Система: Код Чёрного Свидетеля — Каждому спасению назначена жертва 1 книга - Лидия Касьянова

— Её родители погибли, Том.

— Министерство этого не подтвердило.

— Вы сами не доверяете министерским архивам.

По залу прошёл шёпот.

— Том недавно обнаружил в них несоответствия, — пояснил Дамблдор.

— Они не относятся к делу Прайс.

— Она тоже обнаружила несоответствие и поступила так же, как вы.

Представительница Министерства повернулась к Алексею.

— Вы проникали в эвакуированный архив?

— По старостинскому доступу.

— Которого было недостаточно, — сказал Дамблдор. — И теперь требуете для неё наказания, которого избежали сами.

Серый расчёт изменился.

[Допустимые действия: ]

[1. Признать сходство. Устойчивость после спасения: 78,9 процента.]

[2. Подчеркнуть различие происхождения и намерения. Устойчивость: 81,2 процента.]

[3. Передать решение Министерству. Устойчивость: 79,8 процента.]

— Я понимал устройство защиты.

Лицо Дамблдора застыло.

— Это делает нарушение безопаснее?

— Управляемее. Я не пытался занять чужое место в родословной.

— Я тоже не пыталась! — Элинор сорвалась на крик.

— Ваше заклинание попыталось за вас.

— Я не знала!

— Именно. При родословной магии незнание увеличивает риск.

— Потому что она маглорождённая? — спросил Дамблдор.

— Потому что у неё нет подготовки.

— Её можно дать.

— Не после повреждения архива.

— Печать восстановлена, — профессор указал на неё. — Какой ущерб вы предотвращаете сейчас?

— Повторение.

Элинор вскочила.

— Я больше не полезу в ваши проклятые списки!

Чиновница активировала браслет. Девочку отбросило обратно на стул.

— Это было необходимо? — резко спросил Дамблдор.

— Она покинула обозначенное место.

— Она ребёнок.

— С нестабильной магией и неподтверждённым статусом.

— Её статус ученицы Хогвартса подтверждён.

— Пока.

Диппет напомнил, что решение ещё не принято.

— Оно должно включать исключение, — сказал Алексей.

Слизнорт закрыл глаза.

— Вы хотите, чтобы меня выгнали? — спросила Элинор.

— Да.

— Из-за родителей-маглов?

— Потому что вы использовали их смерть, чтобы нарушить защиту.

— Я их искала! — голос Элинор задрожал от злости. — Я не пыталась украсть чужую семью!

— Вы нашли чужие имена и спрятали документы.

— Я хотела вернуть их!

— После того как нашли бы способ вписать себя?

— Достаточно, Том, — сказал Дамблдор.

— Нет.

— Вы знаете, что она не подделывала родословную.

— Я знаю её действия и вероятный мотив.

— Удобный мотив.

— Его подтвердит дальнейшее поведение.

— Вы превращаете наказание в опыт.

— Министерство всё равно это сделает.

Дамблдор подошёл ближе.

— Тогда почему помогаете ему?

— После повторного нарушения школа уже не сможет её защитить.

— Повторного нарушения не было.

— Пока.

Профессор долго смотрел на него. Прежней попытки различить Алексея и Маску в его взгляде больше не осталось: перед ним стоял Том Реддл, сознательно использующий происхождение сироты как доказательство опасности.

[Убеждение Альбуса Дамблдора укреплено.]

[Том Марволо Реддл признан сознательным сторонником дискриминации по происхождению.]

[Вес свидетельства: высокий.]

[Прогноз устойчивости после спасения: 80,7 процента.]

Диппет объявил перерыв. Элинор увели, преподаватели собрались у стола, а Абраксас остался среди слизеринцев, поддерживая созданную версию одним присутствием. Нотт вышел, не посмотрев на Алексея.

Слизнорт догнал его у окна.

— Вы добились исключения.

— Решение ещё не объявлено.

— После этого оно почти неизбежно.

— Дамблдор может переубедить Диппета.

— Тогда зачем вы продолжали?

— Чтобы после исчезновения Министерство считало Элинор опасной беглянкой.

Слизнорт побледнел.

[Компетентный свидетель приближается к раскрытию организованного исчезновения.]

[Продолжение разговора снизит устойчивость ниже порога.]

— Не спрашивайте.

— Она попадёт в Девятый отдел.

— Вы уже это говорили.

— А вы заставили школу отвернуться от неё.

— Да.

Слизнорт несколько раз посмотрел в пустой угол.

— Если я пойму остальное, расчёт пострадает?

— Да.

— Значит, используете моё неведение.

— Да.

— Я не задам вопрос, — профессор сжал челюсть. — Это не помощь и не прощение.

— Знаю.

— Перестаньте отвечать так, будто точность освобождает от разговора.

Его позвали обратно.

После перерыва Диппет объявил временное исключение, запрет на школьные архивы и передачу Девятому отделу. Возвращение допускалось только после подтверждения происхождения и заключения Министерства.

Дамблдор потребовал внести возражение в протокол, указав на отсутствие доказанного умысла, гибель родителей и несоразмерность наказания. Диппет разрешил письменное мнение, но решение не изменил.

Когда с мантии Элинор сняли факультетскую нашивку, она смотрела только на Тома.

— Я вернусь и докажу, что вы солгали.

— Не обращайтесь к свидетелям, — приказала чиновница.

— Все узнают, что я не пыталась украсть чужую семью!

— Докажите.

Элинор рванулась вперёд. Браслет вспыхнул, но Дамблдор успел удержать её.

— Не давайте ему ещё одно доказательство против вас, — сказал он тихо.

— Вы ему верите?

Дамблдор посмотрел на Тома.

— Верю, что он выбрал самую жестокую версию.

— Тогда не отдавайте меня им.

— Армандо, — Дамблдор повернулся к директору. — Ещё можно изменить решение.

Диппет отвёл глаза.

— Решение принято.

Элинор поняла это прежде, чем её вывели. На пороге она обернулась, запоминая Тома возле украденных документов именно таким, каким требовала публичная версия: человеком, из-за которого её изгнали.

Устойчивость поднялась до 83,2 процента. Обвинение укрепило будущую легенду сильнее первоначального расчёта, потому что Дамблдор поверил в жестокость Тома искреннее остальных.

Вечером Алексей поднялся в совятню и выбрал маленькую серую сову без школьного кольца. К её лапе он привязал чистый пергамент, текст на котором появлялся только под паром:

Маршрут Б. Элинор Прайс. Перевозка послезавтра, 11:40. Нужна новая биография без родословной привязки. Исходное имя не использовать после второй точки. Она не знает об операции. Имя организатора не сообщать.

[Защищённый маршрут Перевозчиков станет доступен после завершения