Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Лошади почувствуют, если он подойдёт, — сомневающимся тоном произнёс Матиас, и поведал, как сокровенную тайну. — Я видел его. Два раза. Зверя.

— И как?

— Страшно, — признался Матиас. — Я с господином Донато давно хожу. Раньше мы возили шёлк из страны Шу в Северные кантоны. Выгодный бизнес. Но Узкий перешеек сейчас перекрыт, война, приходится возить товар кружным путём, по Наружному морю, а это делает перевозки дороже…

— Ты хотел про зверя рассказать, — напомнил я.

— Ах, да. Зверь… Зверь — он такой, каким его описал господин Донато. Люди страны Шу ловят его в лесах на юго-западе. Это опасная профессия — ловец зверя. Он настолько лют и силён, что никакая сеть, кроме магической, не может его сдержать. Но магия в стране Шу не запрещена, поэтому его отлавливают и везут на особые арены, шу-таньи называют их Та Тинь Чха. На них проходят бои. Против зверя выходят нефритовые чандао — лучшие воины. Двадцать и даже тридцать разом, и это не значит, что они смогут победить. Исход боя со зверем непредсказуем. Я два раза был на таких состязаниях. У зверя на передних лапах три когтя каждый в полтора фута длиной. В нужный момент он выпускает их и одним ударом разрезает человека в доспехах на несколько кусков. На коротких дистанциях зверь движется очень быстро, увернуться от него почти невозможно. Чандао, которые выживают в таких схватках, позволено носить доспехи бордового цвета.

— Значит, убить его нельзя?

— Я не слышал, что бы кто-то убил зверя…

С холма скатился камень. Звук от падения прокатился по западине и эхом ударил в уши. Лошади вздрогнули, застучали копытами. Матиас начал судорожно натягивать арбалет.

Я припал плечом к борту фургона, прислушался. Никаких иных звуков. Тихо. И так же темно. Надо было забрать у Гнуса факела, сейчас бы посветил, что там за фургонами.

— Ну как? — шёпотом спросил Матиас.

Он поднял арбалет, направив его на выход из западины, и придавил пальцем на спусковую скобу.

— Никого. А Чиу ночью охотится?

— Тс-с-с, — приложил палец к губам Матиас. — Не называй его по имени, оно навлекает беду. Зверь может прийти в любое время — днём, ночью.

— Как он вообще здесь оказался?

— Не только в стране Шу любят бои. Иногда зверей привозят в Южные марки за очень большие деньги на потеху аристократам. Видимо, этот сбежал, и теперь ходит по округе, охотится.

— А если это не зверь?

— А кто? Ты же видел следы. И шерсть. Такой шерсти ни у кого больше нет.

Мне вдруг показалось, что впереди перед фургонами кто-то стоит. Темнота сдвинулась, порыв ветра шевельнул волосы на голове и снова чужой взгляд, точно такой, как у расколотой сосны, начал меня ощупывать. Я дёрнулся, и темнота дёрнулась вместе со мной…

— Видишь?

— Что?

— Там стоит кто-то.

— Что можно рассмотреть в кромешной темноте? Ты нарочно меня пугаешь?

— Да вон же…

Но движения больше не было, ветер стих, взгляд отступил.

— Показалось.

— Это у тебя от усталости. Принеси лучше кофе.

Да, кофе сейчас не помешает, поможет успокоится и согреет. Я направился к костру. Огонь почти погас, только россыпь больших угольев трепыхалась белым пламенем. Я подбросил несколько поленьев, подождал, пока разгорится, взял кофейник, наполнил две кружки и вернулся к посту.

Матиаса не было.

Я поставил кружки на землю и прошёл вдоль фургонов. Никого. У правого края на посту стояли в карауле двое возчиков.

— Матиас не подходил?

Один мотнул головой, второй предположил:

— Может поссать отошёл?

Это он мог сделать на месте. Да и времени много не надо.

В душе заскреблось предчувствие нехорошего.

— Поглядывайте по сторонам. Мы не одни. Я до хозяина схожу, — предупредил я возчиков.

Купец спал на земле, завернувшись в шерстяную накидку. Я тронул его за плечо, он тут же поднял голову.

— Что случилось?

— Матиас пропал.

— Буди остальных.

Я растолкал наёмников, пояснил ситуацию. Зажгли факела, обошли лагерь по кругу — тихо, без криков, заглядывая под каждый куст. Ватли присматривался к лошадям, они вели себя спокойно. Когда развиднелось, обошли лагерь ещё раз. Арбалетчика нигде не было.

Спать больше не ложились. Сварили похлёбку, поели наскоро и стали собираться. Тело Матиаса нашли на выходе из западины, вернее, не тело, а пятна крови на камнях, клочья одежды и разбитый арбалет. Неведомая сила переломила ложе из морёного дуба пополам словно щепку, а стальную дугу выкрутила винтом. Рядом всё те же следы — распластанная огромными когтями земля.

Донато причмокнул и проговорил с явным облегчением:

— Теперь он сыт.

Но, несмотря на это, весь день и следующую ночь мы вели себя настороженно. Всем, кто попадался навстречу, говорили, что на дороге появился зверь. Новость встречали по-разному: одни в испуге разворачивались, другие кивали и благодарили за предупреждение. А я боялся, что кто-нибудь даст мне задание на Чиу, которое может оказаться последним в моей жизни.

На третий день мы вышли к скальным отрогам, между которыми застрял Кьяваре-дель-Гьяччо. Караван остановился на окраине перед длинным бревенчатым бараком, над дверями которого была сделана надпись белой краской: «Фактория».

Задание «Дойти с караваном до Кьяваре-дель-Гьяччо» выполнено

Вы получили три медных монеты

В мешке звякнуло. Три монеты… Кружка пива и воблина. Или миска варёного картофеля. Впрочем, с местными ценами даже на это не хватит.

Я посмотрел на Донато. Вдруг прибавит? Премию, например, за бессонные ночи. Караванщик разговаривал с возчиками, потом поднялся на крыльцо и скрылся за дверями фактории.

— Надолго вы здесь? — спросил я Буша.

Наёмник пожал плечами.

— До утра по-любому задержимся. Отдохнуть надо, горло промочить. А то и вовсе на тайм. Как господин Донато решит, так и будет.

Я дёрнул поводья, направляя кобылу в город. У трактира спешился, зашёл внутрь. Люди меня узнавали, ещё не выветрился из памяти эпизод на торговой площади. Трактирщик уткнул кулаки в стойку. Новой встрече со мной он рад не был. Но портить отношения с порога не стал. Налил полную кружку пива и подвинул мне.

— За счёт заведения.

Всё тот же имперский стаут. Если всех женщин сравнить с сортами пива, то это — Эльза. Я отпил глоток, наслаждаясь