Майор. Назад в СССР. Книга 17. Часть 2 - Максим Гаусс

верно — это здесь действительно стоял большой дизельный генератор, который должен был обеспечить резервное питание, на тот случай, если произойдет авария на основной линии. Этого с запасом должно было хватить на освещение всех прожекторов, что стояли на сторожевых вышках. И не только. Рядом с ним — огромный, плоский металлический бак, почти во всю стену. Постучав по нему, стало ясно — топлива в нем много, больше половины точно. Я прикинул размеры — примерно два метра в диаметре и полтора в длину… Если учесть, что бак был заполнен хотя бы наполовину, это давало около двухсот литров солярки.

Я присвистнул. Двести литров топлива — этого достаточно, чтобы устроить пожар, который охватит если не весь блок, то большую его часть. Даже если я ошибся с объемом, этого все равно хватит.

А если правильно организовать утечку и поджечь в нужный момент, пламя будет таким, что охрана не рискнет тушить его вручную. Они будут вынуждены открыть ворота и эвакуировать заключенных. На случай пожара здесь есть своя пожарная команда, которая знает, что делать.

Прошелся по помещению, начал анализировать. Оно было достаточно большим, квадратным, с бетонными стенами, снаружи обложенными кирпичом. Внутри сухо, пыльно. Дверь крепкая, через едва заметные щели пробивался бледный свет от прожектора. Взрывом ее должно вынести наружу.

Вот только солярка сама по себе не загорится и не взорвется. Если кинуть зажженую спичку в бак, она потухнет.

Можно испортить сам генератор, заставив работать на себя. Повредить систему выхлопа, запустить генератор и заблокировать тряпками вентиляцию можно, но меня выдаст шум. Эта зараза будет грохотать так, что кто-то из охраны непременно заинтересуется, мол, чего это он завелся посреди ночи, когда техник спит?

Опасно. Проблемно. Нужен другой способ.

Наглухо закупорить крышку бака, под ним разжечь костер. Я заметил у стены несколько деревянных ящиков, поломать, а затем поджечь — вот она локальная диверсия. Солярка закипит, бак раздуется и лопнет. Раскаленные пары смешаются с воздухом, а от костра все это сдетонирует. Грохнет хорошо. Но и тут есть проблемные моменты — пока костер будет гореть, дым непременно полезет через щели в двери. Это вряд ли останется незамеченным, шум поднимется раньше времени. Впрочем, если щели замазать чем-нибудь густым и вязким…

Еще можно попробовать химическим способом. Если бы у меня были удобрения, я мог бы изготовить простую взрывчатку… Но тут нужен детонатор. А изготовить его не из чего.

Я решил остановиться на втором варианте, но предпринять все нужные меры, чтобы охрана ничего не заподозрила раньше времени. Щели в дверном проеме, вентиляционное отверстие. Мне нужна смола, краска или масло. Что угодно, на крайний случай, даже вода подойдет. Еще пакля или ткань, чтобы их просмолить и затрамбовать в щели. Канистра с маслом стояла прямо здесь — ее я заметил почти сразу. Пакли я конечно не найду, но для того, чтобы законопатить щели, можно легко пожертвовать своей рубашкой. Изорвать ее на тонкие лоскуты, промокнуть в масло, затем забить щели. Вентиляцию просто забить тряпками. Вот только и тут проблема — если я полностью перекрою доступ кислорода, костер потухнет сам по себе. Бак просто не успеет закипеть. Начал соображать, думать, искать решение.

И оно пришло. Видимо, сама фортуна была на моей стороне, поскольку в дальнем углу, за стеллажом я обнаружил баллон с кислородом от сварочного аппарата. Старый, потертый, но зато с исправным клапаном. Зачем такой аппарат тюрьме вполне логично — ремонтировать решетки, двери, рамы. Конечно, всем известно, что кислородные баллоны запрещено хранить рядом с маслом, здесь это правило грубо нарушалось. Канистра с маслом в одном углу, кислородный баллон в другой.

Опасно, бесспорно. Но если потихоньку стравливать кислород в сторону костра, процесс горения будет поддерживаться столько, сколько нужно. Минут десять-пятнадцать у меня будет. Ну, плюс-минус. Главное, двести литров соляры рванет так, что и потолок сложится, а уж про дверь и говорить нечего. Будет и пожар, поскольку топливо разлетиться во все стороны.

Где в это время находиться мне? Подальше! В идеале, в дальнем углу двора. Когда рванет, нужно затаиться. Появится охрана, начнется эвакуация — потому что такова инструкция. Мало ли что там рвануло и что будет дальше? Даже несмотря на то, что это заключенные. Дым, пламя, обломки, люди… Там сам черт не разберет, кто и куда. Однако, надеяться только на это мало. Нужна дополнительная гарантия, что меня не схватят в нейтральной зоне. А как?

Я осмотрел подвал. Иных выходов, кроме снятой решетки и двери, которая вела наружу внутреннего двора, не было. Но я знал, что на плане тюрьмы, который дал мне Луис было помещение пожарной команды. Раньше, когда эта часть тюрьмы была полностью под управлением охраны. Оно находилось где-то в блоке «А» — на первом этаже, неподалеку от главного входа. Вот только дверь была намертво заварена много лет назад. Если я смогу добраться до этого помещения подземным путем, возможно, там найдется униформа пожарного, а это позволит мне не привлекая внимания, пройти нейтральную зону.

Проблема была в том, что я не помнил, как туда попасть. План был старым и сложным, я запомнил только маршрут к генератору. Помещение пожарной команды было обозначено на схеме, но я не успел изучить его детально.

Больше тут делать было нечего. Нужна подготовка.

Я вернулся в катакомбы, решетку вставил обратно. Предварительно смел все крошки и куски штукатурки вниз. Не должно бросаться в глаза, если сильно не присматриваться.

Нужно было вернуться в свою камеру, вновь изучить план, затем отыскать пожарное отделение.

Я двигался быстро, но осторожно, стараясь запомнить все повороты и развилки. В голове я прокладывал маршрут, который мне предстояло пройти в следующий раз.

Когда я наконец выбрался в канализационную секцию блока «А», я поставил решетку на место, закрепив ее обратно в стене. Благо, здесь никого не было. Затем я тихо поднялся наверх, стараясь не привлекать внимания.

В коридоре было пусто. Я прошел к своей камере, толкнул дверь и замер.

Толстяк Рамон не спал, несмотря на позднее время. Он сидел на моей койке, а у него в руках был тот самый план тюрьмы, что я ранее спрятал под матрасом.

Он поднял на меня глаза. В них не было удивления — только злость и страх.

— Джек? — спросил он, покачивая бумагой в воздухе. — Откуда у тебя это? Задумал устроить побег?

Я стоял в дверях, не двигаясь. Внутри меня боролись две мысли: убить его сейчас или попытаться договориться.

— Это