Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

— А девушка? С ними был девушка?

— Нет, — сказал незнакомец. — Девушки с ними не было.

— А что с ней?

— Не знаю, — незнакомец слегка замялся. — Я ее не видел. Но я убил и ее похитителя, и почти всю его банду.

— Вы хотите вознаграждения? — с подозрением спросил Намир-хан.

— О нет, эфенди, — усмехнулся незнакомец. — Я пришел сюда не за вознаграждением, а по зову сердца. Я тоже отец и у меня есть дочь. Но к делу. Я сказал, что убил почти всю банду. Осталось стойбище, в котором несколько бандитов, их жены и дети. Если ваша дочь жива, то она там.

— Вы знаете, где они?

— Да, если вы умеете читать карты.

— Я начинал, как погонщик верблюдов в караване. Подождите!

Намир рылся в шкафу не больше полминуты, вытащив на свет божий рулон с картой Ат-Балая и его окрестностей. Развернул его, скинув со стола весь лишний мусор.

— Вот, — поставил крестик незнакомец. — Здесь вы найдете труп похитителя и его банды. А вот здесь — их логово. Советую поискать там.

— Откуда вы все это знаете? — прищурился Намир-хан.

— Знаю, и все, — усмехнулся незнакомец. — Это совершенно неважно. Это достоверная информация и, если вы поспешите, сможете прихватить остатки банды и, возможно, отыскать свою дочь. А я вынужден откланяться.

— Вы не поедете с нами?

— Нет, — усмехнулся незнакомец. — А по поводу вознаграждения… Давайте так. Если все подтвердится, то вы будете должны мне услугу. Не бойтесь, я не попрошу того, что вы не сможете сделать. Хорошо?

— Да. И все же…

— Спать, — незнакомец коснулся пальцами лба Намир-хана.

Когда тот проснулся через десять минут, незнакомца и след простыл.

— Охрана!!! — заорал торговец, и сразу же в его почивальню вбежало пятеро слуг-стражей.

— Тьфу, что с вас взять… Готовьтесь, выступаем немедля!

Я крался обратно по улочкам Ат-Балая, думая о своем.

Нет, Намир-хан не найдет свет своих очей. Я был внутри Аско Хромого (ну надо же, совпадение, от хромоты он и помер) и прекрасно помню, что стало с его Альфией. Скажем мягко — над ней зверски надругались всей бандой, а потом с выдумкой и наслаждением убили. Причем гражданские усердствовали особо в выкалывании глаз и отрезании ушей. Дальше я помню, как главарь сказал вытащить тело на равнину недалеко от стойбища и оставить его там на растерзание уже падальщиков.

Так что если и осталось, что хоронить, то немного. Зато купец отомстит. В его случае месть — установление справедливости. Может, хоть это принесет относительный мир в его душу. И паразитов больше не будет. И руки у нас чистые. Как-то так. Зато моральное удовлетворение присутствовало — ни одна сволочь не уйдет безнаказанной.

И надо же, так задумался, что на следующем повороте лоб в лоб столкнулся со Стражами! Вот так вот слишком углубляться в свои мысли. Расслабился, забыл, что улица — зона боевых действий, всегда и везде. Вне дома будь готов к любой неожиданности.

Неожиданность, приспустив штаны, поливала дувал из своего шланга. Зато на втором страже, который держал его дубинку, штаны были на месте.

— Стой! — заорал тот, который подмывал стену, продолжая свое занятие.

— Ага, щас! — сказал я, развлекаясь. — Дождусь, пока ты обоссышься.

— А ну иди сюда! — рыкнул второй и с двумя дубинками наперевес пошел ко мне.

Ну не могу отказать себе в удовольствии вспомнить классику!

— Тот, кто носит медный щит — тот имеет медный лоб. Джинны, поцелуйте под хвост моего ишака!

— Чеееее? — зарычали стражники и ринулись ко мне… чтобы осесть на месте.

Сон их сморил. Внезапно. И утром они не вспомнят о том, что было ночью. Я осмотрел картину двух спящих… Нет, не по фэншую, для полноты картины чего-то не хватает! Подойдя к стражам, я взял руку одного и засунул другому в штаны. Вот теперь с утра пусть думают своими ганглиями, что они делали вчера ночью и почему этого не помнят. И я пошел дальше веселее и увереннее, насвистывая про себя веселую песенку.

Когда я добрался обратно до дома, еще никто не спал.

— Ты где был? — спросил Сид.

— Моральные долги отдавал, — отмахнулся я.

— Какие это?

— О разбойниках, точнее, их остатках, позаботятся. Кровная месть — штука такая.

— Ну вот, лишил нас такого развлечения! — грустно сказала Ариса, закутанная в халат. — Разве так можно?

— У девочки отняли любимую игрушку? — ехидно осведомился я.

— Несколько игрушек. Мягких и пищащих. Как они забавно визжат, когда их мацаешь! — она отпила вино из бокала.

— Э, а где вино достали и по какому поводу пьем? Харам! — строго сказал я.

— У нас вера другая, нам можно, — вытянула свои божественные ноги Ариса.

— Я имел в виду, что без меня пьете!

— Ну тогда — сначала в купальню. Все уже посетили, ты один остался. И воняет от тебя, как у ишака из… — прищурила один глаз она. — Не забывай, в отличие от вас, людишек, у меня очень острое обоняние! В купальню!

Вот так, теперь меня подчиненные гоняют. И Ариса уже на «ты» перешла. Ладно, ей можно. Заслужила.

Я обнюхал себя, где смог. Да, запашок-с присутствует! Действительно, пора в купальню, потом бокал холодного вина — и спать. Завтра и дальше будут дни тяжелые.

Все-таки утро может быть добрым. Не знаю насчет корреляции спокойного сна и чистой совести, но выспался я прямо-таки замечательно. Что со мной бывает редко.

Спустившись вниз, я с удивлением заметил дастархан, который-таки ломился от блюд. И мою команду, нацелившуюся на него с вожделением голодного тигра.

— Откуда такое великолепие? — спросил я, оглядывая стол.

— Фарид с утра на базар сходил, все купил, — Ариса как-то более нежно сказала про легионера.

Посмотрим, хмыкнул я про себя. Неужели она запала на одного из наших айзанцев? А на что посмотрим — на развитие отношений. Наша миссия — не турпоход и не курорт. И близкие отношения очень сильно влияют в отрицательную сторону.

— Спасибо, Фарид, — сказал я. — Ты прямо-таки знаток местной кухни.

— Так я же местный, эфенди. Семь лет здесь прожил, пока нам не пришлось бежать сначала в Кируар, потом и до Лундии добрались… Правда, тогда у нас на столе если и был кусочек вчерашней лепешки, это было счастьем.

— Ладно тебе, Фарид, — сказала Ариса с набитым ртом. — Что было — то прошло. Теперь все по-другому.

— Да, ханум!

Минут двадцать разговоров не было — только чавкание, урчание и стоны восторга. Местная кухня — точнее, ее часть, доступная богатым — была великолепна.

— Да, теперь я больше понимаю менталитет айзанцев, — сказала Ариса с набитым ртом. — Если они так