Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

«Не дёргайся», — мысленно приказал пауку, подготавливая новую атаку.

Заларак в моей руке засветился красным. Я активировал артефакт, и тонкая алая линия прорезала воздух. Артефакт вонзился в тело червя, монстр содрогнулся. Из раны посыпался песок, но не обычный, а странный, светящийся изнутри каким-то неестественным огнём.

Существо забилось в истерике, его тело извивалось, как раненая змея. Я уже готов был праздновать победу, когда произошло нечто невероятное.

В месте разрыва тварь начала распадаться, но не умирать. Она разделилась. Теперь вместо одного гигантского червя перед нами оказались два поменьше, и каждый с собственной пастью. Один конец так и остался открытым, как рана, но второй мгновенно зарос, сформировав новую голову.

— Что за хрень? — выдохнул я, наблюдая за мутацией.

Эти твари чем-то напоминали хемофагов. И до каких пределов они могут делиться? Выходит, обычными методами с ними не справиться. Но, возможно… Закрыл глаза, сосредоточился, и рука сама потянулась к кристаллу на спине Па.

Сжал его пальцами, ощущая, как ледяной холод пронзает мою ладонь. Энергия из монстра устремилась в меня. Источник отреагировал мгновенно, впитывая силу, расширяясь, наполняясь новой мощью.

Часть источника, которая отвечала за подчинение монстров, активизировалась. И в моей голове зазвучала мелодия. Черви замерли, прислушиваясь. Это работало!

Я вытянул руку, направляя энергию вперёд. Из пальцев заструился свет — серебристый, с голубоватым оттенком. Никакой реакции… Ещё усилие. И ещё. Па начал мерцать, его тело становилось то прозрачнее, то плотнее. Я брал слишком много энергии из кристалла.

Шесть, а затем семь червей, окружавшие нас, начали дрожать, их тела извивались, словно в агонии. А потом твари замерли и… растворились в воздухе. От них осталась только дымка, похожая на серебристый туман, которую я постепенно втягивал в себя.

— Давай, быстрее! — скомандовал сам себе, чувствуя, как магия подчинения достигает пика.

Раз. И они внутри меня.

— Твою мать! — удивился я.

Стоило тварям оказаться в моём источнике, как чуть не упал с паука. Ощущение было странным — словно внутри моего тела зашевелилось что-то чужеродное, огромное, пытающееся найти выход. Меня затошнило, голова закружилась, всё тело покрылось холодным потом.

Я сконцентрировался и мысленно переместил тварей в пространственное кольцо. Создал для них укрытие — что-то вроде магического загона. Забросил туда. Выдохнул, чувствуя, как напряжение покидает тело. Перестал черпать энергию у морозного паука, и тот благодарно выпрямился, восстанавливая силы.

— Спасибо, — постучал я Па по спине.

Отлично, ещё один вид для изучения. С этими червями можно будет поэкспериментировать. Возможно, смогу получить от них какую-то интересную способность или магию.

Я настолько погрузился в попытку забрать монстров, что пропустил момент, когда турки всё-таки выпустили степных ползунов. Твари уже выбрались на поверхность и активировали свой ядовитый туман. Облака зеленовато-жёлтой дымки распространялись по полю, парализуя русских солдат, которые имели неосторожность приблизиться.

— Па, сместимся в сторону, — приказал я, указывая на один из участков, где концентрация монстров была меньше.

Там приглядел себе одного ползуна — крупного, с особенно яркими глазами, которые, казалось, светились изнутри желтоватым огнём. Идеальный экземпляр для исследований.

— К нему, — указал я.

Мы приблизились осторожно, стараясь не создавать лишних вибраций, чтобы не привлечь внимание других тварей. Я собрал магию яда в ладони, сконцентрировал её до густой консистенции и выстрелил в монстра. Зелёное облако окутало тварь, и… абсолютно никакого эффекта. Яд просто шипел на коже, не причиняя вреда.

— Ладно, попробуем комбинацию, — пробормотал я, смешивая в руке яд и лёд.

Получился своеобразный снаряд — ледяной шар, пронизанный зелёными прожилками токсичного вещества. Запустил его прямо в центр тела ползуна. Снаряд пробил кожу и застрял внутри. В следующее мгновение ничего не произошло, а затем тело твари начало замерзать изнутри. Кожа покрылась инеем, конечности застыли в неестественных позах.

— Да! — воскликнул я, радуясь успеху.

Но тут же отшатнулся, когда замороженный монстр внезапно… взорвался. Тело разлетелось на мельчайшие осколки, распространяя вокруг облако ядовитого тумана. Па рефлекторно отпрыгнул назад, чтобы не попасть под отравляющее действие.

— Какого хрена? — выругался я. — У них что, какая-то природная защита стоит на случай гибели?

Решил попробовать с другим экземпляром. Нашёл ещё одного ползуна, немного поменьше предыдущего, попытался подчинить его своей магией, но тварь сопротивлялась. Я чувствовал её волю. Она отказывалась признавать меня хозяином.

Но всё же получилось её остановить. Даже частично контролировать движения, хотя полного подчинения достичь не удалось. А, к чёрту скромность! Частичного контроля хватило, чтобы направить ползуна прямо в строй турок.

Тварь, потерявшая ориентацию от моего воздействия, ринулась к ближайшим людям. Турецкие солдаты не ожидали атаки с тыла и были захвачены врасплох. Монстр сожрал двоих, прежде чем остальные опомнились. Ещё несколько оказались отравлены ядовитым туманом и теперь лежали парализованные, не в силах даже закричать.

Конечно, долго такое везение не могло продлиться. Турки быстро среагировали и изрешетили ползуна пулями. Но эффект уже был достигнут: паника в их рядах, несколько выбывших из строя солдат.

Я продолжал эксперименты, пытаясь понять, как можно захватить целое тело степного ползуна. Из невидимости использовал заларак, пытаясь отрубать конечности тварей. Мне удавалось отрезать лапы, части хвоста, но стоило им отделиться от основного тела, как они мгновенно взрывались пеплом. Казалось, в этих тварях встроен какой-то механизм самоуничтожения, чтобы никто не мог изучить их анатомию.

Это злило, но в то же время подстёгивало интерес. Я вытащил из пространственного кольца артефакт, который привёз Смирнов. Тот самый, что вызывает оцепенение у противника. Подобрался к ближайшему ползуну и активировал.

Эффект оказался мгновенным. Тварь замерла, её конечности застыли в неестественной позе, глаза остекленели. Она была полностью беспомощна, но всё ещё жива.

Я выжидающе считал секунды. Одна… две… три… Ползун оставался в оцепенении. Пять… шесть… десять… Монстр задёргался, сбрасывая с себя эффект артефакта. Мысленно отметил продолжительность действия.

Пришло время проверить ещё один артефакт — защитный. Я приказал Па выскочить на линию огня турок. Тут было рискованно, но хотел испытать защиту в реальных боевых условиях. Предварительно покрыл тело паука толстым слоем льда — на всякий случай.

Мы выскочили из укрытия и сразу же попали под шквальный огонь. Я быстро возвёл стену льда перед собой и активировал артефакт. Воздух перед нами задрожал, и возникла странная эфемерная защита. Что-то вроде вязкой, полупрозрачной стены, переливающейся всеми цветами радуги.

Пули, летящие в нас, замедлялись, входя в эту субстанцию, и падали,