Степные ястребы - Джек из тени

— Рорх! — кричал я в трубу, перекрывая шум боя. — Левый фланг! У них прорыв на пятом бастионе!

— Вижу, Вождь! — доносился его спокойный, как всегда, голос. — Выдвигаю резерв!

И я видел, как взвод «Ястребов», до этого сидевшее в укрытии, выскакивает на стену и шквальным огнём буквально сбривает со склона очередную волну «Жнецов». Но я знал, что резервы не бесконечны. Ещё день-два такого боя, и у меня просто не останется людей, чтобы затыкать дыры.

Маги тёмных эльфов, укрывшись за спинами «Таранов», методично обстреливали наши позиции. Огненные шары, размером с тележное колесо, падали на стены, превращая укрытия в пылающие костры. Разряды молний били по нашим пулемётным гнёздам, испепеляя расчёты. Я видел, как один из гномов, в которого попала молния, просто взорвался, оставив после себя лишь облако чёрного дыма и запах палёного мяса.

Я ждал, и каждая минута этого ожидания стоила нам десятков жизней. Я смотрел на север, туда, где за холмами, в их уютном и безопасном, как они думали, лагере, сейчас должны были работать «Лисы». Я не мог им помочь, не мог даже узнать, что с ними. Я мог только верить. Верить в профессионализм Лиры, в её удачу, в её дьявольскую хитрость.

Время растянулось, превратилось в вязкую, тягучую субстанцию. Секунды казались минутами, минуты часами. Бой не утихал ни на мгновение. Крики, взрывы, лязг стали, рёв чудовищ, всё это слилось в единый, монотонный, сводящий с ума гул.

— Вождь! — голос Урсулы в трубе был хриплым, она сорвала его в бою. — У нас почти кончились гранаты на седьмом бастионе! Они лезут, как тараканы! Мы их не удержим!

— Держаться! — рявкнул я в ответ. — Умрите, но держитесь! Эссен, перебрось все оставшиеся гранаты с центрального склада на седьмой! Бегом! Ждём баржи, согласно графику, прибытие через четыре часа.

Я знал, что оголяю другой участок, но сейчас нужно было спасать этот. Мы играли в «тришкин кафтан», затыкая одну дыру за счёт создания другой.

А затем у меня перехватило дыхание от увиденного…

Я не видел, что там происходит, лагерь тёмных был скрыт за холмами. Но я видел, как небо над ним окрасилось в багровый цвет, и слышал глухие, мощные разрывы, от которых содрогалась земля даже здесь.

Сначала это было едва заметное изменение в поведении врага. Один из «Таранов», который методично долбил стену четвёртого бастиона, вдруг остановился. Просто замер на полушаге, затем его огромное тело содрогнулось, и он тяжело завалился на бок без видимых причин. Следом за ним ещё один. Полевые маги тёмных, чо методично обстреливали нас, вдруг начали переглядываться, их заклинания стали сбиваться. В их рядах началось какое-то смятение, паника.

— Лира, — пронеслось у меня в голове. — Она смогла…

Атака на наши стены захлебнулась. «Жнецы» и «Серпы», лишившись команд, остановились, а потом, подчиняясь какому-то инстинкту, начали в панике отступать, давя друг друга. Бой ещё не был окончен. Но я знал, что мы переломили его ход. Хоть и цена была чудовищной, но мы выстояли.

Я опустился на стул, чувствуя, как по всему телу разливается свинцовая усталость. Война продолжалась, сегодня мы купили себе ещё один день. Один кровавый, страшный, но наш день…

Глава 17

Я смотрел, как рушится управление. Армия, ещё час назад казавшаяся несокрушимой, превращается в обезумевшее, паникующее стадо. Чудовища, лишённые командного импульса, метались по полю боя, давя в суматохе и своих, и чужих. «Жнецы», эти юркие твари, подчиняясь какому-то древнему инстинкту самосохранения, пытались зарыться в землю, но попадали под огонь моих миномётчиков, которые теперь методично, квадрат за квадратом, перепахивали поле боя, превращая его в братскую могилу.

Победа? Да, несомненно. Но какой ценой… Я опустил окуляры трубы, и в уши снова ворвался адский грохот, от которого, казалось, вибрировали сами кости. Мои бастионы, мои наскоро возведённые из земли, палок и орочьего упрямства форты, представляли собой жалкое зрелище. Склоны были черны от копоти и крови, стены из габионов превратились в рваные, осыпающиеся раны, из которых, словно кости, торчали прутья и камни. Траншеи были завалены телами вперемешку с хитиновыми панцирями тварей.

Я обвёл взглядом поле боя, орки, почуяв перелом, с яростным рёвом вырвались из окопов и теперь отчаянно рубились со штурмовыми колоннами тёмных, не давая им опомниться и перегруппироваться. До кучи показали дно ящики с боеприпасами, батареи стали бить более избирательно, тёмные сразу это прочувствовали, усилив натиск. Кровавая драма достигла своего апогея, никто не желал уступать, все понимали, жить будет только одна сторона конфликта.

И именно в этот момент, когда чаша весов качнулась в сторону, тёмных, умудрившихся прорваться сквозь орков на западном направлении, случилось то, чего никто не ожидал.

— Вождь! — голос Эссена, моего адъютанта, который до этого с каменным лицом координировал действия по переговорным трубам, сорвался от удивления. — С запада… смотрите!

Я снова вскинул трубу, направляя её на западный фланг, туда, где степь, израненная и выжженная, сливалась с горизонтом. Сначала я ничего не увидел, кроме дыма и пыли. Но потом… Потом я разглядел…

Из-за холмов, медленно, с неотвратимой мощью тектонического сдвига, выползали три… объекта. Три огромных, уродливых, закованных в клёпаную сталь монстра. Они были ниже и шире, чем «Тараны» эльфов, и двигались на лязгающих гусеничных механизмах, которые взрывали землю и оставляли за собой глубокие, уродливые колеи. Над каждым из этих стальных чудовищ возвышалась приземистая вращающаяся башня, из которой торчал длинный, хищный ствол пушки. А из труб, торчащих из их корпусов, валил густой чёрный дым, который стелился по земле, смешиваясь с дымом от пожаров.

Паровые танки⁈

Идея, которую я когда-то довольно подробно набросал на куске пергамента для Брунгильды и герцога, просто как концепт, как далёкая, почти несбыточная мечта. И вот они здесь, воплощённые в стали.

За танками, выстроившись идеальными, почти парадными рядами, шла пехота. Это были солдаты герцогской гвардии, больше полутора тысяч человек в начищенных стальных кирасах, в шлемах с синими плюмажами, со щитами, на которых красовался серебряный волк дома Вальдемар. Они шли, как на параде, не обращая внимания на хаос, творящийся вокруг, их ряды были безупречны, шаг монотонен и неотвратим. Они были живым воплощением порядка, вторгшимся в мой персональный ад. За ними, разбившись на сотни шли свежие стрелки из моего легиона, пусть и не так красиво, зато каждый с новой винтовкой в руках.

Командиры тёмных, те, кто пытался организовать прорыв дальше вглубь на западном фланге, просто замерли, увидев это. Они, видимо, решили, что это