Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

боятся. Пытались на нас стада оркобесов напустить, теперь ни один орк не пойдет. Как только услышит о нашем индейском воинстве. Тут, считай, те же прерии и те же люди. Да и солнце так же светит. Уже вон, все пришедшие с нами семьями обзавелись и детьми, А воин, которому есть что защищать, непобедим.

— Так ли уж? — усомнился я.

— Да, — кивнул он. — Завтра трофеи покажу. Снятые с элитных айзанских башибузуков. Только не все — скальпы ты, наверное, смотреть не будешь?

— Избавь меня от этого зрелища, — мотнул головой я. — Эта экзотика…

— В шатре и юрте у каждого индейца, — докончил за меня Вальриф. — Как вязаные салфетки в гостиной добропорядочной лундийской девы.

Меня аж передернуло. Воображение что-то разыгралось.

— Что дергаешься?

— Да твои рассказы про скальпы… Надо срочно выпить. Заодно и встречу обмоем…

— Вот тут облом, — покачал он на ходу головой. — Здесь у нас сухой закон, как у гарнизона Его Королевского Величества. Ни выпивка, ни трава или другой дурман не разрешены. Все строго под запретом.

— А если кто нарушит? — усмехнулся я. — Порка?

— Круче. Возвращение обратно на Гравию с позором. А у индейцев это хуже смерти. Так что…

— Сурово, — покачал головой я. — Ладно, чаем хоть напоишь?

— Это всегда пожалуйста. Кстати, все уже готово.

Мы вошли в залу, где пара столов просто ломилась от снеди.

— Садитесь, господа и дамы, — Вальриф гостеприимно махнул рукой. — Перекусите, чем Единый послал.

— Единый не поскупился, — заметил Бенидан, пододвинув к себе тарелку и нацелившись на жареного поросенка, которому было уже все равно.

— Наши гостеприимные хозяева тоже, — сказал я и взял вилку.

Надо же помочь подчиненному в решении такой сложной задачи?

Глава 7

— Ну и куда вы намылились в самую жару? — уныло спросил Вальриф, покрутив носом.

Да, жара была знатная. За что и не люблю страны с жарким климатом, да и свою полупустынную родину тоже. Только утро, а уже жара по нашим меркам под сорок, дышать нечем.

— Если успеем, то следующую ночь будем ночевать в Ат-Балае.

— Хозяин-барин, — пожал он плечами. — Куда спешить? Айзанская психология как раз основана на том, что никуда спешить не надо. Закутаться в теплый халат, поставить чайник с чаем и потеть, потеть…

— Так то айзанцы, — не согласился я. — Когда мы потеем — мы воняем, а когда воняем… А вот поспешать очень даже надо.

— Найдете вы концы на день раньше или позже — все равно, — хмыкнул Вальриф. — Ничего не изменится.

— А как же зуд исследователя? — подмигнул ему я.

— Ну-ну. Пойдем в дом. Проведешь бриф, а я расскажу, что и как. Где что лежит и к кому обращаться. А также ключевые фигуры местной политики и досье на них.

— У тебя и там резидентура есть? — удивился я.

Вроде как Арий обошел этот вопрос стороной.

— Да вот, к сожалению, полноценной нет, — вздохнул он.

— Ты же вроде говорил про глаза и уши? — напомнил я.

— Это есть, — отмахнулся он. — Информаторов полно. За звонкую монету они тебе напоют что угодно. А вот настоящих, преданных делу людей, нет. Сам знаешь…

— Наслышан, — кивнул я. — Род мне успел выдать полную раскладку по преступному миру Айзана и его менталитету. Глухо тут что-то.

— Ладно, пойдем в дом, — хлопнул он меня по плечу. — Нечего жариться раньше времени.

Из стойбища мы выехали часа через полтора. Да, действительно, в самую жару. Ничего, когда есть маг — ну или кондиционер в машине — жить можно. Плетение Малого Холода позволяло спокойно ехать дальше, даже в адском пекле за бортом.

Так что наши фургоны спокойно ехали по степи-полупустыне, объезжая кочки и сусличьи норы. Сколько я уже в этом мире? Да порядочно. И степей уже навидался. От прерий и саванны до этой вот. Видать, карма такая.

И вообще, что может быть в степи интересного? Для меня лично — ничего. Я не краевед и не биолог, ищущий особо ценного гада под камнем или в песке. Слава богу, у нас таких в экспедиции не водилось

— Вижу всадника на вон том вон холме! — сказал Бенидан, сейчас сидевший за рулем.

— Принято! Останови, — я перебрался на сиденье рядом, тот самый «шотган».

Бенидан послушно убрал газ, а я включил свой Магический взор.

Да, этого кадра можно было назвать «гопник степи». Для начала даже издали он производил впечатление грязного, в смысле, немытого. Грязные портки, грязная куртка, на голове какое-то подобие арафатки. За плечами у незнакомца был короткий роговой лук и колчан со стрелами, на бедре висела кривая айзанская сабля.

Мы стояли с ним друг напротив друга в паре миль. Только он — на холме, которых тут было в изобилии, а мы — на равнине. Потом всадник исчез, как сквозь землю провалился.

— Не к добру это, — скривился Бенидан.

— Угу, — я вспомнил любый мультик про остров сокровищ, где один персонаж говорил «наверно, будут убивать».

— Что делаем?

— Да ничего. Продолжаем свой путь. Пусть у них глаза от нашей наглости вылезут, — хмыкнул я.

— Вот и посмотрим, возьмет ли жадность верх над осторожностью, — ухмыльнулся он.

Собственно говоря, да. Сейчас стадо быдлов усиленно чешет репу, пытаясь понять, в чем подвох. Два красивеньких чистеньких фургона едут себе по степи никого не опасаясь и, даже увидев вдали подозрительного всадника настолько обнаглели, что и курс не сменили! Непорядок. Надо бы проверить… или не надо? А что нам, кабанам…

Все-таки жадность взяла верх. Бедные вы бедные… И-за холма вылетела конная почти лавина — рыл двадцать верхом на… Не, не на лихих конях — на айзанских клячах, что еще раз показывало их нищебродство. В Айзане, кстати, коневодство было развито, а конюшни хана и его скакуны были, наверное, лучшими в мире.

Но была и еще одна, степная порода. Уродливые с виду коньки-горбунки, продукты близкородственного скрещивания, тем не менее были идеально приспособлены для жизни вот в таких условиях и выживали там, где скакун хана давно бы отбросил копыта. Вот на таких средствах передвижения они кинулись в атаку.

Мы выбрались через люк на крышу фургона, Ариса со своими — тоже.

— Ну, что скажешь? — спросил меня Бенидан, снимая с плеча винтовку.

— Еще рано, — сказал я, высматривая главаря.

Хитер, сука, вон, поодаль на пригорочке стоит и смотрит, как его орава собирается ограбить бедных несчастных путешественников.

Орава тем временем припустила коней и с гиканьем и свистом, которые должны были изображать боевой клич, размахивая железками рванула вперед, к добыче.

Я вытянул руку в направлении главаря и сжал пальцы в кулак. Ой, больно! Ему в смысле, не мне. Было