Газлайтер - Григорий Володин

— Дядь, а дай пару франков?

Бросаю взгляд на выцветший принт на кофте мальчуга. Там какой-то бородатый викинг с молотом наперевес. Вроде бы фотография.

— А это кто такой? — киваю я на принт. Благодаря амулету переговоров французский дается мне как родной.

— Паладин короны Голанд Мощный, — загораются глаза парня. — Я когда вырасту, тоже обзаведусь здоровым молотом, как у него, и буду лучшим воином на свете.

— Зачем откладывать? — пожимаю плечами и материализую в руке каменный топор, но с затупленным острием. Считай, теперь это молот. — На, бери.

Парниша в полном ауте берет в руки каменное древко. Размер и вес молота я подогнал под его рост.

— Мм, дядь, я же только гвозди умею забивать, — замечает мальчик.

— Не только, — улыбаюсь, закачивая ему в голову азы боя с тяжелым оружием.

— Ой и точно, — парниша умело перехватывает подарок и чешет освободившейся рукой голову. — А пару франков вы так и не дадите что ли?

— Вот тебе на проезд до кадетского корпуса короля Людовика, — я бросаю ему пять франков, и парнишка шустро ловит. — Там каждую весну набирают на бюджет талантливых ребят. Сдашь физические нормативы, покажешь приемы с молотом, и точно попадешь на начальный курс с полным проживанием.

— Откуда вы это знаете? — офигевшими глазами хлопает он. — Вы же иностранец.

— В путеводителе написано, — разворачиваю перед ним брошюру. В этом разделе как раз описывается старинное здание кадетского корпуса, являющееся памятником архитектуры, ну и мимоходом упоминается про весенний набор с бюджетной квотой, в том числе для сирот.

— Ого! Тогда я побежал! Дядь, большой тебе спасибос! — пацан уносится в сторону остановки.

— Надо же, — удивляется Лена, смотря на брошюру. — Дань, а он точно пройдет отбор?

— У парнишки задатки физика. Одаренного там с руками заберут, а вот дальше всё в его руках, — отвечаю. — Пойдем посмотрим Елисейские поля.

— Конечно!

До вечера гуляем, а вернувшись, по привычке принимаюсь за медитацию. Как раз тормошу молниевика-легионера, вкачиваю ему в сознание Электрические шипы, и он с неохотой принимается тестировать технику. Спрашиваю, в чем дело.

— Эх, шеф, мне бы хоть разок выпить с людьми, — горько вздыхает он. — Да в дружной компании побренчать на гитаре с граненым стаканом в руке.

Подумав, я соглашаюсь: пускай один раз он гульнет, так и быть, и на гитаре сыграет, но потом. Молниевик сразу воодушевляется и отлично справляется с техникой. Как итог, мои сжатые кулаки увенчивают электрические шипы. Ничего особенного, зато обзавелся новой фичей.

Уже перед сном звонит Банкратов. Посол сообщает, что архиепископ Кишелье заинтересовался моей личностью и желал бы увидеться со мной на балу. Неожиданно, но приятно, ведь архиепископ — второй человек во Франции после короля. Пообщаемся, почему бы и не да.

Следующий день Лена вся в хлопотах готовится к балу, а София ей помогает. Наконец к вечеру мы отправляемся в Версаль.

Золотые дворцовые ворота остаются позади, и в окно лимузина с трудом и с неохотой втискивается огромный парковый ансамбль с фонтанами, садами, лужайками, скульптурами и старинными зданиями. Пока Лена с восхищением разглядывает чудеса архитектуры, я «включаю» Егора и Жору и сканера. Просто на всякий случай. Мало ли кто от меня захочет сегодня избавиться.

Бальный зал заполнило множество влиятельных людей Франции. Как сказал Банкратов, короля здесь нет, хоть с его посыла и устроили вечер.

— Лягушки⁈ — хлопает глазами Лена, разглядывая столы, уставленные закусками. — Они, правда, едят лягушек, Даня.

— К счастью, сыр тоже, — с облегчением замечаю я сырные канапе.

Еще у порога к нам подбегает Банкратов. Посол водит нас по залу, знакомя с важными особами. Все они оказываются врагами уважаемого месье Носье, нынешнего владельца замка Шуаньи с рудником. Амулет переговоров меня сильно выручает. Многие шевалье удивляются моему идеальному французскому.

— Данила Степанович, видите того сударя? Это герцог Рекбер, самый влиятельный из недоброжелателей Носье. Пойдемте к нему, — шепчет Банкратов, а я лишь вздыхаю, грустно глянув на закуски.

Еще полчаса мы общаемся с лысоватым французом с хитрыми глазами. Я выполняю роль публичного лица, но несильно вдаюсь в переговоры. Сейчас всё равно не обсуждаются суммы откупов и проценты. Моя задача на этом балу — лишь показаться и заявить требование на родовую землю.

Фух, наконец, переговоры заканчиваются, и мы с Леной наконец отступаем к закускам.

— Мм, французы знают толк в сыре, — замечаю, распробовав первое канапе.

— Лестно это слышать, месье Данила — возникает рядом статная особа с милыми личиком, каштановыми кудряшками и смелым декольте. Причем грудь навыкате у нее, но откровенно разглядывают почему-то меня.– Я — маркиза Жези де Попади, хозяйка литературного салона в Версале.

Попади-Попади…А это один из недоброжелателей Носье. Мы с послом с ним тоже общались сегодня. Эта Жези ему жена, выходит.

— Рад знакомству, мадам. — киваю с дежурной улыбкой. Похоже, остальные канапе я так и не распробую.

— Сейчас белый танец, — маркиза переводит взгляд на Лену. — Мадмуазель, вы не против, если я украду вашего спутника?

Щеки моей невесты краснеют. Она поджимает губы и гордо вскидывает подбородок.

— Не против…если ненадолго, — добавляет.

Жези с улыбкой протягивает мне лощеную руку. Подавив вздох, я веду девушку на танцпол. Мой взгляд падает на ее полностью открытую спину, точеные мышцы плавно играют под бархатной кожей. Кстати, маркиза точно замужем, кольцо на пальчике не обманывает.

Едва мои руки берут маркизу за талию и касаются обнаженной кожи на спине, как я ощущаю легкое энергетическое покалывание.

«Шеф, нас сейчас отравляют» — раздается в моей голове голос Егора-«кровника».

«Шеф, какое-то внешнее вмешательство в энергофон» — вторит ему сканер.

«Ква-а-а, ква-а-а-а» — не отстает от компании и Жора-жабун.

Чудесно. Маркиза оказалась троянской кобылой. Я продолжаю улыбаться этой симпатичной отравительнице, возбуждающе прижимающейся ко мне, а сам мобилизую силы для обороны и контратаки.

Сейчас хозяйка литературного клуба отведает собственного яда.

Глава 17

Второй человек Франции

— Месье Данила, как вы себя чувствуете? Вам нехорошо? — ласково спрашивает это очаровательно создание…подумал бы я, не пытайся она травануть меня своими парами.

— С чего вы взяли, мадам? — недоуменно приподнимаю бровь. — Рядом с такой прелестной