Наследник $$$ уровня 4 - Андрей Еслер

— С чего ты взял, что я убивала людей? — возмутилась Катрин.

— А ты не убивала?

— Убивала, — согласилась она. — Но всё же жаль, что ты настолько предвзят.

Мы двинулись к входу.

И почти сразу я заметил знакомую машину. «Премиат» в городе в принципе встречалось немного, а с серебряной крышей и вовсе была практически одна.

В голове мелькнуло понимание.

Я поискал глазами вокруг и быстро нашёл искомое.

Карла стояла в нескольких десятках метров от нас возле административного корпуса и разговаривала с мужчиной с планшетом в руках. Светлые волосы были собраны, на ней были лёгкие брюки и блузка, поверх которой она накинула тонкий жакет.

Она заметила меня.

Я успел выйти чуть вперёд, пока Катрин притормозила, открыла сумку и принялась искать солнцезащитные очки.

До этого Карла слушала собеседника с обычным деловым выражением, слегка сведя брови. Теперь напряжение почти моментально исчезло. Уголки губ едва заметно поднялись, взгляд потеплел, а сам мужчина рядом с ней, кажется, на несколько секунд вообще перестал существовать.

Карла коротко сказала ему что-то, вернула папку и направилась к нам.

Я невольно улыбнулся.

Последние несколько метров она прошла уже заметно быстрее.

— Какими судьбами? — радостно спросила она.

— Привет, Карла. Приехал к Максимо, он пригласил на экскурсию.

Она остановилась передо мной.

Улыбка была искренней. Такая появлялась у неё всё чаще, когда мы встречались после долгого перерыва. В ней совершенно не осталось той отстранённой светской вежливости, которой Карла обычно пользовалась с окружающими.

А потом она увидела Катрин.

Взгляд скользнул вправо.

Перемена произошла настолько быстро, что я едва не усмехнулся.

Тепло исчезло, словно кто-то щёлкнул переключателем. Светлые глаза стали холодными и внимательными, подбородок едва заметно поднялся.

Катрин встретила её взгляд совершенно спокойно.

Вот только я слишком хорошо её знал, чтобы не заметить, как немного выпрямилась спина. Очки она всё-таки нашла, но надевать почему-то не стала, оставив их в руке.

Несколько секунд девушки изучали друг друга.

— Катрин, — первой поздоровалась Карла.

— Карла.

Обе улыбнулись друг другу, но ровно настолько, насколько этому обязывал этикет. Настолько вежливо, что температура воздуха между ними, кажется, упала градусов на десять.

Я решил не проверять, насколько далеко способна зайти женская дипломатия.

— Ты тоже здесь по случаю старта съёмок? — спросил я.

Карла снова посмотрела на меня, и во взгляде тут же появилось немного прежнего тепла.

— Да.

Мы направились к павильону втроём.

У широких ворот нас пропустил охранник, сверившись со списком. За дверями находился короткий коридор, заставленный ящиками, кофрами с оборудованием и стойками с одеждой. Мимо нас торопливо прошла девушка с набором кистей в руках, следом протиснулся мужчина, тащивший на плече пачку фраков из химчистки.

Снаружи здание казалось большим, но внутри оно оказалось огромным.

Высокий потолок терялся среди металлических ферм, кабелей и подвешенных осветительных приборов. Под ногами тянулись разноцветные полосы разметки, вдоль стен стояли ящики с оборудованием, складные лестницы и тележки.

Посреди павильона располагался фрагмент города.

— Забавно, — пробормотал я.

Чуть дальше находился полноценный кусок улицы. Тротуар, фонарь, фасад кафе, несколько витрин и вход в жилой дом. Всё выглядело настолько убедительно, что с правильного ракурса можно было спокойно поверить, будто находишься где-нибудь в центре Фаворы. На столиках возле кафе даже стояли чашки, а за стеклом витрины лежали муляжи выпечки.

Вот только улица заканчивалась через тридцать метров бетонной стеной павильона.

Стоило зайти сбоку от одного из фасадов, и вся магия моментально исчезала. С обратной стороны стены представляли собой деревянный каркас, укреплённый подпорками. Виднелись провода, мешки с песком, какие-то номера, написанные мелом прямо на фанере.

Возле декорации уже толпилась съёмочная группа. Камера стояла на небольших рельсах, рядом осветители поднимали огромный рассеиватель. Кто-то двигал диван буквально на несколько сантиметров по команде мужчины с рулеткой. Рядом женщина внимательно рассматривала фотографию и поправляла положение бутылки на столе, словно от этих трёх сантиметров зависела судьба человечества.

Пахло деревом, горячими лампами, краской, кофе и сигаретным дымом.

Карла оглядывалась с нескрываемым интересом. Катрин тоже рассматривала павильон, временами чуть замедляя шаг.

Я же вдруг понял, почему кино всегда казалось чем-то мистическим.

На экране зритель увидит уютную комнату, двух людей и пятиминутный разговор. Может, заметит красивый свет или музыку. А сейчас вокруг этой комнаты находилось человек пятьдесят. Операторы, осветители, гримёры, костюмеры, декораторы, помощники, звуковики. И все они работали ради того, чтобы зритель никогда не заметил их существования.

Где-то впереди раздался громкий голос Максимо.

Я повернул голову в ту сторону.

Похоже, местный Голливуд наконец собирался показать нам, как именно создаётся магия.

— Виктор!

Максимо кричал от одного из домов, стоя на крылечке. Судя по всему, эта декорация изображала довольно приличный жилой особняк.

Мы двинулись к нему.

Парень сбежал по ступеням и крепко обнял меня. Стало даже как-то неудобно от таких живых и искренних эмоций. Я похлопал его по спине, списав всё на валентийский менталитет. Некоторые люди здесь вообще считали рукопожатие подозрительно холодной формой приветствия.

— Приветствую, — парень поздоровался с моими спутницами. — Карла, само очарование! Катрин, как всегда прелестна! Готовы к экскурсии?

Мы дружно кивнули.

В этот момент телефон Максимо зазвонил. Он посмотрел на экран и виновато улыбнулся.

— Прости, Виктор, — начал оправдываться он. — Актриса задерживается, а без неё я не смогу представить весь каст. Сейчас спрошу, что на этот раз случилось, и вернусь к вам. Можете осмотреться на локации, погулять…

— Разберёмся, — кивнул я.

Максимо сразу отошёл в сторону, уже на ходу отвечая на звонок.

Карла и Катрин синхронно двинулись в сторону дома.

— Что за платье? Винтаж? Уже и не помню этой коллекции.

— Винсенто, коллекция ещё не вышла. Тебе уже лучше? Выглядела в нашу последнюю встречу ты так, словно готова душу Святой Деве отдать.

Девушки разговорились, прощупывая друг друга.

Как назло, именно в этот момент позвонил Даниэль и загрузил вопросами.

Последовав примеру Максимо, я отошёл. Вошёл в дом и, не обнаружив там людей, прошагал в кабинет. Помещение выглядело настолько натурально, что я даже машинально проверил кресло перед тем, как сесть. Стол был настоящий, книги на полках тоже, а вот за окном вместо сада оказалась камера на рельсах, длинный колосок микрофона и несколько прожекторов.

Я устроился поудобнее и принялся объяснять управляющему, что ему нужно сделать.

И на кого, кроме Марии, оставить Корсу?

Даниэль слишком ответственен и одновременно совершенно безынициативен. Он обсуждает каждый следующий шаг, ожидая одобрения. Всё, что не касается завода и его техники, даётся ему с огромным трудом. На производстве он хорош, там ему достаточно поставить