточно для блока.

Огрызок Кубикирибочо с проведённой стихией воды проходит сквозь грудную клетку шиноби, затягивая воду на себя.

На секунду я остановился, почуяв неладное. Знакомого сопротивления не было.

Я дёрнулся