Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

Пусто.

Я поднялся, обтёр лицо ладонью. Тишина. Но стоило сделать первый шаг, как снова захлюпало. Звук раздвоился. За мной шли уже двое, и казалось, что слышу я не только их шаги, но и дыхание.

Справа раздались шлепки по грязи. Третий. И ещё двое слева. И спереди несколько. Негромко ухнуло, словно филин недавно, и сразу заухало со всех сторон. Я вытянул меч перед собой, крутанулся. Кто-то отпрыгнул, но сзади приблизился другой. Я рубанул отчаянно, с размаха. На этот раз Бастард задел плоть. Среди уханья раздался вскрик. Но интерфейс молчал. Если я и ранил кого, то не сильно. Или мне это почему-то не зачлось.

Я снова рубанул. В темноте совсем рядом мигнуло красное. Может быть, показалось, может быть нет, но я шагнул на него и ударил от плеча, с оттягом, и приготовился услышать вопль, но лишь перемещающееся чавканье лап по грязи послужило ответом.

И тут взошла луна. Она поднялась над поляной с раздвоенной сосной, повернула ко мне свой лик и осветила луговину. И душу передёрнуло. Вокруг скопилось нечто непонятное, бесформенные мерзкие твари, и было их не пять, не десять — сотни! Я стоял посреди этого скопища, а они смотрели плотоядно и скалили безгубые рты.

Но видение это длилось мгновенье. Свет луны оказался спасеньем. Твари как будто растворились, стали бесплотными. Не было больше чавканья, уханья, только страх натянул кожу на моём лице.

Вдалеке затрепыхался огонёк. Этот был настоящим. Он подмигивал и звал к себе. Беззубый Целовальник говорил о нём, только советовал ждать рассвета.

Я с трудом сдержал себя, чтобы не побежать. Почему всё так сложно? Зачем идти к какому-то кузнецу, который должен сделать что-то, я не знаю что? Вязнуть в болоте, сталкиваться с разной гадостью ради неясной цели. А ведь ещё возвращаться…

Дождавшись рассвета, я пошёл в ту сторону, где видел огонёк. Жижи становилось всё больше, луговина превращалась в настоящее болото. Кочки качались, проваливались под весом моего тела, и тогда я чувствовал, как болото тянет меня в себя. Оголодавшая сила обхватывала ноги и судорожными горловыми движениями начинала заглатывать. Приходилось быстрее прыгать на следующую кочку. Если бы не последовал совету Беззубого и пошёл на огонь ночью, точно утонул бы.

На твёрдую землю я выбрался обессиленный. Сел на траву, разулся и лёг, глубоко вдыхая аромат цветущего вереска. Усталость и бессонная ночь взяли своё — я уснул, а когда проснулся, услышал бормотание:

— Опять идут. Geh und geh[1]. Отгородился ото всех, населил болотину бесплотными, а они идут. Тьфу.

Я резво вскочил. В нескольких шагах от меня стоял такой же гном в штанах с помочами, как и Беззубый Целовальник, только тощий и горбатый. Он опирался на суковатую палку и сверлил меня злыми острыми глазками. Видимо, это и есть кузнец фон Хорц.

— И чего вскочил? Лежал бы и лежал. Может, сдох бы. Нет, вскочил. Ну, чего смотришь? Иди за мной, коли пришёл.

Фон Хорц развернулся и семенящей походкой направился к кромке леса. Я схватил сапоги и побежал за ним.

Дом кузнеца стоял на краю леса. С одной стороны его прикрывали широкими лапами тёмные ели, более похожие на склонившихся над малым дитём сердитых нянек, с другой подступала ровная цветущая поляна. Видимую часть крыши покрывал толстый слой мха, стены снизу подбил сухой ковыль. В слуховом окне таилась чернота.

Этот дом вызывал ещё большее отторжение, чем жилище Беззубого Целовальника. Если тот казался стерильным, то этот выглядел заброшенным, переступать его порог не хотелось. Я остановился, положил руку на косяк.

— Чего встал? — тут же обернулся фон Хорц. — Болото ночью прошёл, стало быть, выполню твою прихоть.

Вот почему Беззубый отправил меня к кузнецу именно в ночь. Приди я к нему средь бела дня, он бы и разговаривать со мной не стал.

Дом внутри походил на кузню: горн, меха, древесный уголь в углу, наковальня. На верстаке аккуратно разложен инструмент от небольших молоточков до тяжеленной кувалды, которую я вряд ли подниму больше одного раза. Но фон Хорцу всё это было привычно. Он надел толстый кожаный фартук, надавил меха. В горне затеплились угли.

— Чего зыркаешь? — рыкнул он. — Доставай, что принёс.

Я положил на верстак меч, вынул из мешка заточки. Фон Хорц отмахнул в сторону серебряные бляхи, будто мусор какой, а золотую взял и поднёс к глазам. Прищурился. И улыбнулся. Заточка ему нравилась. Он даже поцокал языком от восхищения. Потом взял меч, провёл пальцами по клинку, ударил молоточком и прислушался к звуку.

— Sehr gut, — с уважением проговорил он. — Der große Meister erschuf dieses Schwert[2]!

— Чё? — переспросил я.

— Надевай фартук, болван, становись к мехам.

Все фартуки оказались слишком маленькими. Пока я пытался подобрать что-нибудь под свой рост, кузнец сунул меч в горн и снова крикнул:

— Меха раздувай!

Я взялся за рукояти, надавил, разжал, снова надавил. Работа оказалась не из простых, особенно с непривычки. Лицо покрылось испариной, руки охватило жаром. Надо было надеть рукавицы, они лежали на верстаке рядом с инструментом. Не догадался. Теперь, не отпуская рукояти мехов, дул на них, чтобы хоть немного остудить.

Фон Хорц выхватил Бастарда из углей. Клинок раскалился добела и немного искривился, как будто потёк. Кузнец положил его на наковальню, постукал молоточком. Посыпались искорки, металл зарделся, остывая.

— Молот бери!

Я взял кувалду, поднял к плечу.

— Как скажу, бей посередине.

Фон Хорц приложил к мечу золотую заточку, и она, едва соприкоснувшись с раскалённым металлом, растеклась вдоль по долу и растворилась в клинке.

— Бей!

Я ударил.

— Ещё!

Я колотил по мечу минут пять, и когда уже понял, что не смогу больше ударить ни разу, фон Хорц сунул Бастарда в бочку с водой. Вода зашипела, поднялась к крыше облаком пара.

Когда металл остыл, фон Хорц осмотрел клинок, кивнул удовлетворённо, и фыркнул:

— Прибери всё. Инструмент разложи, как было. И подмести не забудь. Метла в углу.

— Значит, всё? А что с серебряными заточками? — я кивнул на две бляхи.

— С этими сам разберёшься, когда ума накопишь.

Задание «Помощник кузнеца» выполнено

И опять ничего. Уже в который раз за выполненное задание мне прилетает шиш с маслом. А я надеялся после мехов и кувалды как минимум поднять уровень мастерства. Как-никак по основной профессии я мастер оружия. Если в Форт-Хоэне существовал запрет