И носило меня, как осенний листок - Алекс Войтенко

и осветив содержимое едва не схватился за сердце. Сундук, до самого верха был заполнен монетами самого разного вида и достоинства и драгоценностями. Это был настоящий клад, находящийся здесь неизвестно сколько веков. На одной довольно крупной монете в свете керосинового фонаря, я вдруг смог различить дату, указывающую на 1681 год и латиницскими буквами. Как раз то время, когда эти самые башни работали в полную силу, обеспечивая защиту от берберийских пиратов.

Кто поднял и поставил под лестницу этот сундук, сейчас уже вряд ли можно определить. Но скорее всего, это произошло вскоре после того, когда башня и находящийся неподалеку городок, были уже разрушены. Возможно один из джентльменов удачи, решил, что подвал в полуразрушенной и заброшенной башне, будет надежным стражем награбленных богатств, и решил спрятать их здесь. В итоге так и не вернувшись сюда, сгинув где-то на просторах средиземноморья. И сейчас, передо мною находились драгоценности, во много раз превышающие стоимость того золота, что я отсюда извлек.

Вы думается я оставил сундук на месте? Как бы не так. Спустившись к своему кораблику, нашел достаточно прочную сумку, и в три приема, переложив содержимое сундука в нее, перенес все это в одну из кают. В ту самую где располагался сейф, принадлежащий моей тетушке, от которого у меня имелись ключи. Освободив сундук от находящихся в внем драгоценостей, после часа два вытаскивал пустой, но тем не менее достаточно тяжелый сундук из подвала башни, а после спускал его по вырубленной в скале лестнице. Вымотался с ним, как бы не больше того, когда расчищал вход в полвал. Мне показалось, так будет правильно. Ведь неважно где будет «найден» этот сундук с драгоценным кладом, зато благодаря ему, вполне можно будет оформить находку именно как найденный клад, и таким образом легализовать найденное. Но оно того точно стоило.

Драгоценности, были пересыпаны большей частью в холщовые мешки, и упрятаны в тетушкин сейф, заполнив его под самый верх, сундук нашел свое место уголке ее каюты, а я еще раз поднявшись до башни, тщательно осмотрел все оставшиеся углы подвала, но так ничего и не обнаружив, наконец выбрался из него, и решил, не маскировать вход вниз. Сейчас там не был уже ничего ценного, и терять время на сокрытие следов, не хотелось. Завершив здесь все запланированные дела, привел себя в порядок, согрев воды, и тщательно вымывшись, прямо на каменном пирсе, возле корабля. Затем заварил себе кружку кофе, перекусил остатками завтрака, и прикинув, решил, что вполне успею добраться сегодня, пусть не до материка, но хотя бы до одного из испанских островов, до той же Менорки, например, и раскочегарив котел, довольно скоро вывел тетушкину яхту в море, и взяв курс на юго-запад, направился в сторону Испании.

Переход проходил достаточно спокойно, лишь однажды мне встретился океанский лайнер, шедший встречным курсом в двух кабельтовых от меня. Но чем ближе я подходил к испанским берегам, тем беспокойнее становилось на душе. Как будто какой-то груз навалился на меня, и усиленно сдавливал мою грудь предвещая какую-то беду. Я перебирал все возможные причины, и никак не мог найти ответа на возникающие в моем сознании вопросы. Потом вдруг подумал о том, что если Франция затребовала моей выдачи, то наверняка сейчас по всей стране расклеены листовки с моей физиономией и объявленным вознаграждением. Далеко не факт, что объявленное вознаграждение там действительно указано, но то, что подобные листовки довольно часто вывешивают во всех людных местах, я видел еще, живя в Париже.

Вовсе не обязательно, что фотография на листовке, будет похожа на меня. Тем более, что на нее скорее всего пошли фотографии, имеющиеся в каком-то архиве, заложенные туда при получении мною французского паспорта, или же взятые из ректората Сорбонны, где я когда-то учился. В любой случае, это снимки, как минимум трехлетней давности. К тому же, за последний месяц, я отпустил небольшую бородку, усы, и выглядел совсем иначе чем тогда. Хотя знающие меня люди, вполне могут сопоставить те фото с моим новым лицом, и опознать меня. Но таких людей, в общем-то не так уж и много.

Таким образом, это, наверное, единственное, что может навредить мне в данной ситуации, но все-таки беспокойство не проходило, и когда я увидел впереди свет маяка, и подойдя ближе, соотнес его вид с описанием, определив, что вижу перед собой маяк Cap de Creus, самый восточный маяк на Пиренейском полуострове. Судя по описанию в лоции, он расположен в пятистах метрах от Пунта-де-л’Эскена. Получется что я слегка промазал с выходом к Менорке.

Взяв чуть восточнее, пройдя мимо мыса, на котором находился маяк, я вскоре увидел небольшую рыбацкую деревеньку, расположенную на берегу, довольно удобной буты, куда и сразу свернул, бросив якорь неподалеку от берега, рядом с каким-то рыбацким баркасом. Заглушив судовой котел, спокойно приготовил себе ужин, поел и завалился спать, отложив все дела на завтра.

Выспался, я просто прекрасно. Утром позевывая вышел на палубу, и тут же заметил, как от причала местной деревеньки расположенной на берегу бухты, отчалила лодочка, явно направляющаяся ко мне. Приблизившись к поему кораблику, мужчина сидящий на ней поздоровался, и по моему приглашению поднялся на палубу. Оказалось, что деревня называется Es Grau, в ней проживает около десятка семей, специализирующихся в основном на рыболовстве, и отчасти на обслуживании туристов. Последних здесь бывает маловато. Никаких особенных достопримечательностей здесь не имеется, разве что соседняя мелководная бухта, которая напоминает большую неглубокую лужу. Бухта будто предназначена, для семейного отдыха с детьми. Там ровное песчаное, а местами каменное дно, в самом глубоком месте, по пояс взрослому человеку. К тому же она прикрыта от моря, длиной косой, и в жаркий день, температура воды в ней, как парное молоко, что еще нужно для заботливых мамаш, с маленькими детьми.

— Но сейчас увы не сезон, и как минимум три следующих месяца, здесь будет полная тишина.

Мужчина явно строил рекламу своей деревушки, надеясь на то, что случайно оказавшийся здесь турист, в моем лице, задержится здесь, как можно дольше, а значит, для жителей деревни, будет возможность заработать. Я тоже подумал, о том, что если в ближайшее время, здесь не появится никто посторонний, это прекрасно может помочь мои планам. На всякий случай поинтересовался тем, есть ли в деревне какая-нибудь гостиница, кафе, где можно будет перекусить, и могу ли я рассчитывать на то, что если мне понадобится съездить куда-то в другое место, мне в этом будет оказана помощь.

Мужчина заверил меня, что деревня