Дилетант - Александр Владимирович Забусов

в обычный хозяйственный магазин заехать пришлось. Там докупил кое-чего по мелочи. Листок бумаги из блокнота, оставленный Мухой, развернул, сориентировался в городе. На улице темнело, ехать к черту на кулички по незнакомой местности не хотелось, а значит, время с пользой провести нужно.

На территорию закрытого периметра, охраняемого военными, пришлось пробираться «лисьими» тропами, что позволило сделать вывод – и в этой реальности бардака хватает. Охрана работала по дневному расписанию и, во всяком случае, пока не слишком напрягалась. Непуганые они здесь? На окнах первого этажа – решетки, через смену контроля в дом типа общаги для несемейных, не пройти.

Про себя высказал всё, что на душу пришло. Домина без каких-либо изголений и украс – коробка под крышей, со всех сторон обойди, ни одного открытого окна не найдешь, а там, где открыто, народ гужуется и расходиться не собирается. Музыка. Говор громкий. Холостяки… Прежних знаний и навыков не применишь, их нет. Пришлось по старинке, рассчитывая, что не поднимет шум, шесть раз бросать «кошку» с веревкой на конце. На седьмой получилось. Полез. Взгромоздился на крышу. Рискуя соскользнуть с плоского металла, проник на чердак. Дальше проще пошло.

Оставив ляду открытой, Сергей по металлической лестнице спустился вниз, прошел до поворота. Стараясь не шуметь, сошел на третий этаж и, определившись с нужной дверью, отмычкой отпер ее. Хотел уже на себя потянуть, да в голову мысль пришла. А как бы он сам сделал, если б держал помещение под контролем?

Подушечками пальцев исследовал кромку дверного полотна и… нашел-таки подвох. Внизу, у самого пола, не то выступ, не то гвоздик выпирает. Присел. Ногтем петельку бечевочной веревки с гвоздя скинул. Проскользнул внутрь. Включил фонарик. Тонкая нить бечевки тянулась под стол и сейчас без натяжки лежала на полу.

В жар бросило. Того и гляди за здорово живешь на пустом месте проколоться мог.

«Кажется, попал по адресу».

Что он хотел найти или увидеть – сам толком не понимал, но после ухода Мухи и анализа его посещения оставалось двоякое и даже в чем-то неприятное послевкусие, недоговоренность какая-то. Комната, в которую вошел, казалась необитаемой. Любой нормальный человек, как правило, оставляет за собой шлейф присутствия, здесь же…

Постель. Чуть откинул одеяло, провел ладонью по простыне. Любомир Осипович ни разу не ложился на кровать. Он говорил, что уже неделю в городе? Так вот, за неделю чиновник не удосужился лечь в кровать. Это нормально?

Стул отодвинут от стола. Слева от стула на полу виднеется табачный пепел. Никто не входил в комнату для уборки. Под столом тяжелый ящик с застежками по краю среза крышки. Почувствовал фон запаха ранее досконально изученным. Как раз этот запах и привлек внимание Рязанцева. Сильно пахло минеральным маслом.

Предположил:

«Взрывчатка или концентрированное топливо».

Отщелкнув замки, глянул.

«Так и есть! Зачем чиновнику взрывчатка?»

Установил всё на место, всё как было. Продолжил изучение жилья.

Платяной шкаф. Пустой. Два чемодана. Их как поставили, с тех пор ни разу не прикоснулись. Провел ревизию. Ничего необычного. Одежда, белье, халат, книга в плотной, красочной обложке, кое-какие мелочи. На самом низу коробка. Открыл. Пистолет – вороненый ствол, давно не подвергавшийся смазке, скорей напоминает дамскую игрушку, чем полноценное оружие мужчины в статусе «особых порученцев». В магазине пять патронов.

Хмыкнул:

«Ну, это кому что нравится».

Под слоем материи пальцы коснулись чего-то угловатого и легкого.

«Это что?»

Высвободил обычную рамку, которую, как правило, устанавливают на рабочий стол.

«Фотография».

На фото изображены четверо. Мужчина с густой шевелюрой, подёрнутой сединой на висках, с породистым лицом, в форменном кителе, но не военного, а гражданского образца, с двумя наградными регалиями на левой стороне груди. Ворот белой рубашки не галстуком забран, а чем-то вроде бабочки или толстого черного шнура. Пуговицы с «орлами». В петлицах золотистая знаковая фурнитура – соответствие чина в табели о рангах. Чиновник среднего звена Российской Империи. Аналогичные петлицы, с подобным же чином, на одежде Мухи наблюдал. Точь-в-точь, не спутаешь. Рядом присела благообразного вида дама, на десяток лет моложе мужчины. Симпатичная. Одета в строгий женский костюм. По бокам от этой пары – два пацана. Тот, что постарше, в форме с погонами кадета на плечах, похож на мать. Младший явно в папашу, наверняка школьник младших классов гимназии.

«Ну и что сие значит? Незабвенный господин Муха семейный портрет посторонних ему людей в своем кофре по командировкам возит? Обратно, взрывчатка эта! Аккуратист вы, батенька! А номер ва-аш! Никакой ошибки. Пепел от папирос лежит далеко влево от стула – левша, длинные руки. Это я еще дома заметил… – В памяти невольно всплыла внешность господина Мухи. Широкий лоб, блестящий от пота, зачесанные назад редеющие волосы, пухлое розовое лицо, на котором нет-нет да и промелькнет самодовольная ухмылка, и именно в такие моменты, когда считает, что собеседник не смотрит на него. Брюшко любителя чревоугодия и противника физических напряжений. Но в процессе общения создалось впечатление, что представленный именно для него, Сергея, образ, наносной. Другая ипостась Любомира Осиповича лишь слегка, но выглядывает из-за спины первой. Выпирает властная самоуверенность, чуть тронутая легким презрением, чувствуется, что физически силен, всегда настороже, склонен к анализу.

Отбросил воспоминание.

Ладно, пора выбираться. Однако интересная личность, этот москвич».

Решение, уходить через окно в коридоре, пришло спонтанно. Охрана на ночной режим дежурства перешла, это он сразу понял, лишь в окошко выглянул. Каждые пять минут внизу вдоль гранитного цоколя проходил охранник. К тому же топать ночью по металлу крыши не хотелось. И еще… третий, это не четвертый этаж. Всё же пониже!

Дверь за собой отмычкой защелкнул, набросил петельку на шляпку гвоздя. Скользящим шагом преодолел к окну в коридоре двадцать метров. Выглянул наружу.

Лишь только охранник скрылся за домом, Рязанцев сноровисто стащил из-за спины ранец, извлек из него крепкий веревочный шнур, умело пропустил его через трубу батареи и выбросил наружу.

Теперь предстояла наиболее рискованная часть операции. Пару ловких телодвижений на подоконнике, и вот уже он быстро проскользнул вниз по веревке. Потащив один из концов шнура на себя, добился ожидаемого результата своего действия. С мягким звуком веревка соскользнула на землю.

Освещенный ярким светом ламп, Сергей с лихорадочной поспешностью смотал шнур и запихнул на место. Теперь рюкзак за спину, и он готов идти дальше. Покажись сейчас обходивший территорию охранник, дерзкий нарушитель был бы пойман с поличным, но он успел метнуться в тень бетонного забора.

Высоковато! Учитывая то обстоятельство, что по верху бетонная стена, совершенно плоская и скользкая, опутана колючей проволокой. Сейчас ему делать что-то