Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

Закончив осмотр, я дошёл до «Орбиты» и выпил кофе в небольшом павильончике «Подорожника». Кофе оказался дешёвым и на удивление очень даже неплохим. Мозги немного взбодрились, и я двинул к месту встречи с Кукушей и Матвеичем.

Дядя Слава был уже там, а вот Матвеича ещё не было, но это было и понятно.

— Привет, — кивнул я, усаживаясь на переднем сиденье его тачки. — Тебя жена молодая отпустила? Сковородкой по голове не дала? За ночные походы.

— Серёга, — покачал он головой, — как-то всё это неправильно.

Мы сидели в машине с выключенными фарами и работающим двигателем. Салон ещё толком не прогрелся. Было холодно и немного пахло выхлопными газами.

— Включи поджопник, — кивнул он показывая на регулятор обогрева. — И давай, рассказывай уже.

Я объяснил суть проблемы. Рассказал, что Сергеева сейчас будут конкретно прессовать, что телефон его прослушивается, что за квартирой возможно установлено наблюдение, хотя это конечно было не точно.

— Ну, посмотришь, — сказал Кукуша, — что тебе сейчас Матвеич начнёт петь.

Разумеется, Кукуша не ошибся в нашем компаньоне.

— Вы чё творите? — сразу попёр в атаку Матвеич, усевшись на заднем сиденье — Кто так делает? Вы конкретно по беспределу движуху мутите. Это чё, как понимать, в натуре? Я за два часа всё должен решить? Машину, номера и людей собрать? Вообще что ли кукуха отлетела?

— Матвеич, — покачал я головой, поворачиваясь к нему. — Минивэн у тебя свой в гараже имеется, добывать его не надо. Номера поменял и всё. А боевой дух куётся на боевых заданиях. А боевые задания далеко не всегда происходят по заранее утверждённому плану. Иногда приходится реагировать срочно. И импровизировать.

— Это что, я не понял? — разозлился он. — Это типа ты меня проверяешь, насколько я проворный, или что? Это что, учения, что ли?

— Нет, к сожалению, это никакие не учения. Это не учебная тревога. Всё на полном серьёзе. По чесноку. В общем, план будет такой. Времени нет, надо мчать прямо сейчас. Подъезжаем, я звоню в домофон. Объект меня видит и открывает дверь. Если он уже в анабиозе, значит, придётся ломануть дверь. Вы поднимаетесь, захватываете объект, с шумом и криками выносите, бросаете в микроавтобус и гоните до перевалочного пункта. Где он кстати?

— В гараже за вокзалом. Славян в курсах.

* * *

Действовать нужно было быстро и чётко. Брелок, открывающий шлагбаум, у меня имелся, мне его Миша в своё время давал. Поэтому чёрный В-класс с затемнёнными стёклами проехал во двор безо всяких препятствий. Проехал к дому и залез на тротуар, уткнувшись мордой прямо в подъездную дверь. Это было, конечно, беспрецедентной наглостью, но по-другому нам сейчас было нельзя.

Я набрал номер квартиры на домофоне.

— Кто там? — послышался пьяный голос Сергея Сергеевича.

— Это я, Сергей! — сказал я фразу, ставшую паролем.

— Ты гонишь! — ответил он. — Сергей, это я!

Он пьяно засмеялся и открыл дверь.

— Бегом, бегом, бегом, бегом! — заорал я на весь подъезд, подгоняя парней Матвеича и поправил балаклаву на лице.

Засиделись в резерве. Вот теперь пусть поработают. Они пронеслись тайфуном по лестнице, топая и даже не пытаясь оставаться незамеченными и неуслышанными. Бом! Бом! Бом! Их тяжёлые ботинки грохотали по ступеням, словно стадо слонов мчалось по подъезду. Ещё и перемежали топанье сочными словечками. Я с ними не пошёл, ждал внизу.

Дверь была открыта, как всегда. Сергеич дожидался в комнате. Но вместо меня на пороге появилась четвёрка громил с масками на лицах. Раздались восклицания, шум, хлопанье дверью. И через некоторое время снова шаги, на этот раз ещё более шумные, с выкриками и со звуками потасовки.

Дрыгающегося Сергея Сергеевича вынесли из подъезда и засунули в багажник. Туда же бросили тёплую одежду и ботинки.

— Э-а-а! — нетрезво возмущался он.

— Бегом, бегом, бегом! — снова прикрикнул я. — Дверь в квартиру захлопнули?

— Захлопнули, захлопнули! — недовольно ответил один из бойцов.

Мотор взревел, машина сдала назад, развернулась и рванула в сторону выезда. Шлагбаум послушно поднялся, повинуясь приказу брелока и микроавтобус понёсся по ночным улицам.

— Сергей Сергеевич, вы как там?

— Чё за херня⁈ — пьяно заорал он.

— Вылезайте, расскажу. Давайте, перелезайте из багажника сюда.

Он был пьяный в уматину. Перелезть не смог, зато обогатил словарный запас всей команды, упаковывая жизненную мудрость в невиданные и мудрёные словесные формы.

Проскочив железнодорожный вокзал, а затем и автовокзал, машина свернула с Кузнецкого, переехала через железнодорожный переезд и покатила дальше. А потом вдруг съехала в тёмный переулок, медленно прокралась между заснеженными кустарниками и оказалась в тупике у небольшого строительного магазина.

За магазином виднелся здоровенный гаражный бокс. Мы въехали в него и вытащили Сергеева из багажника. Он уже затих, не матерился, а смотрел на всё мутным взглядом.

— Сергей Сергеевич, вы меня слышите?

— Чё за херня, Серый? Чё ты творишь? — воскликнул он.

Микроавтобус тут же выехал и укатил дальше.

— Давайте, пересаживайтесь в эту машину, там и поговорим, — показал я на Кукушину «пятёрку».

Помог ему забраться на заднее сиденье и влез сам.

— Сергей Сергеевич, вот какое дело. Придётся вам на некоторое время скрыться с радаров.

— Ты что несёшь?

— Ну как, что я несу? Вы же сегодня с Садыковым целый день общались и всю ночь.

— А меня выпустили! — ухмыляясь, ответил он. — Выпустили!

— Это, как раз, очень хорошо.

— Я свободен, словно птица в небесах. Я свободен. Я забыл, что значит страх! — пропел он довольно стройно.

— А голос-то у вас хороший. Сейчас мы поедем ко мне домой, и вот там нужно быть максимально тихим. Никаких песен.

— К тебе домой-то зачем? У меня что, своего нет?

— Сергей Сергеевич, то, что вас выпустили — это лишь ход в игре. Для того, чтобы вы обмякли и обрадовались, и оценили, как прекрасна свобода. Только сегодня, ровно в четыре утра или в пять, самое позднее в полшестого, за вами приедет воронок.

— Куда? — пьяно воскликнул он.

— Домой. Куда ещё?

— За мной? — переспросил Сергеев и уставился на меня стеклянным взглядом.

Мы находились в гараже с тусклым освещением и в жёлтых лучах Сергеев походил на вяленую рыбу.

— За вами, за вами.

— Ты гонишь, Серый!

— Нет, к сожалению. Хотел бы я, чтобы это было моей паранойей, но информация достоверная.

— Да зачем им меня брать? Я ничего не знаю. Ни про кого ничего не скажу.

— Сегодня вы ничего не сказали, — кивнул я. — Я в курсе. И вы большой молодец. Но они будут выжимать из вас всё, абсолютно всё. Каплю за каплей. Вам сказать-то, конечно, нечего, но сидеть на нарах,