Воевода - Денис Старый

Карачева? Ведь я собирался совершить на него нападение. Не сам, не своими руками, а инсценировать нападение, пусть даже и монголов. И без того, чтобы обойтись без жертв не получится. Посадник если и выезжает за пределы города, любит соколиную охоту, то с немалой охраной.

Да, он мешает нашим общим с козельским князем планам. Кроме того, насколько было ясно из истории, Карачев не пришёл на помощь Козельску, хотя города находятся очень близко друг от друга. То есть в течение этих пяти недель, когда козельские ратники умирали, стараясь защитить свой город и своего князя, наместник Карачева спокойно сидел за своими стенами и ничего не предпринимал. Может и ручкой махал, указывая направление проезжающим мимо отрядам монголов.

И всё же карать человека за то, что он ещё не совершил, хотя с большой долей вероятности сделает это, — это ли не превышение моих собственных полномочий, пусть даже я и человек из будущего? Или все же цель оправдывает средства. Да! Оправдывает, но не все.

— Нам нужно будет заехать к половцам. И я хотел бы предложить тебе, чтобы ты шла дальше в Остров, — сказал я, пользуясь моментом, что мы оставались вдали от других и никто не мог слушать.

Может, говорил не совсем уверенно, не требовательно и не решительно, так как и сам понимал, что это не совсем верно. С одной стороны, я хотел бы оградить себя от лишних проблем и от того, что кто-то попробует сделать моей жене, а, следовательно, и мне, неприятности. Вот только отправляя Таню в Остров, я в какой-то степени расписывался в своём бессилии защитить самое дорогое, ну, может, только после Родины, — свою жену.

— Я подчинюсь тебе, ибо ты мой муж. Но я знаю тот народ, к которому себя причисляла до замужества с тобой. Они сочтут подобное проявлением слабости, что ты не можешь защитить меня, — отвечала Таня. — А еще… Ты нынче сильнее половецкой Орды.

Действительно, что-то на меня нахлынула апатия. Нужно приходить в норму, продолжать действовать решительно, напористо. Ну так, не без этого. Ибо я человек и могу перегорать. Вот только усталость — это не повод расслабляться или действовать малодушно. А все перегревы оставим на время после нашествия ордынцев.

Найти стойбище орды хана, с сыном которого, с Кончаком, я уже был знаком, не представляло особой сложности. Достаточно было подловить один десяток разведчиков половцев, которые стали нас сопровождать по степи практически сразу, как мы отъехали от Карачева.

Нет, пытать не пришлось. Более того, я отпустил этих разведчиков восвояси, но с тем, чтобы они сообщили своему хану о моих намерениях разговаривать.

И всё-таки я повёл себя не как трус, опасающийся того, что не смогу защитить свою жену, но как осмотрительный человек, который не собирался множить проблемы.

Я предлагал хану встретиться у кромки леса, у той дороги, которую половцы уже знают и по которой проходили, и куда нужно нам направляться, чтобы достичь Острова.

Так что половецкий предводитель не мог взять много воинов с собой, если хан всё-таки решится со мной поговорить, а я был почти в этом уверен. Если он приведёт тысячу воинов или сколько там у него бойцов, то покажет свою слабость.

Ну как же выходить против меня, у которого сейчас сопровождение в двести ратников, целой тысячей? Так что, если хан и замыслит засаду, атаку против меня под предлогом переговоров, то не сможет использовать больше, чем двести пятьдесят воинов.

И вот эта благородность, как половцев, так и русичей, сейчас играет против представителей обоих народов. У монголов есть собственное видение чести. Идти на противника превосходящими силами для достижения наиболее эффективного результата — это нисколько не выходит за рамки воинской чести. Бесчестным будет проиграть сражение. И не скажу, что это не правильно. Вон, у них военачальники не ломятся вперед в бою, а занимаются тем, что важнее — руководят боем, не пускают сражение на самотек.

Через три дня пути, когда мы сделали последний лесостепной переход, приготавливаясь зайти в лес и двигаться по не самой простой дороге, разведка сообщила, что к нам приближается конный половецкий отряд, в составе не более, чем в сто пятьдесят ратных.

Я предельно обрадовался этому обстоятельству. Подобное количество сопровождения половецкого хана говорило в пользу того, что они едут именно разговаривать, а не сражаться. Более того, словно бы готовы подчиняться и слушать мою волю. По крайней мере, не навязывать собственные решения.

— Я рад видеть тебя, славный сын хана, Кончак, — приветствовал я своего знакомого. — Почему ты откликнулся на мой призыв поговорить, но не твой отец?

Передо мной был тот же молодой парень, который когда-то приезжал за своей невестой и хотел нахрапом показать себя и поссориться со мной. Правда, когда он увидел, что из себя представляет Остров и сколько там находится боевых людей, то свой пыл немного поубавил. И это говорило в пользу того, что парень умеет думать. Стоит надеяться, что эту способность он не растерял.

— Мой отец приболел, возможно, что скоро хана призовет Тэнгре. Его гложет много несправедливости происходит вокруг. И поездка на разговор с тобой могла бы убить его, — откровенно сказал парень.

Было видно, что он ведёт себя несколько жеманно, возможно, говорит теми словами, которые ему вложили в голову. Наверняка уже не молодой хан провёл беседу с внушением со своим сыном.

— Возможно, вы узнали, что монголы всё-таки собираются идти через ваши степи? — спросил я.

И был удивлён, так как выражение лица и общее поведение сказали мне в пользу собственной догадки. А я думал, что только моя разведка вкупе с моим послезнанием даёт исправный результат и хоть какое-то понимание происходящего. Или я недооценил Степь. Тут же словно ветром распространяются новости. Монголы могли послать определенные условия тем половцам, что не присоединились к ним.

— Да, когда твой отряд ушёл в Козельск, мы перехватили полсотни монголов. Они были отправлены их предводителем, чтобы разведать путь отхода большого войска, — сказал Кончак.

Теперь мне стало понятно и то, почему он прибыл именно для разговора, почему ведёт себя достаточно скромно и даже кажется просящим. Половецкая орда сейчас на распутье и не знает, что им делать.

Места для проживания здесь для половцев просто идеальные. С одной стороны, хватает кочевий и степи, но есть немало леса, который кочевники также используют для своих нужд, как минимум для того, чтобы их костры не потухали.

Я